Том 6. Глава 6. Действия военно-морского флота, военно-воздушных сил и войск ПВО страны
В ходе вооруженной борьбы зимой 1942/43 г. большинство стратегических и оперативных задач решалось совместными усилиями сухопутных войск, авиации, Войск ПВО страны, а на приморских направлениях с привлечением сил флота. Вместе с тем некоторые из этих задач выполнялись только объединениями отдельных видов Вооруженных Сил. К таким задачам прежде всего относились: защита собственных морских коммуникаций и нарушение путей сообщения противника, завоевание господства в воздухе и нанесение ударов по объектам вражеского тыла, прикрытие от ударов с воздуха важнейших административных и экономических центров страны. При выполнении этих задач Военно-Морской Флот, Военно-Воздушные Силы и Войска ПВО страны применяли только им присущие формы и способы действий.
1. Борьба на морских коммуникациях
Переход советских войск в контрнаступление под Сталинградом, а затем в общее наступление на всем южном крыле советско-германского фронта оказал определяющее влияние на военные действия на Черном море. В период подготовки к наступлению Черноморский флот перевозил войска и грузы в Туапсе и Геленджик, активизировал действия на морских коммуникациях противника, а затем содействовал Черноморской группе войск в борьбе с вражеской группировкой на краснодарско-таманском направлении.
Краснознаменный Балтийский флот и Ладожская военная флотилия в январе 1943 г. привлекались к подготовке и проведению операции по прорыву блокады Ленинграда. Воздействие на вражеские перевозки на Балтийском море ограничивалось эпизодическими ударами минно-торпед-ной авиации.
Положение на северных морях зависело от хода военных действий на советско-германском фронте, а также от обстановки в Атлантике. Высадка англо-американских войск в Северной Африке не отвлекла военно-морские силы Германии из баз Северной Норвегии. Немецкие корабли и авиация по-прежнему" создавали серьезную угрозу северным коммуникациям Советского Союза. Англичане и американцы, осуществив вторжение в Африку, получили возможность вновь использовать часть сил флота для обеспечения конвоев в северные порты СССР. Возобновление движения конвоев привело к обострению борьбы на северных коммуникациях.
К концу 1942 г. в фьордах Северной Норвегии находились основные силы немецкого надводного флота, в том числе линейный корабль «Тирпиц», тяжелые крейсеры «Адмирал Хиппер» и «Лютцов», крейсеры «Кельн», «Нюрнберг» и две флотилии эскадренных миноносцев, значительное количество кораблей прибрежного действия, охранявших коммуникации вдоль берегов Норвегии., В середине ноября на совещании в ставке германского верховного главнокомандования было решено, что в Норвежском и Гренландском морях должно находиться не менее 23 подводных лодок. Фактически количество их уменьшилось до 16. В связи с вторжением англо-американских войск в Северную Африку немецко-фашистское командование в течение ноября из имевшихся в Северной Норвегии 500 боевых самолетов перебросило 150 торпедоносцев и бомбардировщиков на Средиземное море.
Основной задачей флота и военно-воздушных сил Германии в северных районах Норвегии был перехват конвоев на переходе между Исландией (место сосредоточения судов на пути из США и Англии и формирования конвоев) и северными портами СССР. При этом командование флота получило указание не рисковать крупными надводными кораблями и атаковать лишь слабо охраняемые конвои или особо ценные транспорты.
В северной части Англии и в Исландии базировался мощный британский флот, включавший 4 линейных корабля, 9 крейсеров, до 20 эскадренных миноносцев, а также подводные лодки и авиацию. Основной задачей сил флота было не допустить прорыва крупных немецких кораблей в Атлантику. В то же время часть флота охраняла конвои на переходах между северными портами СССР и портами Англии и Исландии. Оценивая систему базирования немецкого флота, английский историк С. Роскилл признает, что дислокация крупных кораблей Германии в шхерах Северной Норвегии создавала благоприятные условия для их уничтожения силами союзной авиации, которая могла бы использовать в качестве своих баз советские аэродромы. Однако до завершения кампании в Африке англичане не предпринимали таких попыток, опасаясь, что это отвлечет значительные силы, необходимые для действий в других районах. Британское правительство было заинтересовано в том, чтобы до завершения десантной операции в Африке как можно большие силы германского флота отвлекались бы на Север.
В связи с тем, что летом и осенью 1942 г. отправка конвоев в СССР западными союзниками прекратилась, Советское правительство пошло на риск. Оно разрешило транспортам поодиночке следовать в пункты назначения через зону, контролируемую германским флотом. Из Белушьей Губы (Новая Земля) в Исландию с октября 1942 г. по январь 1943 г. самостоятельно вышли 28 транспортов, а оттуда в северные порты СССР — 13. На поиск одиночных судов немецкое командование безрезультатно расходовало большие силы. Только одной боевой группе (тяжелый крейсер «Адмирал Хиппер» и четыре эсминца), с 6 по 9 ноября 1942 г. обследовавшей северо-восточную часть Баренцева моря, удалось обнаружить и потопить танкер «Донбасс» и сторожевой корабль (СКР-78).
Успешный переход одиночных судов в октябре — декабре показал, что водное пространство к северу от Норвегии недостаточно контролируется противником. Тогда по решению Государственного Комитета Обороны зимой 1942/43 г. была направлена большая группа судов из Apxангельска в Исландию, а затем через Панамский канал на Дальний Восток. Из 19 транспортов на переходе были потоплены только 2. Усиление Дальневосточного флота имело серьезное значение для увеличения поставок материалов из США в дальневосточные порты СССР, так как через контролируемые японцами проливы могли ходить суда лишь под советским флагом. Это изменило внешний грузопоток. Если в 1942 г. через северные порты поступило 40 процентов всех грузов, порты Дальнего Востока — 35, Персидского залива — 25, то за девять месяцев 1943 г. соответственно 12, 50 и 38 процентов. В целом общее время доставки вооружения в действующую армию возросло.
Экипажи советских и союзных транспортных судов, плававшие в суровых условиях северных морей, проявляли исключительное мужество и героизм. Под непрерывным воздействием врага они делали все возможное, а часто и невозможное, чтобы сохранить и доставить грузы по назначению.
В середине ноября 1942 г. в составе Северного флота, которым командовал вице-адмирал А.Г. Головко, находились 9 эсминцев, 22 подводные лодки, 25 сторожевых кораблей и 37 тральщиков. Авиация Северного флота насчитывала свыше 310 самолетов.
Основными задачами флота являлись: защита коммуникаций, в первую очередь обеспечение переходов союзных конвоев и безопасности пребывания транспортов в советских портах; нарушение коммуникации противника у берегов Северной Норвегии; содействие приморскому флангу Карельского фронта; поддержание выгодного оперативного режима у своего побережья и его оборона.
Флот должен был активными действиями авиации и подводных лодок у побережья Норвегии создать реальную угрозу для немецких боевых кораблей и обеспечить защиту союзных конвоев. Минные постановки призваны были затруднить плавание конвоев и судов противника по шхерным фарватерам и заставить их перенести свои маршруты в море, где подводные лодки и другие силы могли действовать более успешно.
Главную ударную силу Северного флота составляли подводные лодки и авиация. Основным районом его базирования являлся Кольский залив. Государственный Комитет Обороны стремился усилить этот флот за счет перевода боевых кораблей с других театров, а также покупки их у союзников. В первой половине 1943 г. экипажи 6 подводных лодок, построенных на заводах страны, занимались боевой подготовкой на Каспийском море и готовились с началом навигации перейти в Архангельск. 5 подводных лодок Тихоокеанского флота, пройдя через два океана и шесть морей, также вошли в состав Северного флота. В 1942—1943 гг. были куплены у союзников и прибыли на Север 17 тральщиков, 92 охотника за подводными лодками и 3 торпедных катера.
Быстро росла авиация флота. Особенно увеличивали его ударную мощь бомбардировщики и торпедоносцы. В октябре 1942 г. были сформированы 5-я бомбардировочная и 6-я истребительная авиабригады.
В целом на Северном морском театре военных действий с учетом периодического действия британского флота соотношение сил постепенно менялось в пользу союзных флотов и обстановка благоприятствовала движению конвоев.
К осени 1942 г. в советских портах скопилось большое число союзных транспортов. Адмиралтейство Великобритании не рисковало направлять их поодиночке. Было решено провести конвойную операцию. 17 ноября из Архангельска вышел конвой «QP-15» в составе 29 транспортов (один из-за неисправности механизмов вернулся), в том числе 7 советских, в сопровождении 11 кораблей охранения Конвой прикрывала авиация Северного флота, 5 эскадренных миноносцев, а к западу от острова Медвежий — 2 крейсера и 3 эсминца союзников Кроме того, на выходе из фьордов патрулировали 4 английские и 4 советские подводные лодки Конвой совершил переход в условиях сильного и длительного шторма Два транспорта были потоплены подводными лодками врага Погиб, разломившись на штормовой волне, советский эскадренный миноносец «Сокрушительный».
После сравнительно длительного перерыва первый конвой в Советский Союз «JW-51A» (16 транспортов и 12 кораблей охранения) вышел из Шотландии 15 декабря 1942 г. Через неделю, 22 декабря, вышел конвой «JW-51B» в составе 14 транспортов. Всего с середины ноября 1942 г. по март 1943 г. по северным коммуникациям прошло в обоих направлениях восемь конвоев — «JW-51A», «JW-51B», «JW-52», «JW-53» — в СССР, «QP-15», «RA-51», «RA-52», «RA-53» — из СССР. Все конвои, вышедшие из Шотландии и Исландии в составе 65 транспортных судов, прибыли в советские порты без потерь; из 83 транспортов, вышедших в составе конвоев из СССР, было потеряно 7.
Северный флот в своей зоне ответственности, взаимодействуя с военно-морскими силами союзников, усиливал охранение каждого конвоя. Связь с адмиралтейством поддерживалась через британскую военно-морскую миссию во главе с контр-адмиралом Фишером. Советское командование делало все, чтобы обезопасить переходы конвоев и одиночных судов в зоне ответственности Северного флота. Для этого силы флота наносили удары авиацией по вражеским аэродромам и военно-морским базам, развертывали подводные лодки на предполагаемых путях действий надводных кораблей врага. К такого рода операциям привлекались части и соединения 7-й воздушной армии Карельского фронта, которые наносили удары по аэродромам и базам в Северной Норвегии.
Немецкая разведка обнаружила возобновление движения конвоев из Исландии в северные порты СССР. 30 декабря германское военно-морское командование предприняло операцию под кодовым названием «Аврора» против конвоя «JW-51B». Под командованием вице-адмирала О. Кюмметца в море вышли тяжелые крейсеры «Адмирал Хиппер» и «Лютцов» в сопровождении шести эскадренных миноносцев. При попытке пробиться к конвою немецкие суда встретили энергичный отпор кораблей охранения (6 эсминцев и 5 противолодочных и тральных кораблей), которыми командовал капитан 1 ранга P. Шербрук.
В ходе боя англичане потеряли эскадренный миноносец и тральщик, а немцы — эскадренный миноносец. Вышедшие из Кольского залива два английских крейсера («Шеффилд» и «Ямайка») и два эсминца прикрытия конвоя под командованием контр-адмирала Бернетта вовремя подоспели и нанесли большие повреждения тяжелому крейсеру «Адмирал Хиппер», который после этою был вынужден уйти на ремонт. Конвой, усиленный кораблями и авиацией Северного флота, благополучно прибыл в Кольский залив, не потеряв ни одного транспорта. Однако вследствие ограниченных возможностей Северного флота развить успех и нанести врагу еще большее поражение не удалось.
Узнав об этой неудаче немецкого надводного флота, взбешенный Гитлер потребовал сдать погибшие корабли на слом, а их орудия использовать для береговой обороны Он заявил, что прикажет послать экипажи этих кораблей на подводные лодки — единственные корабли, которые, по его мнению, были способны приносить пользу на войне. Э. Редеру было указано, что в сложившейся критической обстановке, когда вся боевая мощь, весь личный состав, вся материальная часть должны быть введены в действие, Германия не может допустить, чтобы ее крупные корабли месяцами бездействовали на якорных стоянках и непрерывно прикрывались авиацией, а также большим количеством малых кораблей. Огромных усилий стоило новому главнокомандующему военно-морскими силами фашистской Германии адмиралу К. Деницу, сменившему 30 января 1943 г. Э. Редера, сохранить крупные надводные корабли и держать их на северных коммуникациях, хотя было очевидно, что без авианосцев в условиях превосходства англо-американских военно-морских сил невозможно без серьезного риска использовать их для действия в океане.
Между тем из Берлина продолжали поступать приказы добиться победы любой ценой. Конвой «JW-52» в январе и конвой «JW-53» в феврале были атакованы немецкой авиацией. Успешно отбив атаки, они пришли в Кольский залив без потерь. Лишь конвой «RA-53», направлявшийся в марте из Мурманска в Исландию, в результате шторма, атак авиации и подводных лодок потерял 4 судна.
К моменту выхода из Англии конвоя «JW-53» в Кольском заливе находилось 35 союзных транспортов. Мурманский порт не успевал отправлять доставленные грузы. Советское командование просило британское адмиралтейство часть конвоя направить в Архангельск. Несмотря на то что союзные суда были не приспособлены к плаванию во льдах, их экипажи отнеслись к этой просьбе с пониманием. В течение 10 суток продолжался тяжелый переход 7 союзных транспортов за советскими ледоколами — от кромки льда до порта.
Не сумев сорвать морские перевозки в Баренцевом море, немецко-фашистское командование усилило действия своей авиации по конечному пункту коммуникации — порту Мурманск. Удары наносились главным образом в ночное время и причиняли ущерб городу, деревянные постройки которого легко загорались от зажигательных бомб. Советское командование усилило Мурманский дивизионный район ПВО. 25 февраля 1943 г. Ставка ВГК в целях предотвращения налетов вражеской авиации на этот порт и город приказала объединить силы ПВО Северного флота с 7-й воздушной армией и начать систематическую борьбу с авиацией противника на его аэродромах. Принятые меры способствовали бесперебойному функционированию порта.
К весне 1943 г. обстановка для проводки конвоев по северным путям изменилась к лучшему: потери в судах были незначительны. Однако британское командование отказалось послать два следующих конвоя до наступления полярной ночи, то есть до ноября 1943 г. С санкции своего правительства оно перебросило с северных коммуникаций эскадренные миноносцы для борьбы с подводными лодками в Атлантике и два наиболее боеспособных линейных корабля — для действий в Средиземном море. 30 марта 1943 г. Черчилль сообщил Сталину решение о прекращении отправки конвоев: «...мы не считаем правильным рисковать нашим флотом метрополии в Баренцевом море... если бы были потеряны или даже серьезно повреждены один или два из наших самых современных линейных кораблей, в то время как «Тирпиц» и другие крупные единицы германского линейного флота оставались бы в действии, то все господство в Атлантическом океане подверглось бы угрозе со страшными последствиями для нашего общего дела». Следует отметить, что прекращение посылки конвоев не отвечало сложившейся обстановке и являлось нарушением союзнических обязательств со стороны западных держав
Наряду с защитой внешней коммуникации важной задачей Северного флота являлась защита внутренних, в том числе и арктических, морских сообщений Перевозки по ним осуществлялись в основном между Мурманском, Архангельском и портами Арктики Активность противника на внутренних морских коммуникациях Советского Союза резко усиливалась, как только союзники прекращали отправку конвоев Основными объектами нападения стали караваны судов в Арктике Но действия вражеских надводных кораблей в Карском и восточной части Баренцева моря бы та сопряжены с большим риском они могли оказаться отрезанными от своих баз и попасть под удары Северного флота и Англо-Американских сил Немецко-фашистское командование считало, что «воздействие противника в районе операции маловероятно, однако следует предусмотреть, что он может преградить обратный путь». Поэтому гитлеровцы осуществили скрытные постановки минных заграждений у новоземельских проливов, а в начале февраля — у входа в Кольский залив в районе острова Кильдин, однако последнее оказалось в стороне от судоходного фарватера. В целом это оружие не принесло противнику ожидаемого успеха в связи с быстрым выходом из строя (малой живучестью) мин в условиях Арктики
В навигацию 1942 г. через Арктику направлялись три конвоя, два из них успешно завершили плавание, третий же, предназначенный для до ставки продовольствия и вывоза сырья, из-за раннего ледостава был возвращен.
Большие трудности пришлось преодолеть в обеспечении вывода транспортов из Карского моря К концу арктической навигации здесь находилось 42 судна (в том числе 6 ледоколов) Чтобы вывести их, Северный флот с 14 октября по 6 декабря осуществил специальную конвойную операцию, в которой участвовали около 50 боевых кораблей и две авиационные группы В проливе Югорский Шар были обнаружены донные магнитно-акустические мины Группа советских и английских тральщиков протралила фарватер и уничтожила 10 мин Был также очищен от мин пролив Маточкин Шар Большую роль в этой операции, так же как и в обеспечении судоходства в Исландию, играли силы, развернутые во вновь созданной Новоземельской военно-морской базе, где к этому времени вступил в строй грунтовой аэродром В результате принятых мер операция завершилась успешно На переходе был потерян лишь подорвавшийся на мине транспорт «Щорс», вывозивший пушнину На подходе к горлу Белого моря в результате попадания бомб затонула баржа, находившаяся на буксире у транспорта.
Флот успешно обеспечивал движение судов между Кольским заливом и Архангельском По трассе ежемесячно проходило до 30 транспортов В защите этой важной коммуникации большую роль играли военно-морская база Иоканга и аэродром в восточной части Кольского полуострова, на которые базировались силы прикрытия. Противодействие противнику возрастало, и он применял против судоходства подводные лодки и одиночные самолеты; надводные же корабли использовал лишь для постановки мин. Однако потери от атак противника составляли менее одного процента всего количества проведенных судов.
Северный флот вел активную борьбу и на морских сообщениях противника. Перевозки вдоль берегов Норвегии были связаны не только со снабжением соединений вермахта, но и с вывозом из Киркенеса никелевой и железной руд. Они были необходимы германской промышленности для выплавки высококачественной стали, которая применялась при изготовлении моторов самолетов и подводных лодок. Поэтому вывоз и доставка сырья по назначению являлись важной задачей для фашистского командования. Все перевозки, как правило, осуществлялись в конвоях. Между Петсамо и Тромсё еженедельно проходило в обоих направлениях в среднем 11 конвоев, не менее чем 3 транспорта каждый. В первом квартале 1943 г. было обнаружено 135 конвоев, в составе которых насчитывалось свыше 400 судов. Используя эти коммуникации, противник интенсивно вывозил из Петсамо и Киркенеса никелевую руду и осуществлял снабжение войск и авиации, действовавших в Норвегии, всем необходимым.
Для защиты коммуникаций противник сосредоточил в Северной Норвегии 15 миноносцев, до 50 сторожевых кораблей и тральщиков. Шхерная коммуникация обеспечивалась артиллерийскими батареями, прожекторами, а некоторые участки — минными и сетевыми заграждениями.
По договоренности с союзниками западнее меридиана 20° действовали английские военно-морские силы. Для Северного флота был выделен восточный участок коммуникации от Петсамо до Тромсё протяженностью 350 миль. До осени 1942 г. на морских сообщениях противника действовали главным образом подводные лодки. Поступление на флот бомбардировщиков и торпедоносцев дало возможность использовать авиацию для ударов по портам и транспортам.
В зимнюю кампанию 1942/43 г. на коммуникациях противника начали активизироваться разнородные силы Северного флота: на каждой позиции постоянно находились одна-две подводные лодки; торпедоносцы парами в «свободной охоте» искали конвои в море; с января 1943 г. возобновили действия торпедные катера в Варангер-фьорде. С февраля малые охотники за подводными лодками в сопровождении торпедных катеров начали постановку мин в небольших заграждениях (банках) у портов и в узкостях Варангер-фьорда. При совместных действиях разнородных сил флота важно было добиться четкого оперативного взаимодействия между ними. Этого достигнуть еще не всегда удавалось. Так, в последних числах марта 1943 г., в соответствии с разработанным планом, подводные лодки и авиация флота должны были совместно действовать на участке вражеской коммуникации Варангер-фьорд, Танафьорд. Здесь были развернуты три подводные лодки, бомбардировщики и торпедоносцы находились в 30-минутной готовности, а самолеты-разведчики усилили поиск конвоев противника. Однако вследствие нарушения связи и недостатков в подготовке согласованного удара не получилось. Действия лодок и самолетов носили характер разрозненных атак одновременно против трех шедших конвоев, Противнику был нанесен серьезный ущерб. Он потерял 6 транспортов, но эффект мог быть большим, если бы удары всех сил флота наносились последовательно по одному из конвоев.
Морская коммуникация противника заканчивалась в порту Петсамо. Вход в Петсамский залив находился в пяти милях от полуострова Средний. Для блокирования этого порта на полуострове был развернут артиллерийский дивизион береговой обороны. Все входившие и выходившие суда подвергались обстрелу. Противник также установил у входа в Петсамский залив дальнобойные батареи. Во время движения судов обычно завязывалась интенсивная артиллерийская дуэль. Для прикрытия судов гитлеровцы применяли дымовые завесы.
С 15 января в непосредственной близости от входа в залив в бухте Пумманки стали базироваться торпедные катера Северного флота, которые иногда не успевали атаковать проходившие суда. Скрытность шхерной коммуникации, полярная ночь, снегопады и туманы, а также меры маскировки, применявшиеся противником, приводили к тому, что ни радио, ни авиационная разведка не могли предоставить необходимых сведений для нанесения эффективных ударов по его судам. Пришлось организовать наблюдательные посты на вражеском берегу, туда скрытно высаживались разведчики с подводных лодок. Это позволило более целеустремленно и рационально использовать силы для нанесения ударов.
Несмотря на возраставшее применение авиации, основной силой в борьбе с вражескими конвоями оставались подводные лодки, экипажи которых имели уже достаточный опыт. Чтобы выйти на прибрежный фарватер, подводным лодкам приходилось преодолевать минные заграждения или на предельных глубинах погружения, или в полную воду (во время приливов) в надводном положении. При атаках применялись многоторпедные залпы, что резко увеличивало эффективность их ударов. Почти после каждой атаки корабли охранения противника преследовали подводные лодки. Однако наибольшую опасность представляли мины. Две подводные лодки («К-22» и «М-121») подорвались на минах и затонули, третья («М-174»), хотя и получила повреждения, дошла до базы.
Со второй половины ноября 1942 г. до конца марта 1943 г. подводные лодки совершили 27 походов к норвежским берегам и 3 похода для обеспечения союзных конвоев. За это время они потопили и повредили свыше 30 вражеских судов.
С конца 1942 г. на морских коммуникациях противника начала более активно действовать авиация: бомбардировщики наносили удары по портам, торпедоносцы — по конвоям в море. Если до этого большинство воздушных боев происходило над советской территорией и союзными конвоями, то теперь борьба в воздухе развертывалась в основном над прибрежной коммуникацией противника. В первом квартале 1943 г. было произведено свыше 600 самолето-вылетов и осуществлено 28 успешных атак вражеских судов.
К действиям на морских сообщениях противника привлекались также эскадренные миноносцы. В январе — марте они три раза выходили на поиск противника, но из-за кратковременности пребывания на вражеской коммуникации и отсутствия технических средств обнаружения только раз встретили конвой противника и потопили одно судно.
Всего с ноября 1942 г. по март 1943 г. Северный флот потопил около 50 судов и боевых кораблей. Эффективными оказались мины, поставленные подводными лодками и катерами на шхерных фарватерах; на них подорвалось свыше 10 судов противника.
Борьба на вражеских коммуникациях у берегов Северной Норвегии характеризовалась возраставшим напряжением. Советское командование кроме подводных лодок использовало здесь авиацию, торпедные катера и эскадренные миноносцы. Наиболее эффективные удары по вражеским судам наносились на подходах к портам Киркенес и Петсамо. Противник вынужден был привлекать для охранения своих транспортов значительные силы и средства.
С перемещением усилий сторон на южное крыло стратегического фронта возросло значение борьбы на Черном море. Прежде всего повысился накал борьбы за Крым, Таманский полуостров, Новороссийск и район Туапсе. По мере изоляции этих районов с суши росло напряжение на морских коммуникациях, связывавших их с тыловыми портами.
Немецко-фашистское командование спешно увеличивало количество транспортных судов и боевых кораблей на Черном море, перебрасывая их из Германии по маршруту река Эльба, автострада Дрезден — Ингольштадт, река Дунай. Несколько итальянских судов прошло в Черное море через Дарданеллы и Босфор. В качестве ударной силы на море по-прежнему использовалась авиация, которую дополняли немецкие и итальянские подводные лодки, торпедные катера и самоходные артиллерийские баржи.
Черноморский флот превосходил военно-морские силы противника. Советское командование, не имея возможности надежно прикрыть корабли с воздуха (в составе флота было около 250 самолетов), для нарушения неприятельских коммуникаций в западной части моря использовало в основном подводные лодки и самолеты-торпедоносцы. Только в ноябре — декабре 1942 г. часть надводных сил и авиации была перенацелена на нарушение морских перевозок противника.
Предполагалось, что действия надводных кораблей у румынского побережья не только нанесут ущерб вражескому судоходству, но и отвлекут для прикрытия береговых объектов часть авиации с фронта.
В конце ноября — декабре 1942 г. крейсеры и эскадренные миноносцы осуществили три набега из кавказских портов на коммуникации у западных берегов Черного моря. Отряды кораблей, не обеспеченные разведывательными сведениями, действовали не всегда эффективно. Они потопили лишь одно судно и обстреляли некоторые береговые объекты. Не достигли полностью своей цели и артиллерийские обстрелы скопления судов в портах Крыма. Но все это вынудило противника сократить морские перевозки. Успешнее действовали подводные лодки, которые в декабре потопили у западного побережья три и повредили одно судно.
Дальнейший ход борьбы, особенно весной 1943 г., потребовал сосредоточить усилия для нарушения морских коммуникаций врага, связывавших Таманский полуостров и Крым с портами западного побережья Черного моря. Наиболее ожесточенные бои велись на коммуникациях через Керченский пролив. Здесь в основном действовала авиация флота и фронта, в ночное время туда проникали и торпедные катера.
Противник осуществлял перевозки на малотоннажных судах, которые было трудно поразить торпедами. Несмотря на это, в первые три месяца 1943 г. подводные лодки потопили 4 и самолеты-торпедоносцы 5 вражеских судов. В последующие месяцы интенсивность боевых действий на коммуникациях возросла. В апреле — июне авиация флота совершила свыше 70 успешных атак по судам и кораблям, подводные лодки потопили 14, торпедные катера 9 судов, свыше 10 судов и кораблей подорвалось на минах. Это был значительный успех Черноморского флота. Однако ему не удалось полностью прервать перевозки через Керченский пролив и блокировать с моря изолированную на Таманском полуострове группировку вражеских войск.
С удалением линии фронта на запад значительно улучшилась обстановка в районе Каспийского моря. Важные коммуникации, связывавшие порты Ирана и Советского Союза, весной 1943 г., по существу, оказались вне досягаемости вражеской авиации.
В целом зимой 1942/43 г. Военно-Морской Флот надежно обеспечивал перевозки на Баренцевом, Черном и Каспийском морях, а также содействовал общему наступлению советских войск, нарушая морские коммуникации противника.
2. Военно-Воздушные Силы в борьбе
за господство в воздухе и при поражении объектов тыла противника
В ходе зимней наступательной кампании 1942/43 г. советские Военно-Воздушные Силы вели боевые действия в более благоприятной обстановке, чем летом и осенью 1942 г. Соотношение сил в воздухе на сталинградском направлении, например, было в пользу советской авиации, которая к началу контрнаступления превосходила противника в 1,1 раза. Значительно улучшилось качественное состояние авиации. На вооружение авиационных частей и соединений поступали новые самолеты-истребители Ла-5, Як-7, а затем Як-9 с усиленным пушечным вооружением. С появлением на фронте новых типов самолетов советские летчики получили возможность широко применять в воздушных боях вертикальный маневр и перейти к более активным формам боя.
Была значительно улучшена конструкция самолета-штурмовика Ил-2. В начале 1943 г. развернулось массовое производство двухместных Ил-2 (с задней кабиной для стрелка), обладавших повышенной огневой мощью. Совершенствовались боевые качества пикирующего фронтового бомбардировщика Пе-2. В немецко-фашистской авиации также появилось несколько новых типов самолетов: истребители ФВ-190 и модифицированные самолеты Ме-109. Предпринималась попытка применить «Хеншель-129» в качестве штурмовика.
Зимой 1942/43 г. немецко-фашистское командование стремилось удержать стратегическое господство в воздухе на важнейших направлениях. В связи с этим борьба с вражеской авиацией оставалась одной из важнейших задач советских Военно-Воздушных Сил. Она велась на всем советско-германском фронте, но с наибольшим напряжением на его южном крыле.
Важным этапом на пути завоевания стратегического господства в воздухе явилась борьба, развернувшаяся в ходе контрнаступления под Сталинградом, где с обеих сторон участвовало более 2,5 тыс. боевых самолетов. В первые четыре-пять дней наступления метеорологические условия ограничивали активность авиации сторон. Но с 24 ноября в воздухе разгорелись ожесточенные бои. До конца месяца советские летчики произвели 6 тыс. самолето-вылетов, сбили более 200 вражеских самолетов и прочно захватили инициативу. За декабрь 1942 г. советская авиация совершила около 19 тыс. самолето-вылетов, вдвое больше, чем противник, провела около 800 воздушных боев, в которых были истреблены сотни вражеских самолетов.
Одновременно расширился масштаб действий по уничтожению вражеской авиации на аэродромах. В ходе контрнаступления количество самолето-вылетов для ударов по аэродромам противника, по сравнению с оборонительным периодом, увеличилось более чем в два раза и составило около 33 процентов всех самолето-вылетов, произведенных непосредственно в целях борьбы за господство в воздухе. Количество уничтоженных вражеских самолетов на аэродромах увеличилось с 23,8 процента в период обороны до 55,9 процента в контрнаступлении.
Участившиеся удары советской авиации по вражеским аэродромам обусловливались, с одной стороны, увеличением количества дневных бомбардировщиков в воздушных армиях, а с другой — ограниченным числом крупных аэродромов противника и неспособностью средств ПВО врага надежно прикрыть их.
Немаловажное значение имели ранее приобретенный опыт ударов по аэродромам и усиление внимания со стороны командования фронтов и воздушных армий к этому способу борьбы за господство в воздухе. Однако воздушная операция как одна из наиболее эффективных форм оперативного применения ВВС с целью разгрома авиационных группировок противника в ходе зимней кампании 1942/43 г. не получила распространения. Это объясняется недостаточным количеством авиационных сил, особенно бомбардировочной авиации, и многообразием задач фронтовой авиации по поддержке сухопутных войск.
В контрнаступлении под Сталинградом советская авиация впервые решала такую специфическую задачу, как осуществление блокады окруженной группировки противника с воздуха. Тесно взаимодействуя со средствами ПВО Донского фронта и Сталинградского корпусного района ПВО, 8, 16, 17-я воздушные армии и привлекавшиеся соединения авиации дальнего действия сорвали попытки врага снабжать войска по воздуху. За время блокады окруженной группировки, с 23 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г., советская авиация и зенитная артиллерия уничтожили 120 вражеских истребителей, 685 бомбардировщиков и транспортных самолетов х. Изоляция окруженных войск с воздуха лишала их поддержки извне. Во время разгрома этой группировки авиация противника уже не оказывала серьезного противодействия. Советские Военно-Воздушные Силы полностью владели инициативой в воздухе, что явилось крупным вкладом в борьбу за завоевание стратегического господства в воздухе на советско-германском фронте.
В воздушных боях и на аэродромах разгрому подверглись лучшие авиационные части противника. Немецкий генерал Дёрр вынужден признать, что германская авиация понесла в этой операции самые большие потери со времени воздушного наступления на Англию. «Не только сухопутные силы, — писал он, — но и авиация потеряла под Сталинградом целую армию».
Борьба за господство в воздухе велась также на Северном Кавказе, Верхнем Дону, под Ленинградом, в Донбассе, то есть там, где сухопутные войска проводили наступательные операции.
В ходе зимней кампании вражеская авиация понесла серьезные потери — были истреблены лучшие кадры немецко-фашистских летчиков, уничтожено свыше 4,3 тыс. самолетов. В борьбе за стратегическое господство в воздухе на всем советско-германском фронте были достигнуты крупные успехи. Обозначившийся под Сталинградом перелом в борьбе за господство в воздухе получил дальнейшее развитие на Кубани и завершился летом 1943 г. под Курском. Для восполнения потерь немецко-фашистское командование перебрасывало на советско-германский фронт авиационные части и соединения с других театров военных действий и из резерва. Только с 15 декабря 1942 г. по 20 января 1943 г. сюда прибыли из Германии, Норвегии, Франции и Голландии десять бомбардировочных и одна истребительная группа, со Средиземноморского театра — три бомбардировочные группы, эскадра пикирующих бомбардировщиков, эскадра и особый отряд двухмоторных истребителей, с Балканского полуострова — две бомбардировочные группы. Всего с запада на восточный фронт было переброшено около 700 самолетов. В результате численность немецко-фашистской авиации на других театрах войны сократилась, что благоприятствовало авиации США и Великобритании в проведении стратегических бомбардировок Германии, Италии и облегчало ее действия в Северной Африке и на Средиземном море.
Зимой 1942/43 г. активизировалась деятельность авиации дальнего действия по срыву железнодорожных перевозок противника. В марте 1943 г. в соответствии с указанием Ставки ВГК проводилась воздушная операция с целью нарушить перевозки врага в глубоком тылу. В дальнейшем, почти в течение трех месяцев, наносились удары по важнейшим железнодорожным узлам и станциям, эшелонам на перегонах. Глубина действия бомбардировщиков достигала 450—600 км, а ширина полосы, в которой наносились удары — 350—400 км.
Интенсивным ночным налетам подвергались железнодорожные узлы: Брянск — 2852 самолето-вылета, Орел — 2325, Гомель — 1641, Унеча — 762, Смоленск — 523, Орша — 483, Вязьма — 427, Новозыбков — 400 самолето-вылетов. Всего авиация дальнего действия зимой и весной 1943 г. произвела по таким объектам свыше 10 тыс. самолето-вылетов. По коммуникациям противника наносила удары и фронтовая авиация. Специально выделенные полки уничтожали паровозы, железнодорожные эшелоны, автоколонны. Об эффективности действий авиации свидетельствуют следующие факты. 6 марта 1943 г. авиация и партизаны вывели из строя на несколько суток железнодорожный участок Унеча — Брянск, а в апреле— участок железной дороги Рославль — Брянск. 7 марта авиация дальнего действия нанесла удар по железнодорожному узлу Гомель; было сожжено 17 цистерн с горючим и 24 вагона с продовольствием, взорвано 28 вагонов с боеприпасами.
В результате ударов советской авиации по узлам коммуникаций, станциям, перегонам, поездам железнодорожные магистрали в тылу врага часто работали с перебоями, что осложняло противнику перегруппировки и подвоз к фронту резервов.
В апреле 1943 г. авиация дальнего действия нанесла удары по военно-промышленным и административным центрам в глубоком вражеском тылу, таким, как города Кенигсберг, Инстербург, Данциг, Тильзит. Всего в этом месяце авиация дальнего действия произвела по ним 920 самолето-вылетов и сбросила около 700 тонн бомб. В ночь на 29 апреля на военные объекты Кенигсберга была впервые сброшена 5-тонная бомба (ФАБ-5000). Удары малыми силами по промышленным и административным центрам в глубоком тылу противника не могли причинить ему значительного материального ущерба, однако они вынуждали немецко-фашистское командование держать в боевой готовности силы и средства ПВО и оказывали определенное моральное воздействие на врага.
Таким образом, советские Военно-Воздушные Силы зимой 1942/43 г. внесли значительный вклад в достижение победы под Сталинградом, на Северном Кавказе, Верхнем Дону, под Ленинградом и на других участках советско-германского фронта, где завоевали и удержали оперативное господство в воздухе. Они обогатились опытом осуществления блокады окруженной группировки врага с воздуха. Блокада с воздуха достигалась умелой организацией борьбы с транспортной авиацией противника на аэродромах базирования, на маршрутах полета и на аэродромах (посадочных площадках) непосредственно в районе окружения с участием сил и средств ВВС, Войск ПВО страны, средств ПВО и артиллерии сухопутных войск. Авиация дальнего действия сочетала нанесение ударов в интересах наступавших войск фронтов с ударами по стратегическим объектам Германии.
3. Действия Войск ПВО страны
К концу 1942 г. Войска ПВО страны накопили большой опыт в создании эффективной системы прикрытия важных политических, экономических и административных центров, прифронтовых коммуникаций. Улучшилась их организационная структура и вооружение. О качественном росте, например, истребительной авиации ПВО можно судить по данным таблицы 12.
Таблица 12. Изменение соотношения между старыми и новыми типами самолетов (в процентах) в частях истребительной авиации ПВО
| Типы истребителей | концу 1941 г. к | к маю 1942 г. | к апрелю 1943 г. |
| Старые типы истребителей (И-15, И-16, И-153) | 59 | 38 | 24 |
| Новые типы истребителей (Як-1, Як-7, ЛаГГ-3, МиГ-3, Ла-5) | 41 | 62 | 76 |
Части зенитной артиллерии ПВО продолжали перевооружаться более совершенной 85-мм пушкой и радиолокационными станциями орудийной наводки (СОН), которые стали поступать в Войска ПВО страны уже в первой половине 1942 г.
Главными задачами Войск ПВО страны зимой 1942/43 г. являлись прикрытие важнейших политических и экономических центров СССР, коммуникаций действующей армии, наращивание системы ПВО на важнейших направлениях в ходе стратегического наступления войск, а также участие в блокаде с воздуха окруженных вражеских группировок.
Основные усилия по-прежнему сосредоточивались на обороне Москвы, Ленинграда, Баку, Горького и других крупнейших центров и промышленных районов; для этого привлекалось около 70 процентов истребительной авиации, зенитной артиллерии среднего калибра и до 50 процентов зенитной артиллерии малого калибра. Это вызывалось тем, что вражеские военно-воздушные силы еще обладали большими возможностями для нанесения ударов по объектам тыла страны.
В связи с наступлением Советской Армии на запад неприятельской авиации приходилось действовать с более удаленных от объектов бомбардирования аэродромов и преодолевать на своем пути зону фронтовых средств ПВО. Частые кризисные ситуации в ходе кампании вынуждали немецко-фашистское командование переключать на поддержку сухопутных войск и ту часть авиации, которая могла бы использоваться для нанесения ударов по объектам тыла Советского Союза.
Для действий вражеской авиации в зимнюю кампанию 1942/43 г. было характерно общее снижение ее активности в сравнении с предыдущей кампанией почти в 2 раза. Однако с расширением фронта стратегического наступления Советской Армии зимой 1943 г. активность авиации противника начала возрастать. Если в январе 1943 г. на советско-германском фронте было отмечено 21 620 самолето-пролетов противника, то в марте их было 33 815. При этом в оперативных границах Войск ПВО страны в январе было зафиксировано 5 487 самолето-пролетов, а в марте — 9 762, то есть от 25 до 30 процентов всех самолето-пролетов ВВС противника.
Наибольшую активность авиация противника проявляла в границах Ленинградской армии ПВО, Бологоевского, Мурманского, Воронежско-Борисоглебского, Сталинградского районов и Закавказской зоны ПВО. Главные усилия она направляла для ударов по объектам коммуникаций Северо-Западного, Центрального, Воронежского, Сталинградского, Северо-Кавказского и Южного фронтов.
Ленинградская армия ПВО отражала налеты бомбардировочной авиации противника на Ленинград, прикрывала трассу через Ладожское озеро и ударную группировку Ленинградского фронта при прорыве блокады города. Войска Бологоевского района ПВО обороняли коммуникации и объекты тыла Северо-Западного фронта. В ходе операции по ликвидации Демянского плацдарма противника части районов ПВО прикрывали войска фронта, а также участвовали в блокаде с воздуха Демянской группировки.
Большое внимание противник уделял разрушению мостов через водные преграды. Так, в марте — апреле 1943 г. его авиация осуществила шесть налетов на железнодорожный мост через Дон у Ростова, в которых участвовало 815 самолетов. С такой же интенсивностью подвергались бомбардировке и другие мосты, имевшие оперативно-стратегическое значение. Однако части Войск ПВО страны успешно отразили налеты, и ни один из этих объектов не был разрушен.
Для защиты прифронтовых путей сообщения привлекалось до 15 процентов всех сил и средств Войск ПВО страны. Выполнение этой задачи включало оборону целого комплекса разнообразных по характеру и значимости объектов: наиболее важных участков железных и автомобильных дорог, мостов, баз снабжения, переправ и портов на всю глубину оперативного тыла (300—500 км).
Начиная с декабря 1942 г. заметно повысилась активность вражеской авиации на северном крыле советско-германского фронта. Наряду с увеличением масштабов налетов на Мурманск авиация противника стала наносить систематические удары по слабозащищенным объектам Кировской железной дороги, главным образом на участке Кандалакша — Лоухи. При этом широко применялись рейды пар истребителей Ме-109 в сочетании с действиями пикирующих бомбардировщиков Ю-88. Фашистской авиации нередко удавалось наносить дороге большой ущерб. Так, с 14 декабря 1942 г. по 1 марта 1943 г. на ней было разрушено и повреждено 36 станционных зданий, 300 км пути, разбито и повреждено 37 паровозов и 104 вагона.
Такой значительный ущерб от ударов противника с воздуха был следствием того, что система ПВО Кировской железной дороги, построенная на принципе обороны основных железнодорожных узлов и станций, оказалась неподготовленной к противодействию новой тактике немецкой авиации на этом направлении и не могла оказать серьезный отпор воздушному противнику, наносившему удары в основном на перегонах, вне зоны огня зенитных средств. Учитывая опыт лета 1942 г., для усиления противовоздушной обороны наиболее уязвимых участков дороги были переброшены средства ПВО из глубины страны, а также произведена перегруппировка сил Мурманского района ПВО. Подвижные средства ПВО — зенитные бронепоезда, подразделения зенитной артиллерии малого калибра и зенитные пулеметы — стали применяться в составе маневренных зенитных групп, которых, например, на участке Кандалакша — Лоухи было создано пять. Одновременно создавались зенитные группы сопровождения эшелонов в пути. В результате принятых мер авиация противника стала нести ощутимые потери и вынуждена была действовать с больших высот, что значительно снизило эффективность ее ударов.
В связи с началом непосредственной подготовки к прорыву блокады Ленинграда еще больше возросло значение бесперебойной работы военно-автомобильной дороги, проложенной по льду Ладожского озера. Ладожский район ПВО в январе 1943 г. был усилен частями зенитной артиллерии резерва Ставки. Авиационное прикрытие осуществляли несколько полков истребительной авиации 7-го истребительного авиакорпуса ПВО, военно-воздушные силы Ленинградского фронта и Краснознаменного Балтийского флота. Это позволило создать эффективную систему ПВО, успешно отразить воздушные налеты противника и обеспечить нормальную работу коммуникации в течение всей зимы.
После перехода советских войск в наступление на южном участке советско-германского фронта перед Войсками ПВО страны встала новая задача — создать систему противовоздушной обороны на освобождаемой территории. Первоначально эта задача увеличения глубины ПВО страны решалась главным образом за счет использования резервов, заранее выдвигаемых в прифронтовую полосу. Однако по мере увеличения размаха наступательных операций этих резервов становилось недостаточно. Тогда советское командование стало маневрировать силами Войск ПВО страны. На освобождаемой территории сразу же развертывалась служба воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС), организовывалось прикрытие новых промышленных районов и важных объектов, налаживалось взаимодействие с войсковой системой ПВО. Так, с началом наступления на Северном Кавказе по заранее разработанному плану была проведена перегруппировка частей Закавказской зоны ПВО для организации обороны военных объектов в освобождаемых районах. С декабря 1942г. до конца 1943 г. по железной дороге и своим ходом было передислоцировано 28 отдельных частей ПВО.
Выполняя свои основные задачи, Войска ПВО страны зимой 1942/43 г. оказывали помощь соединениям других видов Вооруженных Сил. Так, например, истребительная авиация и зенитная артиллерия Ленинградской армии ПВО участвовали в операции по прорыву блокады Ленинграда. Войска Сталинградского корпусного района ПВО участвовали в блокаде с воздуха окруженной группировки противника. Зенитные части этого района и Донского фронта создали плотную зону зенитного артиллерийского огня на ближних подступах и непосредственно над районом окружения, а истребительная авиация действовала в одном из секторов между внешним и внутренним фронтами окружения.
Зимой 1942/43 г. Войска ПВО страны вели боевые действия в более благоприятной обстановке, чем летом и осенью 1942 г. Интенсивность налетов авиации противника на объекты в границах соединений и объединений ПВО значительно снизилась, части ПВО имели более высокую техническую оснащенность, в результате чего повысились их боевые возможности. По мере продвижения советских войск на запад возрос объем задач, особенно по прикрытию прифронтовых коммуникаций и других важнейших объектов оперативного тыла от налетов вражеской авиации. Их успешное решение осуществлялось в тесном взаимодействии со средствами противовоздушной обороны фронтов, а на приморских направлениях — с флотской противовоздушной обороной.
* * *
Таким образом, в течение зимней кампании 1942/43 г. Военно-Морской Флот, Военно-Воздушные Силы и Войска противовоздушной обороны страны действовали не только совместно с Сухопутными войсками, но и решали ряд задач самостоятельно. Их усилия способствовали достижению победы Советскими Вооруженными Силами.
На Северном морском театре соотношение сил продолжало изменяться в пользу союзников по антифашистской коалиции. Это создавало благоприятные условия для обеспечения морских коммуникаций. Провал операции немецкого флота против союзного конвоя в декабре 1942 г. свидетельствовал о малой эффективности применения крупных надводных кораблей для борьбы на северных коммуникациях. В последующем роль крупных надводных кораблей на этом театре снизилась еще больше. В связи с увеличением количества кораблей и самолетов в составе Северного флота возросли и его боевые возможности. В действиях по нарушению морских сообщений противника стали применяться разнородные силы в оперативном и тактическом взаимодействии. Приобретенные опыт и боевое мастерство позволили повысить эффективность атак и ударов по вражеским конвоям, надежность защиты морских перевозок. Матросы и офицеры Северного флота, моряки военного и торгового флотов союзников, участвовавшие в проведении конвоев в трудных условиях Заполярья, выполняли свой долг с большим мужеством. Ледостав резко ограничил самостоятельные действия Краснознаменного Балтийского флота. Черноморскому флоту, несмотря на активность действий, не удалось прервать полностью коммуникации врага в Керченском проливе.
Важным итогом боевых действий Военно-Воздушных Сил явилось достижение перелома в борьбе за господство в воздухе. На многих участках советско-германского фронта советская авиация завоевывала оперативное господство в воздухе, надежно прикрывала сухопутные войска и тем самым создавала условия для завоевания стратегического господства. Опыт показал, что борьба за господство в воздухе может быть успешной лишь в том случае, если она ведется одновременно несколькими воздушными армиями и силами авиации дальнего действия при централизованном руководстве ими со стороны командования ВВС и охватывает большую территорию. В этом случае противник лишается возможности маневрировать силами авиации, создаются условия для ее поражения не только в воздухе, но и на аэродромах.
Удары фронтовой авиации и авиации дальнего действия по железнодорожным узлам, эшелонам и автоколоннам противника были еще недостаточно эффективны. Противник часто без скольких-нибудь серьезных помех перебрасывал резервы и создавал ударные группировки для перехода в контрнаступление, как это было в районе Донбасса и под Харьковом. Борьба с подходящими резервами показала, что она должна вестись одновременно на широком фронте, на большую глубину, днем и ночью, по единому плану. Лишь систематическое воздействие с воздуха на железнодорожные магистрали врага может нарушить планомерное сосредоточение войск противника и в значительной мере сорвать его замыслы.
Важное место в общей системе операций Советской Армии занимали боевые действия Войск ПВО страны. Кроме административных центров и крупных промышленных районов они прикрывали фронтовые коммуникации и наращивали систему ПВО в ходе наступления. При решении этой задачи наиболее сложным вопросом являлось изыскание необходимых сил и средств, которые можно незамедлительно использовать для организации обороны новых важных районов и объектов, а также развертывания службы ВНОС на освобождаемой от противника территории.
Опыт показал, что блокада с воздуха окруженной группировки противника может быть успешно осуществлена только совместными усилиями Военно-Воздушных Сил и Войск ПВО страны с привлечением в необходимых случаях войсковой ПВО и артиллерии. При этом решающее значение для достижения высокой эффективности борьбы с воздушным противником имеет четкое взаимодействие всех сил и средств, привлекаемых к блокаде.
Приобретенный опыт проведения самостоятельных операций видами Вооруженных Сил был творчески использован советским командованием в ходе последующих военных действий.
Новые публикации
Стрелковое оружие
Вооружение
Авиация
Корабли
Календарь событий
Спецслужбы
История
Биографии
Публикации
Познавательное
Достопримечательности России
Первая помощь
Ордена и медали
Тесты
Календарь событий
Карта публикаций
© МРОО "Вымпел-В" 2004-2026e-mail: pl305@yandex.ru
Материалы данного сайта размещаются только для ознакомления и не являются публичным призывом
к выполнению каких-либо действий. Ресурс крайне осуждает любые формы экстремизма и терроризма.
При копировании информации обязательна активная гиперссылка на источник.
При копировании информации обязательна активная гиперссылка на источник.
