Головин Фёдор Алексеевич

Головин Фёдор Алексеевич — сподвижник Петра I, боярин, генерал-адмирал, глава внешнеполитического ведомства и первый генерал-фельдмаршал в России.


Основные достижения и должности
✧ в 1689 году заключил Нерчинский договор с Китаем, урегулировав пограничные споры, несмотря на вынужденные территориальные уступки
✧ возглавлял Посольский приказ (1699–1706), значительно расширив сеть российских дипломатических представительств в Европе и Азии
✧ участвовал в Великом посольстве (1697–1698), нанимая иностранных специалистов и закупая оборудование для флота
✧ первый в России генерал-фельдмаршал (1700) и генерал-адмирал (1699)
✧ участвовал в Азовских походах (1695–1696), командовал галерной эскадрой
✧ организовывал снабжение армии в начале Северной войны 1700-1721 годов

Фёдор Алексеевич родился 9 ноября 1650 года Его отец Алексей Петрович Головин (1618–1690) был представителем знатного боярского рода Головиных-Ховриных, возглавлявший Ямской приказ с 1681 года, служил воеводой в Астрахани, а затем в с 1684 года Симбирске.

Федор Головин получил отличное для того времени образование в доме отца и, как знатный дворянин, с молодых лет начал службу при высочайшем дворе.

Царь Алексей Михайлович Романов перед смертью назначил Федора Алексеевича Головина в стольники своего младшего сына царевича Петра Алексеевича и завещал беречь царевича Петра как зеницу ока.

В 1682 году Головин оберегал 10-летнего Петра во время бунта стрельцов, приведшего к власти правительницу Софью, сестру юного царя. Преданность Головина царю Петру I производила впечатление невыгодное для правительницы.

Правительница, видя в лице Головина препятствие, решила отправить его подальше от царя. Это произошло в то время, когда Софья начала тайно прокладывать себе путь к трону, включая своё имя в грамоты вместе с именами братьев-царей.

Решение отправить Ф. А. Головина в Китай в качестве посла было логичным шагом в её плане возвышения. Кроме того, это позволяло выбрать человека, который раньше не участвовал в дипломатических миссиях и не проявил себя в службе.

Назначение послом в Китай было не только испытанием, но и ловушкой. В случае неудачи можно было опасного человека, который не оправдал доверия, смешать с грязью и даже привлечь к ответственности за ошибки. А они неизбежны в новом деле, особенно когда речь идет о взаимодействии с богдыханом — правителем Китая, известным своей подозрительностью и эксцентричностью.

По мере приближения наших границ к китайской границе в степях, между нами и китайцами начались распри, которые с каждым днем грозили только усложнением, а не прекращением причин для конфликта. Чтобы разрешить все эти проблемы и наладить дружеские отношения с соседним правительством, в 1685 году был отправлен Федор Алексеевич Головин, который перед отправкой был возведен в звание ближнего окольничего. Это было сделано не случайно: умному послу показали, что его внезапное возвышение должно быть искуплено реальными достижениями.

Головин, выросший в Сибири, где его отец был правителем, хорошо знал китайские обстоятельства. Он также понимал, что в то время, когда богдыхан заявлял о желании прекратить распри и его назначили послом, китайцы вновь осадили Албазин, и его пришлось освобождать вооруженной силой. Сбор средств для отпора занял целый год (1686), и только в июне 1687 года китайское правительство назначило местом съезда своих уполномоченных с нашими представителями город Селенгинск, который позже, по просьбе Головина, был переименован в Нерчинск.

Во время переговоров о выборе места для съезда, Головин начал строительство острога на реке Уде. Он принял в подданство монгольских князьков, которые пришли в окрестности, спасаясь от калмыков, а также привел в русское подданство сойотов табунуцких с шуленгами, заставив их дать шертную клятву по их обычаю.

Китайские послы прибыли с войском в 10 тысяч человек и заняли луговую сторону рек Шилки и Нерчи, поставив две палатки в 200 саженях от Нерчинского острога. Переговоры начались 12 августа. Китайцы предложили не вспоминать прошлые распри, а Головин выдвинул идею установить границу по реке Амур, где южный берег должен был принадлежать Китаю, а северный — России. Китайцы требовали отдать им Албазин и Нерчинск с землями до Байкала.

Обе стороны остались при своем мнении. Китайцы были готовы взять Албазин силой, а силы Головина не могли его защитить, не говоря уже о нападении. Не доводя дело до вооруженного конфликта, он уступил Албазин. Он обязался разрушить крепость и, когда река Кербечи (Торбица), приток Шилки, станет границей, 27 августа 1689 года был заключен договор.

Головин вернулся в столицу при Петре I, после свержения правительницы. Царь тепло встретил бывшего стольника, которого теперь возвели в бояре. Головина ценили за умение увлекательно рассказывать о своих путешествиях. Это пробудило в Петре I интерес к далеким странам, и он стал неутомимым собеседником китайского посла.

С каждым днем царь все больше доверял этому умному Федору Головину. После смерти боярина Шереметева Петр назначил Головина главным начальником оружейной палаты. В качестве генерал-кригскомиссара Головин участвовал во втором походе на Азов, командуя флотом и отражая атаки турок, которые пытались подойти по воде.

В 1696 году Федор Головин был призван царём для участия в военно-морских операциях. Во время второго Азовского похода он обеспечивал морскую поддержку русским войскам, которые осаждали Азов, бывший тогда турецкой крепостью.

После успешного взятия Азова Фёдор Алексеевич участвовал в триумфальном въезде в Москву. Он был удостоен золотой медали, кубка и вотчины под Орлом.

В следующем году Головин вместе с Ф. Я. Лефортом и А. Д. Меншиковым сопровождал Петра I в его первом путешествии в Западную Европу.

Хотя формально главой великого посольства считался адмирал Лефорт, душой всех переговоров и мероприятий был Головин. Он заключил в Лондоне с лордом Джермейном выгодный для России договор о поставках табака. Также Головин вел переговоры со всеми иностранными специалистами, которых Петр I приглашал на службу.

Вернувшись в Россию, царь велел выбить медаль в честь заслуг Головина. Он сделал его первым кавалером ордена Андрея Первозванного, учредив этот орден, и сам возложил его на своего министра. Перед войной со Швецией (18 февраля 1700 года) Головин стал управлять приказами: посольским, малороссийским, смоленским, новгородским, владимирским, галицким и устюжским. Таким образом, он отвечал за все иностранные дела и государственные доходы.

В день объявления войны Швеции (19 августа 1700 года) Петр I назначил фельдмаршала и отправил дипломата вести русские войска под Нарву. К тому времени крепость была доведена до состояния, когда она не могла долго держаться. Нужда заставила Петра I и Головина уехать из лагеря, чтобы ускорить снабжение армии всем необходимым. В их отсутствие, с приходом Карла XII, произошла несчастная битва, в которой русская артиллерия была уничтожена.

Головин, неистощимый в поиске средств, быстро устранил угрозу для государства. Он сформировал армию, вдвое больше прежней, и создал новую артиллерию. Направив дела армии к лучшему, Головин вместе с царем встретился с польским королем Августом II в Бирже 17 февраля 1701 года.

Заключенный 26 февраля договор о взаимной поддержке против шведов дал Петру надежду на исправление ущерба, нанесенного Нарвской битвой. Польша должна была уступить ей прибалтийские области, а республика втянуться в борьбу, а не только ее выборный король. Польские войска планировали взять Ригу летом 1702 года, когда русские начнут кампанию в Ингерманландии.

Поздний возврат царя из Архангельска заставил осадить Шлиссельбург и взять его в октябре. Хотя польско-саксонская армия потерпела поражение, укрепление нашего доступа к Неве было полным. Этот успех предварял будущие победы и усиление нашего положения. Он совпал с законоположением, предложенным Головиным, о защите свободы совести и возможности свободного ухода с нашей службы для иностранных специалистов, присоединяющихся к ней.

В 1702 году произошло событие, которое имело особое значение для Головина — он был возведён в графское достоинство Священной Римской империи. Это был первый случай, когда русский сановник получил такой почётный титул. Головин всегда сопровождал царя-реформатора и в походах, и в осадах.

За «никогда не виданную победу» — захват военных судов с артиллерией — Пётр I наградил Головина крестом святого Андрея Первозванного. Это произошло 10 мая 1703 года в лагере, расположенном рядом с взятым Ниеншанцем.

28 мая 1703 года Головин заключил соглашение с польским послом о предоставлении субсидий для поддержки борьбы Августа II с Карлом XII.

Взятие Нарвы в 1704 году привело к новому визиту польского посольства к царю и заключению нового договора о совместном оборонительном и наступательном союзе. Для Августа, который потерпел поражение от противника, это соглашение стало единственной надеждой на поддержку.

После триумфального возвращения Москвы, ознаменовавшего собой победу в борьбе за возвращение исконных русских земель, отвоёванных у шведов, Головин отверг притязания англичан, которые были невыгодны для нас в торговом плане. А союзник, который терпел неудачи, — Польша — получил справедливое предупреждение о том, что нам, в свою очередь, хотелось бы устранить поводы для взаимного недовольства.

Аналогичные намерения были и у Пруссии, которая хотела вступить с нами в отношения, но не могла заключить прямой союз из-за поспешного решения европейских держав о чествовании шведского героя.

Пётр I не считал своё дело проигранным и не думал терять то, что было достигнуто с помощью оружия, даже если не было союзников. Он был не против договориться о мире с победителем Августа, но хотел заключить честный мир.

Ни голландские, ни прусские дипломаты не понимали его намерений и не собирались всерьёз выступать посредниками в переговорах с Карлом XII по вопросу о России. Особенно учитывая, что в то время счастливый полководец готовился к войне со своим гениальным противником. Головин рассматривал мирные переговоры как преждевременную попытку.

Будучи обременённым множеством дел, включая посольские обязанности и проблемы в Астрахани, где продолжались волнения, Головин был вызван царём в Санкт-Петербург весной 1706 года. После возвращения из столицы он был срочно вызван в Москву, где почувствовал себя плохо. В Нежине болезнь настигла деятельного генерал-адмирала и фельдмаршала, а в Глухове, куда он прибыл, почувствовав временное облегчение, его друг и соратник, соратник царя-преобразователя, скончался 2 августа 1706 года.

Эта потеря произошла в то время, когда Петру I, как никогда, были нужны ум, знания и энергия графа Фёдора Алексеевича Головина. В своём письме, выражая скорбь, Пётр I писал Федору Матвеевичу Апраксину, что никогда бы не хотел сообщать такую печальную новость, как потеря Головина. В этом кратком выражении его чувств и осознания своей беспомощности перед лицом потери «друга-адмирала, унесённого смертью в Глухове», проявляется величие его потери.

Фёдор Алексеевич Головин похоронен в Симоновом монастыре.

Литература: "Русские бывшие деятели. Сборник портретов замечательных лиц прошлого времени с краткими биографическими очерками". Том. I. П.Н. Петров. 1877 г.