Стрелковое оружие
Вооружение
Авиация
Корабли
Календарь событий
Спецслужбы
История
Биографии
Публикации
Познавательное
Достопримечательности России
Первая помощь
Ордена и медали
Тесты
Календарь истории

Биографии

А
Б
В
Г
Д
Е
Ж
З
И
К
Л
М
Н
О
П
Р
С
Т
У
Ф
Х
Ч
Ш
Э
Ю
Я

Ермолов Алексей Петрович


Ермолов Алексей Петрович- русский военачальник, государственный деятель и дипломат, участник многих крупных войн.
Алексей Ермолов
Алексей Ермолов родился 4 июня 1777 года в Москве. Его родители происходили из дворян. Среди предков матери были яркие представители старинных родов. Двоюродный брат Алексея – Денис Давыдов, знаменитый гусар и участник партизанского движения во время вторжения наполеоновских войск. 

Отец Алексея был строг и воспитывал сына в патриотическом духе. В семилетнем возрасте Алексея  зачислили в лейб-гвардию Преображенского полка. Во время учебы юноша показал себя прирожденным солдатом, и уже в 17 лет состоялся первый в его жизни реальный бой.

Военная карьера молодого Алексея Ермолова началась под началом знаменитого полководца Александра Суворова. Ермолов проявил исключительную храбрость во время Польской кампании 1794 года, за что получил орден Святого Георгия IV степени из рук самого фельдмаршала.

Мечта служить на Кавказе родилась у Ермолова еще в 1796 году, когда он участвовал в Персидском походе В. А. Зубова. Не будем додумывать, о чем именно мечтал тогда 19-летний подполковник, как далеко простирались его размышления о значении кавказского перешейка в контексте имперских перспектив России на Востоке.

Эта мечта не была экзотической прихотью. В ней отразилась вся широта геополитических представлений Ермолова о путях дальнейшего расширения Российской империи. В этом смысле он был прямым наследником внешнеполитической философии Петра I.

К концу XVIII века кавказский перешеек, за исключением нескольких русских крепостей на северной стороне Кавказского хребта, оставался сферой преимущественного влияния Персии и Турции.

Алексей Петрович Ермолов в корне поменял политику России на Кавказе. Наместники пытались задабривать мест­ных князьков, давая им чины, вплоть до генеральских, и платя огромное жалованье.

Северо-Кавказский регион вместе с Грузией входил в состав Российской империи.Со времён Ивана Грозного горцы просили Россию защитить их от Крымского ханства. В 1783 г. при Екатерине II Крымское ханство прекратило своё существование. И горцы получили возможность жить с безопасными внешними границами и обратили весь свой воинственный дух внутрь Российской империи. Они давали клятвы верности и тут же их нарушали. Порой отряды горцев могли прийти к коменданту русской крепости и предложить ему совершить совместный набег на соседнюю крепость.

От набегов страдала и Грузия, которая попросилась в состав Российской империи и была принята.

В 1816 году Император Александр I назначил Ермолова на должность Главноуправляющего в Грузии и командиром Отдельного Кавказского корпуса. С этого назначения начинается не только новый этап в жизнедеятельности Алексея Петровича, но и новая страница в кавказской истории России.

В начале 1816 года Ермолов прибыл в Тифлис и сразу же взялся за детальное изучение Кавказа. Его интересовало буквально все. Особенности ландшафта, климат, этническая карта, характерные черты народной психологии, политические (или квазиполитические) организмы, патриархальные формы общественного уклада, религия, хозяйственные занятия городского и сельского населения, перспективы экономического развития края, торговля, пути сообщения.

Свою деятельность на Кавказе Ермолов начал с поездки вдоль русско-персидской границы, примыкавшей к новоприобретенным русским владениям. Он придавал исключительное значение исправлению старых и прокладке новых дорог магистрального типа. Предполагал прочно связать Северный Кавказ с Закавказьем, используя практически все горные перевалы.

Все действия Ермолова указывали, что на юге он готовится к перспективе отражения нападения Персии и Турции. В обоих случаях Ермолов рассматривал два возможных варианта ведения войны: оборонительный и наступательный, в зависимости от целого ряда военных и внутриполитических обстоятельств.

К моменту назначения Ермолова положение изменилось. Присоединение Восточной Грузии в 1801 году создало большие проблемы для Российской империи. Тут царил невообразимый беспорядок, доставшийся от времен господства Персии и от запутанной системы отношений между картло-кахетинскими царями и их вассалами, которые были полновластными хозяевами в своих владениях.

Не лучше обстояли дела в Западной Грузии. К 1816 году Имеретия, Мингрелия, Гурия числились в составе Российской империи, но управлялись потомственными представителями местных владетельных фамилий (за исключением Имеретии, царь которой после провалившегося мятежа бежал в Турцию). К России они относились достаточно лояльно, но с настороженностью, подозревая, что рано или поздно она будет менять местные феодальные порядки. Западногрузинская социальная элита, как и восточногрузинская, дорожила своими привилегиями и правом на произвол в отношении своих крестьян. Часть знати традиционно поддерживала тайные связи с Турцией, которые теперь могли пригодиться, если придется искать там убежище после провала какого-нибудь заговора против России.

Абхазское княжество было принято в состав Российской империи в 1810 году и переживало тяжелейший внутренний кризис. Шла жестокая междоусобная война, осложненная вмешательством Турции, имевшей там своих сторонников. Власть князя Георгия Шервашидзе носила номинальный характер. Он полностью зависел от русской военной помощи.

Население Северного Кавказа большей частью состояло из патриархально-родовых общин, управлявшихся старейшинами, жрецами и военными вождями по обычаям, не совместимым с российско-имперскими законами.

На Кавказе противник мог появиться отовсюду. У него не было ни столицы, ни главной крепости - каждый горный аул был такой неприступной крепостью.

Ермолов разделил театр военных действий на три операционных направления:
в центре — Кабарда
на правом фланге — Закубанская Черкесия
 слева — Чечня и Дагестан

Генерал Ермолов последовательно не только завоёвывал их оружием, но и обустраивал экономически, создавал новую систему управления, учитывающую местные законы и традиции.

Ермолов заложил крепости Грозную, Нальчик, в дальнейшем ставшие городами, и многие другие. Он строил госпитали, школы, дороги. Благодаря деятельности Ермолова те горцы, кто вставал на мирный путь, получили возможность учиться в военных заведениях империи. После их окончания они причислялись к дворянству и оправлялись на Кавказ служить уже интересам России.

В частной жизни Ермолов был аскетичен. В его походной палатке была только кровать, на которой он спал, завернувшись в шинель. Ермолов знал всех офицеров корпуса по имени, знал и многих рядовых, он мог ночью подойти к костру и сесть с ними за общую трапезу. Ермолов был блестяще образован, читал на нескольких языках, обладал одной из лучших частных библиотек в России, которую после смерти завещал Московскому университету.

Ермолов сумел изменить практику, при которой на Кавказ было принято посылать служить людей, совершивших неблаговидные поступки, или политически неблагонадёжных. Он искоренял в войсках пьянство, картёжничество. Перед боем все, начиная от генералов и заканчивая рядовыми — снимали головные уборы, осеняли себя крестным знамением и шли в атаку, как на праздник в церковь. В этом и был «секрет» ермоловских чудо-богатырей, веря в Царство Небесное, они не боялись сложить голову на поле брани. Сам Ермолов цитировал Евангелие: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих».

Вместе с тем Ермолов издал приказ, чтобы ни при каких обстоятельствах не порочилась вера горцев. Запрещалось обманывать местных жителей.

В 1827-м Ермолов вернулся в Россию. На престол уже взошел новый самодержец Николай I, который, в отличие от предшественника, военачальника особо не жаловал. Однако Алексей Петрович продолжал занимать высокие должности. Например, он входил в Государственный совет России и руководил ополчением во время Крымской кампании.

Умер Ермолов 11 апреля 1861 года в Москве. Перед смертью Ермолов успел оставить завещание, согласно которому велел похоронить себя безо всякой помпы. Просил лишь простой солдатский гроб и одного священника, никаких пышных церемоний и отпевания.
Биографии