Коронование Царя Федора Иоанновича

Царь Федор Иоаннович взошел на престол по кончине отца своего, Царя Иоанна Грозного, 19 (29) марта 1584 года. Вскоре был назначен день Царского венчания и соборною грамотой утверждены его священные обряды.

Венчание на царство происходило 31 мая (10 июня по новому стилю) 1584 года. В этот день собралось бесчисленное множество людей на Кремлевской площади, так что воины едва могли очистить путь для духовника Государева, когда он нес, при звоне всех колоколов, из царских палат въ храм Успения святыню Мономахову, животворящий крест, венец и бармы (Годунов нес за духовником скипетр).

Не взирая на огромную толпу, все затихло, когда Федор вышел из дворца со всеми боярами, князьями, воеводами, чиновниками. Государь был облачен в одежде небесного цвета, придворные - в златой. Такая удивительная тишина провождала Царя до самых дверей храма, который также был  заполнен людьми всякого звания: так как всем Россиянам дозволялось видеть священное торжество России, единого семейства под державою Отца-Государя.

Во время молебна окольничие и духовные сановники ходили по церкви, тихо говоря народу: "Благоговейте и молитесь!"

Царь и Митрополит Дионисий сели на изготовленных для них местах у западных ворот и Федор среди общего безмолвия сказал первосвятителю: "Владыко! Родитель наш, Самодержец Иоанн Васильевич оставил земное царство, и приняв ангельский образ, отошел на Царство Небесное, а меня благословил державою и всеми хоругвями Государства; велел мне, согласно с древним уставом, помазаться и венчаться нарским венцом, диадемою и святыми бармами: завещание его известно духовенству, боярам и народу. И так по воле Божией и благословенно отца моего, соверши обряд священный, да буду Царем и Помазанником!"

Митрополит, освятив Феодора крестом, ответил: "Господин, возлюбленный сын Церкви и нашего смирения, Богом избранный и Богом на престол возведенный! Данною нам благодатью от Святаго Духа помазуем и венчаем тебя, да именуешься Самодержцем России!"

Возложив на Царя животворящий крест Мономахов, бармы и венец на голову Федора, с молебном да благословит Господь его правление, Дионисий взял Феодора за руку, поставил на особенном Царском месте, и вручил ему скипетр, сказал: "Блюди хоругви великой России!".

После этого архидьякон на амвоне, священники в алтаре и клиросы возгласили многолетие Царю венчанному, приветствуемому Духовенством, сановниками, народом, с изъявлением радости.

Митрополит в краткой речи напомнил Федору главные обязанности Венценосца: "Долг хранить Закон и Царство, иметь духовное поминовение к Святителям и веру к монастырям, искреннее дружество к брату, уважение к боярам, основанное на их родовом старейшинстве, милость к чиновникам. воинству и всем людям".

"Цари нам вместо Бога!", - продолжал Дионисий, - "Господь вверяет им судьбу человеческого рода, да блюдут не только себя, но и других от зла: да спасают мир от волнения, и да боятся серпа небесного! Как без солнца мрак и тьма господствуют на земле, так и без учения все темно в душах: будь же любомир или следуй мудрым; будь добродетелен ибо едина добродетель украшает Царя, едина добродетель бессмертна. Хочешь ли благоволения небесного? Благоволи о поданных... Не слушай злых клеветников, о Царь, рожденный милосердым!.. Да цветет во дни твои правда; да успокоится Отечество!.. И возвысить Господь Царскую десницу твою над всеми врагами, и будет Царство твое мирно и вечно из рода и род!"

Проливая слезы умиления, все люди воскликнули: "Будет и будет многолетие!"

Феодор в полном Царском одеянии, в короне Мономаховой, в богатой мантии, и держа в руке длинный скипетр (сделанный из драгоценного китового зуба), слушал литургию, имея вид утомленного.

Перед ним лежали короны завоеванных царств, а возле него, с правой стороны, как ближний вельможа, стоял Годунов: дядя Федоров, Никита Романович Юрьев, наряду с другими боярами.

По сказанию очевидцев тех событий - ничто не могло превзойти этого торжества в великолепии: Амвон, где сидел Государь с Митрополитом, налой, где лежала царская утварь, и места для духовенства, которые были устланы бархатами, и помост церкви с коврами персидскими и красными английскими сукнами. Одежды вельмож, в особенности Годунова и князя Ивана Михайловича Глинского, сияли алмазами, яхонтами, жемчугом удивительной величины, так что иноземные писатели оценивали их в миллионы. Но всего более торжество украшалось веселыми лицами и знаками живейшей любви к престолу.

После Херувимской песни, Митрополит в царских дверях, возложил на Феодора Мономахову цепь из аравийского золота. В конце литургии помазал его Святым Муром и причастил Святых Таинств.

В это время Борис Годунов держал скипетр, а Юрьев и Димитрий Иванович Годунов (дядя Ирины) держали царский  венец на золотом блюде.

Благословенный Дионисием, в южных дверях Храма, осыпанный деньгами, Феодор ходил и поклонялся гробам предков, молился.

Между тем Ирина, окруженная боярынями, сидела в короне под открытым окном своей палаты и была приветствуема громкими восклицаниями народа: "Да здравствует Царица!"

В тронной вельможи и чиновники целовали руку у Государя, и в Столовой палате обедали с ним, равно как и все знатное духовенство.

Пиры, веселья и забавы народные продолжались целую неделю и заключились воинским праздником вне города, где, на обширном лугу, в присутствии Царя и всех Московских жителей гремело 170 медных пушек, перед семью рядами стрельцов, одетых в тонкое сукно и бархат. Мужественные всадники, также богато одетых, провожали Феодора.

Источник: "Историческое описание всех коронаций российских царей, императоров и императриц". И. Токмаков. Москва. 1898 год.