Рузский Николай Владимирович

Рузский Николай Владимирович (1854-1918). Генерал от инфантерии. В первой мировой войне высший командный состав русской армии полководческими талантами не блистал, выделялись лишь М.Алексеев, А.Брусилов, П.Плеве, А. Каледин. В этом ряду, по мнению некоторых военных историков, стоял и Николай Владимирович Рузский, командовавший армией, затем фронтами. Кроме военных заслуг известность ему принесло и участие в отрешении от престола Николая II. Печальной особенностью судьбы генерала стала его насильственная смерть от рук большевиков в 1918 г.

Если верить одной из генеалогических версий, Николай Владимирович имел дальнюю родственную связь с Лермонтовым. По этой версии городничий подмосковного города Рузы конца XVIII века А.М.Лермонтов, являвшийся, как и великий поэт, предком шотландского пришельца Джорджа Лермонта, имел внебрачного сына, которому он дал фамилию по имени города, которым управлял. Рузский-шестой, родившийся в 1854 г., вряд ли мог предполагать о таких генеалогических нюансах. Он рос в дворянской семье среднего достатка и в юном возрасте вступил на военную стезю, став воспитанником 1-й военной гимназии в Петербурге. После окончания гимназии он поступил во 2-е Константиновское военное училище, готовившее пехотных офицеров. Преподавание в этом училище под воздействием военных реформ Александра II и Д.Милютина велось по новым методикам, оживлявшим теоретические и практические занятия, и Рузский получил здесь хорошие знания.

В 1870 г., после окончания училища, молодой офицер начал службу в лейб-гвардейском Гренадерском полку. Боевую закалку он получил, участвуя с полком в русско-турецкой войне 1877 - 1878 гг. Отличался отвагой и хладнокровием, в одном из боев был ранен.

После окончания войны поступил в Академию генерального штаба, по выпуску из нее служил в штабах различных военных округов, приобрел большой опыт оперативной и тыловой работы. В 1896 г. Рузский командовал 151-м пехотным Пятигорским полком, носившим, по превратности судьбы, имя города, где через 22 года он окончит свой жизненный путь. Вернувшись на штабную работу, он стал генерал-квартирмейстером штаба Киевского военного округа, получил чин генерал-майора, в 1902 г. был назначен на должность начальника штаба Киевского военного округа.

Через три года Николай Владимирович отправился на русско-японскую войну. В качестве начальника штаба 2-й Маньчжурской армии Рузский, ставший генерал-лейтенантом, организовывал оборону войск армии на реке Шахэ, испытал горечь неудачного наступления под Сандепу, где первоначальный успех 2-й Маньчжурской армии был сорван нерешительными действиями главнокомандующего Куропаткина, много потрудился и многое пережил в других сражениях.

По окончании войны Николай Владимирович командовал 21-м армейским корпусом. В 1909 г. он стал генералом от инфантерии и членом Военного совета. Помогая Военному министерству, во главе которого стоял В.Сухомлинов, в работе по проведению реформы в армии, он занимался разработкой уставов и наставлений, в которых остро нуждались войска. Николай Владимирович был одним из авторов Полевого устава 1912 г. Вернувшись в Киевский военный округ, он вплоть до начала первой мировой войны занимал должность помощника командующего войсками округа.

В период отмобилизования русских войск Рузский получил назначение на должность командующего 3-й армией, входившей в состав Юго-Западного фронта. В Галицийской битве 1914 г. его армия, действуя совместно с 8-й армией генерала А.Брусилова, наносила главный удар в направлении на Львов, Галич. 6 августа 3-я армия, имея 12 пехотных и 4 кавалерийские дивизии, перешла в наступление и в течение недели, преследуя отходившие австро-венгерские войска, продвинулась на 90- 100 километров. В сражениях у рек Золотая Липа (13-15 августа) и Гнилая Липа (16- 18 августа) противник попытался остановить наступление 3-й армии на Львов, но при поддержке 8-й армии Рузский смог добиться победы. Австрийцы отступали, бросая орудия, боеприпасы, даже стрелковое оружие.

Со взятием 21 августа Львова имя Рузского приобрело громкую известность. Причастный к взятию Львова, Брусилов с легким чувством досады характеризовал Николая Владимировича следующим образом: "Человек умный, знающий, решительный, очень самолюбивый, ловкий и старавшийся выставить свои деяния в возможно лучшем свете, иногда в ущерб соседям".

После успеха в Галиции Рузского ожидало повышение в должности и вместе с тем новые трудности: в начале сентября он сменил генерала Я.Жилинского на посту командующего Северо-Западным фронтом, отступавшим из Восточной Пруссии. Сражаться с германскими войсками было значительно сложнее, чем с австро-венгерскими, но немецкие генералы скоро убедились, что им противостоит упорный и умелый противник. В период боев на средней Висле, а затем под Лодзью войскам Рузского удалось не только сдержать наступательные действия немцев, но и потеснить противника. Николай Владимирович не боялся вступать в спор со Ставкой верховного главнокомандующего, твердо отстаивая свое мнение. Когда в разгар боев зашла речь о перемещениях командующих армиями Северо-Западного и Юго-Западного фронтов, он твердо заявил начальнику штаба Ставки генералу Янушкевичу: "Всякую перетасовку там и у нас во время операции считаю вредной".

С началом кампании 1915 г. германское командование осуществило наступление против войск Рузского. После упорных боев немцам удалось занять город Августов, но на пути к Варшаве их ожидала неудача. В сражении под Праснышем Рузский умело организовал оборону войск фронта, а затем сам перешел в наступление, отбросив противника на территорию Восточной Пруссии. Командующий Северо-Западным фронтом полагал, что необходимо, обороняясь в Галиции, направить все усилия против главного противника - Германии. Но Ставка верховного главнокомандующего после долгих колебаний приняла иное решение: усилить натиск на австро-венгерские войска, переключив Северо-Западный фронт на чисто оборонительные действия. Вскоре, как и предполагал Николай Владимирович, противник овладел инициативой и перешел в общее наступление. Раздосадованный и чувствовавший моральную и физическую усталость, Рузский передал фронт новому командующему генералу М .Алексееву и, зачисленный в члены Государственного совета, уехал в отпуск для лечения. Поправив свое здоровье, Рузский в июне согласился возглавить отдельную 6-ю армию, прикрывавшую Петроград. Через месяц, после разделения Северо-Западного фронта на Северный и Западный, Николай Владимирович был назначен на должность командующего Северным фронтом.

Вскоре пост верховного главнокомандующего принял на себя сам Николай II (начальником штаба верховного главнокомандующего стал Алексеев). Но о наступлении думать не приходилось: русская армия с трудом сдерживала давление немецких войск. Тяготясь позиционными формами ведения войны, Рузский в декабре 1915 г. вновь отпросился в отпуск. В августе 1916 г. Николай Владимирович вернулся к должности командующего Северным фронтом. По-прежнему видя в германской армии главного противника, он рассчитывал на активную роль Северного фронта, но боеспособность русских войск падала на глазах под воздействием революционного брожения. В период проведения наступления в Прибалтике (декабрь 1916 г.) Рузскому пришлось проявить жестокость, предав суду многие сотни солдат, не желавших воевать. "Рига и Двинск, - отмечал командующий, - несчастья Северного фронта, особенно Рига. Это два распропагандированных гнезда".

Наступление войск Северного фронта сорвалось. Далее война, как таковая, закончилась, на первый план выступила политика. Генерал Рузский был убежденным монархистом, сторонником самодержавия, но личность Николая II, допустившего в России распутинщину и всеобщий разброд, вызывала в нем растущее недовольство. Он верил, что преемник Николая II сможет обновить страну. В феврале 1917 г. Николай Владимирович с одобрением отнесся к призывам Государственной Думы положить конец слабости власти.

1 марта в Псков, где располагался штаб Северного фронта, прибыл Николай II, направлявшийся из бурлившего Петрограда в Ставку, в Могилев. На перроне голубой поезд с золотыми орлами никто не встречал, после некоторого времени появился командующий фронтом, проследовавший в вагон царя. Именно с уст Рузского утром 2 марта Николай II услышал прямое предложение отречься от престола. В этот же день генерал сообщил царю результаты телеграфного опроса Алексеевымкомандующих русскими армиями и флотами: все были за отречение, лишь Колчак, командующий Черноморским флотом, воздержался. Около 12 часов ночи на 3 марта государь вручил Рузскому и прибывшим делегатам Комитета Государственной Думы два экземпляра манифеста о своем отречении в пользу брата Михаила.
Позже Николай Владимирович говорил: "Я убедил его отречься от престола в тот момент, когда для него самого ясна стала неисправимость положения".

Но нового государя Россия так и не обрела, получив взамен самодержца Временное правительство. В апреле 1917 г. Рузский подал в отставку. Уехав на Кавказ лечиться, он с тревогой наблюдал за дальнейшим развитием событий. В июне его пригласили участвовать в совещании высшего командного состава армии с членами Временного правительства. Вслед за генералом А.Деникиным, призвавшим покончить с анархией в стране и армии, Рузский выступил настолько горячо и резко, что Керенский обвинил его в стремлении восстановить царское самодержавие. 12 октября Николай Владимирович участвовал в работе "Совещания общественных деятелей" в Москве и высказался в защиту бывшего верховного главнокомандующего Л.Корнилова, смещенного и арестованного по обвинению в мятеже.

Приход к власти большевиков Рузский встретил откровенно неприязненно. 63-летний генерал, по состоянию здоровья нуждавшийся в лечении, жил в Пятигорске. По занятии города красными он в числе других "царских слуг" был взят в качестве заложника и 19 октября 1918 г. расстрелян. Некоторых приговоренных полуживыми зарывали в ямы.

Есть сведения, что после объявления приговора Николаю Владимировичу был задан вопрос: "Признаете ли вы теперь великую российскую революцию?" Он ответил: "Я вижу лишь один великий разбой". Рядом с Рузским лег другой генерал - Радко-Дмитриев, болгарин по происхождению, бывший командующий 12-й армией.