Том 6. Глава 9. Военно-морские действия в северной Африке и на Средиземном море


296

1. Планы   сторон

Осенью 1942 г. Итало-Немецкие войска находились недалеко от Суэца и Александрии. На первый взгляд могло казаться, что замыслы фа­шистского руководства захватить территории стран Ближнего и Среднего Востока были близки к осуществлению. В действительности обстановка складывалась не в пользу агрессоров. Войска итало-немецкой танковой армии «Африка» под командованием генерал-фельдмаршала Э. Роммеля оказались не в состоянии продолжать наступление: они остро нуждались в пополнении личным составом, боевой техникой, вооружени­ем, боеприпасами, горючим. Однако полностью восстановить их боеспособ­ность немецко-фашистское командование не имело возможности, так как советско-германский фронт поглощал почти все резервы Германии и ее союзников. Вследствие возросших потребностей фашистских войск на восточном фронте гитлеровцы могли отправлять в Африку лишь незна­чительное количество вооружения и снаряжения. Но и те из немногих транспортов, которые направлялись из итальянских портов в Северную Африку, подвергались ударам англо-американской авиации, базировав­шейся на аэродромы острова Мальта и восточной части Средиземноморья. Кроме того, трудности в снабжении армии Роммеля усугублялись боль­шой растянутостью ее коммуникаций от портов выгрузки до войск.
 
В сложившейся обстановке итало-немецкое командование решило перейти в районе Эль-Аламейна к обороне, укрепить занимаемые позиции и выиграть время. Гитлеровское руководство, еще надеявшееся на благо­получный для себя исход военных действий на советско-германском фронте, рассчитывало перебросить затем значительные силы в Африку, чтобы нанести там окончательное поражение войскам союзников СССР. Англо-американское командование стремилось максимально исполь­зовать все более ухудшающееся положение, в котором оказались основные силы немецко-фашистских войск на советско-германском фронте. США и Великобритания планировали разгромить итало-немецкие войска в Се­верной Африке и добиться господства в бассейне Средиземного моря. Это привело бы к установлению полного контроля Англии и Соединенных Штатов над Северной Африкой, переходу в их распоряжение богатых сырьевыми ресурсами колоний Африканского континента и сокращению там сферы влияния стран оси. Кроме того, Северная Африка и прилегающие к ней районы могли стать исходным плацдармом для вторжения в Италию и страны Юro-Восточной Европы. Вместе с тем для западных союзников открывалась возможность совершать морские перевозки из Атлантики в Индийский океан через Суэцкий канал, что позволяло им не только значительно сократить путь, но в течение года сэкономить около 1 млн. тонн торгового тоннажа.
 
Немаловажную роль в решении Великобритании и США направить основные усилия в Средиземноморский бассейн играло и то обстоятельст­во, что намечаемые ими операции не могли привлечь на этот театр крупные вражеские силы и, следовательно, были связаны с наименьшим риском. Англо-американское командование надеялось, что французские войска, поддерживавшие колониальный режим во Французской Северной Африке, не окажут серьезного сопротивления.
 
По общему замыслу командования Великобритании и США преду­сматривалось нанести сначала поражение армии Роммеля в Египте (сила­ми 8-й британской армии во взаимодействии с авиацией и флотом), а в по­следующем, используя благоприятную обстановку, осуществить комбини­рованную операцию вторжения на территорию Марокко и Алжира. В хо­де этой операции, получившей кодовое наименование «Торч» («Факел») 2, предполагалось создать и надежно удерживать плацдармы в районах го­родов Оран, Алжир, Тунис и Касабланка, затем установить контроль над всей Французской Северной Африкой и, если будет необходимо, над Испанским Марокко. Заключительным этапом борьбы в Африке долж­но было явиться наступление высадившихся союзных войск в восточном направлении, а 8-й армии — в западном, чтобы согласованными ударами с востока и запада завершить уничтожение войск Роммеля в Ливии.
 
Планируя начать операцию «Торч» примерно через две недели после перехода в наступление 8-й армии, союзное командование строило свои расчеты на том, что, с одной стороны, двухнедельного срока будет вполне достаточно для разгрома итало-немецких войск, а с другой — противни­ку не хватит времени для переброски в Африку значительных подкреп­лений из Европы.
 
Одновременно Великобритания и США предполагали активизировать действия своих военно-морских и военно-воздушных сил в районе Среди­земного моря с целью добиться здесь полного господства и создать благо­приятные условия для дальнейшего наступления против стран фашист­ского блока со стороны Южной Европы.
 
Высадку войск западных союзников в Северной Африке мыслилось осуществлять под флагом США, а не под флагом Англии, к которой мно­гие французы, и особенно армия, испытывали недоверие после событий во Франции в 1940 году.
 
Правительства Великобритании и США, планируя операцию вторже­ния, преследовали далеко идущие политические и экономические цели. Британские правящие круги стремились укрепить и расширить свои пози­ции на Среднем Востоке и в Юго-Восточной Европе, а американские ру­ководящие деятели надеялись не только захватить удобный плацдарм для проникновения в страны Ближнего и Среднего Востока, но и добиться решающего влияния сначала во французских владениях, а затем и во всей Франции.
 
Военно-политическое руководство Великобритании и США сознавало, что решение на высадку войск в Северной Африке идет вразрез со взятым ранее на себя обязательством, и таким образом «отказывалось от всех планов форсирования Ла-Манша в 1942 г.». По этому поводу совершенно справедливо замечают американские историки Р. Коукли и Р. Лейтон, что ведение союзниками войны после лета 1942 г. было скорее похоже на стратегию использования благоприятных возможностей, чем на преследо­вание твердо поставленных и далеко идущих целей. Таким образом, западные союзники СССР не стремились к быстрейшему открытию второ­го фронта в Европе, что, естественно, затягивало сроки разгрома основ­ного противника антифашистской коалиции — гитлеровской Германии.
 

2. Наступление 8-й британской армии в Египте и Ливии

Соединения итало-немецкой танковой армии «Африка» в Египте к 23 октября 1942 г. занимали весьма выгодный оборонительный рубеж к юго-западу от Эль-Аламейна, протяженность которого достигала 60 км. Фланги оборонительных позиций упирались на севере в Средиземное море, а на юге — в труднопроходимую впадину Каттара. Оборона на этом рубеже имела очаговый характер, основой ее являлась система опорных пунктов и узлов сопротивления. Она состояла из позиции боевого охране­ния, главной полосы обороны, подступы к которой прикрывались минны­ми полями и проволочными заграждениями, и второй полосы (тыловые позиции). Общая глубина подготовленной обороны достигала 15 — 20 км, однако войска занимали лишь главную полосу.
 
По количеству дивизий обе стороны имели относительное равенство. Итало-немецкая группировка под Эль-Аламейном состояла из 8 итальян­ских и 4 немецких дивизий (в том числе 4 танковые и 2 моторизованные) и парашютной бригады. Однако части и соединения имели некомплект в личном составе и вооружении.
 
8-я британская армия под командованием генерала Б. Монтгомери, объединявшая все союзные войска на территории Египта, имела в своем составе три полностью укомплектованных корпуса (10, 13 и 30-й) — 10 ди­визий и 4 отдельные бригады (в том числе 3 бронетанковые дивизии и 2 бронетанковые бригады). В состав 8-й армии входили английские, ав­стралийская, индийские, новозеландская, южноафриканская, греческая и французская дивизии и бригады.
 
Союзные войска превосходили противника не только в количествен­ном, но и в качественном отношении. Боевые качества личного состава британских войск были выше, чем итало-немецких войск. К тому же бое­вая техника и вооружение 8-й армии в целом не уступали технике и вооружению противника, а по некоторым показателям даже превосходи­ли их. Так, количество средних танков немецкого производства в танко­вой армии «Африка» составляло всего около 10 процентов, а устаревших итальянских легких танков — почти 60 процентов, да и техническое со­стояние боевых машин было невысоким. Преимущество обороняющейся стороны заключалось в наличии в составе немецких частей и соединений 75-мм противотанковых пушек, обладавших высокими боевыми свойст­вами.
 
В войсках Монтгомери бронетанковая техника была специально при­способлена к действиям в пустыне, а количество новых танков «Грант» и «Шерман» американского производства достигало 40 процентов. Кроме того, наличие на базах и в армейском тылу еще около тысячи танков обес­печивало британскому командованию быстрое восполнение потерь и вос­становление боеспособности войск, на что не мог рассчитывать против­ник. Итало-немецкая авиация также уступала союзной как по количест­ву, так и по степени боевой готовности. Преимущества британских ВВС еще больше возрастали, если учитывать возможность привлечения на это направление стратегической авиации. В ходе наступления на приморском направлении британские сухопутные силы могли рассчитывать на сущест­венную огневую поддержку со стороны военно-морских сил, в то время как крупные итальянские корабли почти бездействовали из-за недостатка топлива.
 
Таким образом, состояние британских войск, превосходство в силах и средствах над противником, господство в воздухе и на море явились важным условием успешного решения задач в предстоявшей наступа­тельной операции.
 
Замысел наступательной операции 8-й британской армии предусмат­ривал нанесение главного удара на правом, приморском, фланге — из района юго-западнее Эль-Аламейна в направлении Сиди-Хамид. Ее удар­ная группировка должна была прорвать оборону противника на участке 9 км соединениями 30-го корпуса, а затем вводом в сражение второго эшелона армии — 10-го корпуса (3 бронетанковые дивизии) развить ус­пех и во взаимодействии с соединениями 30-го корпуса завершить раз­гром основных сил итало-немецких войск. 13-му корпусу ставилась за­дача сковать противника на левом фланге, примыкавшем к впадине Кат-тара, и содействовать разгрому его главных сил. В последующем, стреми­тельно преследуя остатки отходящего на запад врага, войска 8-й армии должны были овладеть всей территорией Киренаики и Триполитании.
 
При подготовке операции британское командование серьезное внима­ние уделяло осуществлению мероприятий, направленных на достижение внезапности. В условиях пустынной местности скрыть от противника под­готовку к наступлению практически было невозможно, поэтому основные усилия направлялись на то, чтобы ввести его в заблуждение относитель­но направления главного удара и времени начала наступления. Техника была тщательно замаскирована, передвижение частей производилось только ночью. В тылу, за левым флангом 8-й армии, был оборудован район, в котором имитировалось сосредоточение танковых войск. Сооружались макеты складов, трубопроводов и другие ложные объекты. Все делалось для того, чтобы убедить противника в сосредоточении главных сил на юге. Как показали последующие события, этот маневр британскому командованию удался.
 
С 20 по 23 октября британские военно-воздушные силы проводили интенсивную предварительную авиационную подготовку наступления. Удары наносились по аэродромам, коммуникациям и районам сосредото­чения итало-немецких войск.
 
С наступлением темноты 23 октября более 1000 орудий почти 20 ми­нут вели артиллерийскую подготовку атаки. Плотность артиллерии дости­гала 50 орудий калибром от 76 мм и выше на 1 км участка прорыва. Вначале огневому воздействию подверглись неприятельские батареи, а затем и позиции пехоты. Однако артиллерийский огонь оказался недо­статочно эффективным, поэтому надежно подавить систему огня противни­ка наступавшим не удалось.
 
В 22 часа, после окончания артиллерийской подготовки, пехота и танки 30-го корпуса, следуя за огневым валом артиллерии, атаковали передний край обороны итало-немецких войск. Вследствие того, что систе­ма огня оборонявшихся не была в достаточной степени подавлена, а ата­кующие части отстали от огневого вала, первому эшелону за ночь удалось лишь вклиниться в оборону противника. В последующем прорыв вылился в медленное «прогрызание» оборонительных позиций. Поэтому уже 24 ок­тября командующий 8-й армией вынужден был ввести в сражение часть сил подвижных соединений второго эшелона, предназначавшихся для развития успеха. Однако и это не принесло заметных результатов. Бро­нетанковые дивизии, пытавшиеся преодолеть минные поля между пер­вой и второй полосами обороны, понесли потери от огня противотанковой артиллерии и танков войск Роммеля. Попытки британских танков выйти на оперативный простор к западу от оборонительной системы врага по­терпели неудачу. Одновременно усилились контратаки итало-немецких войск, для отражения которых командование 8-й армии широко исполь­зовало авиацию, так как артиллерия оказалась не в состоянии завоевать огневое превосходство над неприятельской артиллерией.
 
В течение трех последующих суток соединения 30-го и 10-го корпусов продолжали безуспешные атаки на различных участках в общем направ­лении на высоты Кидней Ридж, но решающего успеха так и не достигли. К тому же итало-немецкое командование, убедившись наконец, что бри­танские войска наносят главный удар на приморском фланге, перебросило туда свои основные танковые силы.
 
В этой обстановке Монтгомери решил временно прекратить дальней­шие попытки завершения прорыва и произвести перегруппировку войск. 27 октября он вывел из сражения соединения 10-го корпуса, а также новозеландскую дивизию 30-го корпуса для пополнения людьми, боевой техникой и подготовки к нанесению нового удара.
 
Тем временем на приморском участке 9-я австралийская дивизия, окружив несколько батальонов противника, создала угрозу прорыва его обороны. Это вынудило Роммеля перебросить сюда последний резерв — танковую дивизию и ввести ее в сражение.
 
На рассвете 2 ноября войска 8-й британской армии возобновили на­ступление на направлении главного удара. Атаке пехоты и танков пред­шествовала 4-часовая артиллерийская подготовка. Наступление велось при интенсивной поддержке корабельной артиллерии и полном господстве союзной авиации.
 
Стремясь не допустить прорыва своей обороны, итало-немецкое ко­мандование спешно сосредоточило танковые части для контрудара, который и был нанесен во второй половине того же дня.
 
Сильный огонь артиллерии, танков, а также мощные удары авиации встретили контратакующих. Они не только не смогли восстановить положение, но в ходе сражения понесли тяжелые потери, которые Роммелю уже нечем было восполнить.
 
Британские же войска сохранили способность продолжать наступле­ние. Правда, как и ранее, им не удалось завершить прорыв вражеской обороны на направлении главного удара. Тем не менее 4-я индийская ди­визия к утру 4 ноября продвинулась несколько южнее на глубину до 8 км, образовав в обороне противника брешь, которую использовали глав­ные силы для развития успеха. Появилась реальная возможность охва­тить и уничтожить приморскую группировку итало-немецких войск.
 
Учитывая создавшуюся обстановку, Роммель начал спешно отводить свои соединения на запад. При этом немецкие части забрали у итальянцев запасы пресной воды и почти весь автотранспорт. Министр иностранных дел фашистской Италии Г. Чиано в своем дневнике отмечал, что Роммель не сделал даже попытки вывести из-под удара соединения своего партне­ра, оставив итальянские пехотные дивизии посреди пустыни. В ре­зультате до 30 тыс. итальянских солдат и офицеров оказались в плену.
 
В ходе оборонительных боев у Эль-Аламейна итало-немецкие войска понесли большой урон. По признанию Роммеля, бои, проходившие 3 и 4 ноября, оказались решающими для его армии, которая за это время потеряла примерно 200 танков и бронемашин, а большинство итальянских соединений понесли тяжелые потери в личном составе.
 
К 5 ноября в немецких танковых дивизиях оставалось всего 35 — 40 боеспособных танков. Тем не менее преследование врага велось недо­статочно решительно. Британские войска дважды безуспешно пытались выйти в тыл отходивших частей противника. В первом случае немцы и итальянцы успели отойти, во втором — наступавшим помешали дожди. На характер действий 8-й армии отрицательно влияли неподготовленность английской авиации к штурмовым налетам по отступавшим вражеским колоннам, ограниченное применение воздушных и морских десантов с целью нарушения планового отхода противника, а также слабое исполь­зование транспортной авиации для снабжения войск армии. Преследуя противника, британские войска 8 ноября вступили в Мерса-Матрух, 13-го — в Тобрук, 20-го — в Бенгази. 27 ноября они достигли рубежа к югу от Эль-Агейла, на границе Киренаики и Триполитании, перед которым не раз были задержаны при проведении наступательных опера­ций в 1941 г. и в начале 1942 г.
 
Наступление 8-й британской армии в приморской полосе обеспечива­ли силы флота, которые одновременно осуществляли снабжение сухопут­ных войск, особенно горючим, и эвакуацию.
 
В связи с высадкой англо-американских войск на северо-западном побережье Африканского континента, развернувшимися боевыми дейст­виями в Алжире и Тунисе, а также невозможностью получить подкрепле­ния Роммель не ставил задачи длительное время удерживать занимаемый рубеж. 12 декабря его войска возобновили отход. 23 января 1943 г. они оставили Триполи и в первой половине февраля вышли к линии Марет на ливийско-тунисской границе. Перед ними была поставлена следующая задача: используя выгодный рубеж, перейти к обороне, задержать даль­нейшее продвижение британских войск и во взаимодействии с вновь соз­данной войсковой группировкой сохранить за собой Тунис как важный стратегический плацдарм в Северной Африке, прикрывающий подступы к Европе с юга, и как ключ к Средиземному морю.
 
Таким образом, 8-я британская армия в ходе двухнедельных наступа­тельных действий в конце октября — начале ноября 1942 г. сломила сопротивление итало-немецких войск под Эль-Аламейном, нанесла им боль­шой урон и изгнала из Египта. Используя первоначальный успех, соеди­нения армии в течение последующих трех месяцев заняли территорию Киренаики и Триполитании и достигли южной границы Туниса. Появи­лась возможность вести боевые действия совместно с высадившимися англо-американскими войсками с целью полного очищения от против­ника Северной Африки. Флот и авиация западных союзников могли теперь базироваться на порты и аэродромы Ливии, что значительно способство­вало повышению эффективности их боевых действий.
 
Победа 8-й британской армии под Эль-Аламейном стала значительным событием для западных союзников. Она изменила обстановку в Северной Африке и на Средиземном море в их пользу. Кроме того, войска западных союзников получили боевую закалку и приобрели опыт подготовки и веде­ния наступательной операции в пустыне, начинавшейся с прорыва обо­роны и завершавшейся оперативным преследованием противника. Вместе с тем следует отметить, что темп прорыва тактической зоны обороны оказался низким и не превышал 1,5 км в сутки. Это объяснялось отсут­ствием необходимого опыта у командного состава, большим удалением исходного рубежа атаки от переднего края вражеской обороны, недоста­точным подавлением ее перед атакой, отрывом атакующих войск от огня своей артиллерии и другими причинами. Нерешительный характер фрон­тального преследования британской армией позволил фашистской груп­пировке организованно отходить на заранее подготовленные рубежи.
 
В буржуазной историографии масштабы и значение этой операции нередко преувеличиваются. Например, У. Черчилль квалифицировал ее как «поворот судьбы» в войне. Английский военный историк Дж. Фуллер считал, что это было «самое решающее сухопутное сражение с целью за­щиты интересов союзников...». К ним присоединяется английский историк Б. Питт, который, давая оценку событиям под Эль-Аламейном, пишет, что победа британских войск явилась своеобразным началом «поворотного пункта в войне».
 
Конечно, победа британского оружия под Эль-Аламейном оказала серьезное влияние на обстановку не только в Северной Африке, но и на всем Средиземноморском театре военных действий. Однако судьба войны в целом, ее поворот решались не на этом второстепенном театре и не разгромом тех сил, которыми располагал Роммель, а на советско-герман­ском фронте, где действовали главные силы фашистской коалиции, где разгрому подвергались крупные стратегические группировки ее войск.
 
Так, под Эль-Аламейном армия Роммеля насчитывала всего 80 тыс. солдат и офицеров, в то время как численность немецко-фашистских войск только на сталинградском направлении в это время составляла более 1 млн. человек. За время сражения под Эль-Аламейном итало-немецкие войска потеряли 55 тыс. убитыми, ранеными и пленными, 320 танков и около 1 тыс. орудий. Общие же потери вермахта и его союзников по аг­рессии только за время контрнаступления под Сталинградом (19 ноября 1942 г.—2 февраля 1943 г.) превысили 800 тыс. человек, 2 тыс. танков и штурмовых орудий, 10 тыс. орудий и минометов, 3 тыс. боевых и транс­портных самолетов. Противник потерял полностью 32 дивизии и 3 бри­гады, а 16 его дивизиям было нанесено серьезное поражение. Послед­ние цифры особенно примечательны, если учесть, что в период сражения под Эль-Аламейном противник имел в Северной Африке всего 12 дивизий (из них 8 итальянских). Если наступление 8-й британской армии под Эль-Аламейном носило локальный характер и его влияние не распространи­лось за пределы Средиземноморского театра военных действий, то контр­наступление под Сталинградом представляло собой стратегическую насту­пательную операцию, результаты которой оказали влияние на обстановку на всех театрах второй мировой войны.
 

3. Высадка союзников в Северной Африке. 

Разгром Итало-немецких войск  в   Тунисе

По плану десантной операции «Торч» предусматривалось высадить войска в районах крупных портов Северной Африки. В первом эшелоне высаживалось до 6 дивизий. Во взаимодействии с ними должны были действовать несколько воздушно-десантных батальонов, предназначав­шихся для захвата аэродромов и важных пунктов в ближайшей глубине прибрежной территории. Главнокомандующим экспедиционными сила­ми был генерал США Д. Эйзенхауэр. Наделенный большими полномо­чиями, он осуществлял коалиционную стратегию западных союзников на этом театре военных действий, а также решал вопросы политического и дипломатического характера. Штаб командующего союзными силами комплектовался из английских и американских офицеров. Каждый на­чальник при этом имел заместителя из числа офицеров союзной державы.
 
В составе военно-морского флота, обеспечивавшего переброску и высадку войск, имелось около 450 боевых кораблей и транспортных судов под общим командованием английского адмирала Э. Кэннингхэма. В свя­зи с большим расстоянием между районами высадки были созданы три оперативных соединения флота: Западное, Центральное и Восточное. Командовали ими соответственно американский адмирал Г. Хьюитт, анг­лийские коммодор Т. Траубридж и адмирал Г. Барроу. Все они подчиня­лись непосредственно главнокомандующему, а по применению родов сил — его заместителям по армии, флоту и авиации. Эти соединения обеспечивали переход десантируемых войск через океан и высадку их на побережье Французской Северной Африки: Западное — из США в район Касабланки (35 тыс. американцев), Центральное — с Британских островов в район Орана (39 тыс. американцев) и Восточное — с Британских остро­вов в район Алжира (23 тыс. англичан и 10 тыс. американцев). Переход морем и высадку десанта должны были прикрывать боевые корабли военно-морских флотов США и Англии. Для авиационного обеспечения операции создавались два командования военно-воздушных сил, подчиненные не­посредственно главнокомандующему экспедиционными силами: Западное – осуществляло поддержку высадки десантов и последующие их действия на суше в районах Касабланки и Орана, Восточное — в районе Алжира.
 
24 октября 1942 г. транспорты с войсками вышли из портов США, а спустя несколько дней — из портов Англии с расчетом прибыть в районы предстоящей высадки одновременно. В пути караваны судов не встретили противодействия военно-морских или военно-воздушных сил Германии и Италии. Это объяснялось тем, что, несмотря на значительные масштабы передвижений и определенную осведомленность итало-немецкого командо­вания, западным союзникам удалось сохранить в тайне районы и время высадки. Получив от итальянцев сведения, что через Гибралтар в Среди­земное море и далее на восток движутся крупные силы флота с боевой техникой и десантными средствами, штаб немецкого руководства на море сделал вывод, что англо-американцы, вероятно, попытаются высадить десанты в районах Триполи, Бенгази либо на острова Сицилия, Сардиния и итальянское побережье. Вариант вторжения в Северную Африку рас­сматривался им в последнюю очередь. Итальянский флот не мог выйти навстречу противнику, так как не имел достаточного количества топлива, надлежащего авиационного прикрытия и был занят сопровождением кон­воев в Ливию.
 
Ранее в Северной Африке находилось около 120 тыс. французских солдат и офицеров: примерно 55 тыс. человек — в Марокко, 50 тыс.— в Алжире и 15 тыс.— в Тунисе. К ноябрю 1942 г. правительство Виши по указанию Гитлера довело численность своих войск в Северной Африке до 200 тыс. человек. Они имели около 500 самолетов и значительные силы средиземноморского флота: в Тулоне — 3 линкора, 7 крейсеров, 28 эсмин­цев, 15 подводных лодок, в Дакаре — линкор и 3 крейсера, в Касаблан­ке — недостроенный линкор, тяжелый крейсер, 7 эсминцев и 8 подвод­ных лодок, в Бизерте и Тунисе — крейсер, несколько эсминцев, подвод­ных лодок и малых кораблей.
 
Командование западных союзников надеялось, что заблаговременная политическая подготовка операции обеспечит лояльное отношение фран­цузских вооруженных сил к высадке десанта. Именно по этому поводу в конце октября 1942 г. велись переговоры между представителем фран­цузского командования в Алжире генералом Ч. Мастом и американским генералом М. Кларком, который с группой офицеров высадился с под­водной лодки на алжирском побережье. Несмотря на обещания французов не противиться высадке, союзные войска тщательно готовились к боям. Перед самой высадкой десанта Эйзенхауэр по радио обратился к француз­ским войскам. Он заявил, что Соединенные Штаты питают самые дру­жественные чувства по отношению к французам и местному населению, просил французских солдат и офицеров не оказывать сопротивления со­юзным вооруженным силам.
 
В ночь на 8 ноября 1942 г. транспортные суда под прикрытием бое­вых кораблей подошли к намеченным пунктам, началась высадка войск и выгрузка боевой техники. Десантные части получили приказ не стре­лять, если не откроют огонь силы береговой обороны. При первом же враждебном акте со стороны французских войск предписывалось передать по радиосети условный сигнал — «Плей болл» («Игра в мяч»), означавший приказ вести активные действия против сил французской береговой обороны.
 
В 10 часов утра по радио было передано заявление президента США Рузвельта. Он заверил французов, что западные союзники не стремятся к захвату территорий, и призвал их к сотрудничеству.
 
На марокканском побережье американские войска высадились север­нее и южнее Касабланки. Им пришлось преодолеть некоторые трудности, в первую очередь связанные с метеорологическими условиями и недостат­ками в навигационном обеспечении. Незначительное противодействие вы­садке десанта оказали некоторые французские гарнизоны, корабли и авиация.
 
Из-за медленного спуска с транспортов десантно-высадочных средств высадка войск началась с опозданием и, как пишет английский военный историк, «какое-то время была под угрозой судьба всей экспедиции». Накатная волна с Атлантики оказалась большой, и почти половина де­сантных катеров первого броска была выведена из строя. Тем не менее в течение первого часа операции 3500 человек высадились на берег. Вна­чале противодействие французской обороны было слабым. Однако с рас­светом открыли огонь береговые батареи и корабли; участки высадки и десантно-высадочные средства были атакованы французской авиа­цией и боевыми кораблями, находившимися в Касабланке. В ответ на них обрушила огонь союзная корабельная артиллерия и нанесли уда­ры самолеты с авианосцев. При их поддержке к исходу 8 ноября на берег было высажено 7750 человек. К этому же времени воздушно-десантные отряды американцев захватили два крупных аэродрома на территории Ма­рокко. Сопротивление оборонявшихся французских частей, по существу, на этом прекратилось.
 
В районе Орана американские войска высаживались на побережье к западу и востоку от города. Французские части, в том числе береговые батареи, пытались оказать сопротивление десантам западных союзников. В частности, попытка английских сторожевых кораблей захватить Оран прямой атакой с моря привела к потере двух кораблей и большей части находившихся на них десантников. Всего на этом участке союзные войска потеряли немногим более 600 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. 10 ноября гарнизон Орана капитулировал.
 
В районе Алжира высадка десанта проходила без противодействия французского гарнизона. Уже к вечеру 8 ноября город был занят. 10 но­ября несколько транспортов с английскими войсками вышли из Алжира для захвата порта Бужи, гарнизон которого на следующий день капитули­ровал без единого выстрела.
 
В целом, по свидетельству гитлеровского адмирала В. Маршалля, оборона французских войск, находившихся в Северной Африке, была ско­рее символической, чем действительной. Через три дня после начала вы­садки, 10 ноября, генерал Кларк и дипломатический представитель Вашингтона в странах Магриба  Р. Мэрфи встретились в Алжире с глав­нокомандующим вооруженными силами правительства Виши адмира­лом Ж. Дарланом и генералом А. Жиро. После непродолжительного со­вещания, в ходе которого была достигнута договоренность о мирном урегулировании создавшейся ситуации, Дарлан отдал приказ французским сухопутным, морским и воздушным силам в Африке полностью прекра­тить сопротивление западным союзникам и соблюдать строжайший нейт­ралитет.
 
Американо-английские войска получили возможность беспрепятст­венно продвигаться на восток. К середине ноября они, заняв территорию Марокко и Алжира, вступили в Тунис. К 1 декабря союзники высадили в Северной Африке уже 253 213 человек, из них 146 453 солдата и офице­ра американских войск и 106 760 британских.
 
Операция вторжения, несмотря на слабое сопротивление француз­ской береговой обороны, показала, что вооруженные силы США и Великобритании имеют полную возможность и способны осуществить комбини­рованную операцию стратегического значения. За шесть дней высадки (8—13 ноября) союзники потеряли на море, в воздухе и на суше всего 2225 человек: 1083 убитыми, 1068 ранеными и 74 пропавшими без вести.
 
22 ноября союзное командование заключило с Дарланом соглашение, по которому получало большие права, однако административное управле­ние формально оставалось за французами. Дарлан занял пост верховного комиссара Северной Африки, а Жиро принял в этом районе командование всеми французскими вооруженными силами, которые присоединились к союзникам.
 
Вторжение союзных сил в Северную Африку, по существу, не измени­ло внутриполитического положения стран Магриба. У власти остались ставленники правительства Виши. При молчаливом согласии союзников они продолжали проводить реакционную, антинародную политику. То­мившиеся в тюрьмах антифашисты не были освобождены, проводились новые аресты. В центральной алжирской тюрьме продолжали оставаться в неволе 27 коммунистов — депутатов Национального собрания Франции, осужденных за борьбу против германского фашизма и его вишистских при­спешников. Член ЦК Французской коммунистической партии Ф. Бонт вспоминает, что заключенные коммунисты неоднократно обращались с письмами к верховному комиссару, требуя своего освобождения. Но тщетно. Тогда они направили послание Эйзенхауэру, обращая его внима­ние на то, что через полтора месяца после высадки западных союзников в Алжире «тысячи французских патриотов: коммунистов, деголлевцев и других убежденных противников гитлеризма из метрополии и Северной Африки — продолжают оставаться в концентрационных лагерях по при­казу верховного комиссара». Это обращение также осталось без ответа. Только в феврале 1943 г. под давлением мирового общественного мнения антифашисты в Северной Африке были освобождены.
 
Получив сообщение о высадке американо-английских войск в Марок­ко и Алжире, Гитлер решил удерживать территорию Северной Африки, считая, что этим самым ему удастся улучшить положение отступавшей армии Роммеля, сохранить престиж рейха в глазах своих союзников, ли­шить англичан и американцев возможности упрочить свое положение на этом театре.
 
Вечером 10 ноября главнокомандующий германскими вооруженными силами на юге фельдмаршал А. Кессельринг получил директиву герман­ского верховного главнокомандования, в которой говорилось о необхо­димости упредить западных союзников в захвате Туниса и создать там плацдарм итало-немецких войск. В соответствии с этой директивой по морю и воздуху началась интенсивная переброска войск в Тунис. В течение ноября из Франции и Италии в этот район были переброшены танковая и пехотная дивизии, вошедшие в оперативную группу «Неринг». В начале декабря эта группа была преобразована в 5-ю танковую армию под коман­дованием генерала Ю. Арнима. Армия получила задачу совместно с от­ступавшими войсками Роммеля удержать Тунис.
 
В ответ на вторжение западных союзников в Северную Африку немецко-фашистское командование двинуло свои войска на юг Франции. Они пересекли демаркационную линию и оккупировали всю французскую тер­риторию.
 
В эти напряженные дни, в конце ноября, потопление и вывод из строя 60 боевых кораблей французского военно-морского флота моряками-патриотами привели к изменению соотношения сил в Средиземном море в пользу западных союзников.
 
Первое столкновение частей итало-немецкой оперативной группы «Неринг» и англо-американских войск произошло 17 ноября западнее Бизерты. Во второй половине ноября войска западных союзников, про­двигаясь из Алжира в восточном направлении, достигли западной части Туниса. Они вышли на дальние подступы к таким крупным городам и портам, как Тунис и Бизерта, преодолев за две недели 900 км. Однако дальнейшее наступление экспедиционных сил было остановлено против­ником. Более того, в первую декаду декабря итало-немецкие войска пред­приняли ряд успешных контратак.
 
Американо-английское командование, не желая рисковать, пришло к выводу, что в сложившейся обстановке с ходу овладеть восточной частью Туниса будет трудно, и приступило к наращиванию сил. К концу января 1943 г. численность армии западных союзников превысила 400 тыс. че­ловек, из них только американцев было около 261 тыс. человек. Кроме того, к ним присоединились 200 тыс. человек французских войск.
 
Итало-немецкое командование также стремилось использовать время для усиления своей группировки и всемерного укрепления обороны. С но­ября 1942 г. по конец января 1943 г. в Северную Африку по воздуху и морем было переброшено дополнительно около 112 тыс. солдат и офицеров, из них только в Тунис 107 тыс. человек.
 
До февраля 1943 г. сухопутные войска воюющих сторон вели ограни­ченные действия. Авиация же проявила довольно высокую активность. Причем военно-воздушные силы Великобритании и США, имея подавля­ющее превосходство, значительно превзошли авиацию противника по количеству самолето-вылетов.
 
К началу февраля линия фронта проходила от города Седженан, на северном побережье Средиземного моря, на юг через Меджез-эль-Баб, за­паднее Пишон, Гафса. На правом крыле фронта находился 2-й американ­ский корпус, в центре — 19-й французский корпус, на левом крыле — 1-я английская армия. Им противостояли соединения 5-й танковой армии противника.
 
8-я британская армия, понесшая потери в ходе боев, находилась перед линией Марет, протяженность которой достигала 35 км. На северо-востоке линия Марет примыкала к морю, а на юго-западе — к труднопроходи­мой возвышенности Матмата. Англичанам противостояли войска, воз­главляемые Роммелем.
 
Командование западных союзников, стремясь не допустить соедине­ния войск Роммеля с 5-й танковой армией, в первых числах февраля си­лами 2-го американского корпуса предприняло наступление на правом крыле фронта. Корпусу предстояло, наступая из района Сбейтла через Макнаси на юго-восток, выйти к заливу Габес, отрезать итало-немецким войскам пути отхода с линии Марет на север и во взаимодействии с 8-й армией уничтожить их. Однако этот план осуществить не удалось. Пере­шедшие в наступление американские войска были контратакованы не­мецкими танковыми частями и отброшены в исходное положение. Для возобновления наступления американское командование вынуждено было провести дополнительную подготовку.
 
Тем временем командование фашистских войск предприняло контр­меры с целью сорвать готовящееся новое наступление. 14 февраля 2 не­мецкие танковые дивизии нанесли внезапный удар из района к северу от Макнаси по войскам 2-го корпуса. Воспользовавшись недостаточной го­товностью американцев к отражению контрудара, отсутствием у них боевого опыта и необходимой стойкости в обороне, немцы продвинулись на 150 км в северо-западном направлении к Кассерин и создали угрозу аэродромам американской тактической авиации. Разгромив бронетанко­вую дивизию, они прорвались через Кассеринский горный проход и вышли во фланг 1-й английской армии. 2-й американский корпус потерял 2866 человек пленными. Американо-английское командование вынуждено было предпринять чрезвычайные меры по ликвидации нависшей угрозы: срочно перебросило к участку прорыва бронетанковую дивизию с частями усиления и привлекло сюда крупные силы авиации. К 23 февраля наступ­ление немецких войск приостановилось, а к 3 марта они были отброшены на исходные позиции. После этого положение сторон временно стабилизи­ровалось. Военные действия в Тунисе приняли затяжной характер. В дей­ствиях войск западных союзников недоставало решительности, несмотря на общее выгодное соотношение в силах.
 
Советское военно-политическое руководство обращало внимание глав правительств США и Англии на неоднократные переносы сроков оконча­ния военных действий в Тунисе. 16 февраля 1943 г. Сталин писал Руз­вельту: «...раньше намечавшиеся на февраль сроки окончания военных операций в Тунисе теперь откладываются на апрель». Однако и этот срок не был окончательным. 16 марта советское руководство вновь отметило, что «англо-американские операции в Северной Африке не только не ус­коряются, но откладываются на конец апреля, причем даже и этот срок указывается не совсем определенно».
 
Пассивность союзных вооруженных сил в Тунисе давала немецкому командованию возможность маневрировать резервами, перебрасывать их с запада на советско-германский фронт, где в это время происходили оже­сточенные сражения в Донбассе, на харьковском и курском направлениях.
 
В первой половине марта союзное командование приступило к подго­товке очередной наступательной операции с целью окончательного раз­грома противника и овладения всей территорией Туниса. Операцию пла­нировалось осуществить в два этапа: сначала разгромить южную группи­ровку итало-немецких войск, расположенную на линии Марет, а затем нанести поражение основным силам 5-й танковой армии, захватить порты Бизерта, Тунис и, таким образом, овладеть всей Северной Африкой.
 
Во второй половине марта, когда началось наступление западных союзников, в Тунисе действовала итало-немецкая группа армий «Африка» под командованием Роммеля. Она состояла из 5-й немецкой танковой и 1-й итальянской армий, имевших 17 дивизий (7 немецких и 10 итальян­ских) и 2 бригады. Части имели некомплект в личном составе и вооруже­нии, испытывали значительные трудности со снабжением, подвергаясь блокаде с суши, моря и воздуха.
 
Войска западных союзников, сведенные в 18-ю группу армий под командованием генерала Г. Александера, имели 18 дивизий (4 американ­ские, 12 британских и 2 французские) и 2 бригады. Союзные соединения были полностью укомплектованы, отлично оснащены боевой техникой и вооружением и не испытывали особых трудностей со снабжением. В целом западные союзники имели двойное превосходство над противником в пе­хоте, тройное — в артиллерии и четырехкратное — в танках.
 
В соответствии с планом наступление 2-го американского корпуса началось утром 17 марта после ударов авиации и короткой артиллерий­ской подготовки в общем направлении на Макнаси, залив Габес. Однако наступление развивалось в низком темпе. Противник успел подтянуть на это направление танковые части и контратаками остановил корпус в рай­оне Макнаси. Выйти в тыл южной группировки итало-немецких войск союзникам не удалось.
 
Вечером 20 марта, когда продвижение 2-го корпуса было уже приоста­новлено, после артиллерийской подготовки перешла в наступление 8-я британская армия, наносившая главный удар на приморском направле­нии. Армия имела в своем составе около 190 тыс. человек и 500 танков. Ей противостояла группировка противника, насчитывавшая 100 тыс. человек и до 200 танков. Одновременно часть сил британских войск долж­на была осуществить обходный маневр на левом фланге 8-й армии. В те­чение нескольких дней наступавшим серьезного успеха добиться не уда­лось: итало-немецкие войска, действовавшие против 30-го корпуса на главном направлении, неоднократно переходили в контратаки и упорно удерживали занимаемый рубеж. Не привели к сколько-нибудь значитель­ным результатам и попытки англичан прорвать вражескую неглубокую оборону таранным танковым ударом на узком участке без артиллерийской подготовки. Только в ночь на 28 марта, когда английские бронечасти 10-го корпуса, совершив маневр по труднопроходимой местности, обошли линию Марет с юго-запада и создали реальную угрозу правому флангу и тылу противника, итало-немецкое командование приказало своим соеди­нениям отходить на север. Успешно ведя арьергардные бои и задерживая американо-английские части на промежуточных рубежах, итало-немецкие войска к середине апреля организованно отступили сначала на оборони­тельный рубеж северо-западнее Габеса, а затем на рубеж Энфидавиль, Джебибина. Теперь они удерживали лишь небольшую территорию на северо-востоке Туниса. И на этот раз действия западных союзников не от­личались решительностью, несмотря на превосходство в силах на суше, море и в воздухе. Происходило как бы «выталкивание» противника. Такая пассивная форма ведения операции затягивала завершение военных дей­ствий в Тунисе.
 
После перегруппировки сил на север американо-англо-французские войска 20 апреля возобновили наступление. 8-я британская армия наноси­ла удар с рубежа Энфидавиль, Джебибина в северном направлении, а американские, часть английских и французские войска наступали с запада на восток в направлении городов Бизерта и Тунис. К этому времени военно-воздушные силы союзников в Северной Африке, насчитывавшие 3 тыс. самолетов, полностью господствовали в воздухе. Если в итало-немецких войсках оставалось всего 120 танков и 500 орудий, то западные союзники имели 1,1 тыс. танков и около 2 тыс. орудий. Несмотря на это, их войска в течение двух недель не могли добиться ощутимых результа­тов. Только после дополнительной подготовки и сосредоточения группиров­ки войск на узком участке фронта в районе Меджез-эль-Баба им удалось 6—7 мая прорвать оборону противника, продвинуться на запад, выйти на побережье и занять город Тунис. В это же время американские войска, наступавшие на северном участке фронта, заняли Бизерту. Дни итало-не­мецкой группы армий «Африка» были сочтены. Не располагая транспорт­ными средствами для эвакуации и не имея возможности сопротивляться далее, 13 мая ее войска капитулировали. В целом страны оси потеряли в Тунисе свыше 300 тыс. солдат и офицеров, из них 30 тыс. убитыми, 26 500 ранеными и до 240 тыс. пленными (в том числе 125 тыс. немцев). Союзники за всю кампанию потеряли немногим более 70 тыс. человек, из них 10290 убитыми.
 
Военные действия в Северной Африке закончились. В ходе Тунис­ской операции американо-английское командование и войска приобрели первый опыт ведения наступления значительного размаха против искусно оборонявшегося противника.
 

4. Борьба на морских коммуникациях

С целью завоевания господства на Средиземном море и срыва морских перевозок противника из Европы в Северную Африку западные союзники, особенно Великобритания, стали стягивать в бассейн Средиземного моря значительные военно-морские и военно-воздушные силы. К середине октября 1942 г. Великобритания сосредоточила в этом районе 3 линкора, 4 авианосца, 14 крейсеров, более 60 эскадренных миноносцев, 30 подвод­ных лодок, а также большое количество других боевых и вспомогатель­ных кораблей и судов.
 
Итальянский флот также имел значительные силы: 6 линкоров, 9 крейсеров, 28 эскадренных миноносцев и 35 подводных лодок. Кроме того, здесь находились немецкие подводные лодки. Однако из-за недостат­ка горючего флот действовал малоактивно, а находясь в базах, нес боль­шие потери от союзной авиации.
 
Главнокомандующий военно-морским флотом Германии адмирал Редер, располагавший сведениями о намерениях западных союзников выса­дить войска в Северной Африке, предлагал Гитлеру укрепить военно-морские силы рейха на Средиземном море с целью добиться неоспоримого превосходства над противником в районе Крита. Однако осенью 1942 г. основные силы германского флота были сосредоточены в Атлантике и За­полярье, где проводили операции против союзных конвоев. На Средизем­номорском театре немецко-фашистское командование имело сначала 25, а затем 23 подводные лодки. С января 1943 г. их количество продолжало сокращаться, поэтому основной упор делался на усиление военно-воздуш­ных сил. Если к началу ноября немецкая авиация имела на этом театре 940 самолетов, значительная часть которых базировалась на аэродромы островов Сицилия и Сардиния, то в декабре их численность возросла до 1220. Кроме того, итальянская авиация имела в этом районе около 515 самолетов, из них 200 бомбардировщиков (в основном торпедоносцев) и более 180 истребителей. Однако западные союзники наращивали числен­ность своих ВВС на Средиземноморском театре значительно большими темпами, обеспечивая себе господство в воздухе. Уступая в авиации, итало-немецкое командование не могло успешно решать такие задачи, как эскортирование конвоев, следовавших в Тунис, и нанесение ударов по англо-американским конвоям.
 
К противодействию десантам западных союзников итало-немецкие военно-морские силы оказались недостаточно подготовленными. Из всех судов и кораблей, осуществлявших в операции «Торч» непосредственную высадку войск и их защиту, был торпедирован лишь один транспорт. 1400 десантников, которые находились на его борту, погрузились на де-сантно-высадочные средства и, пройдя под прикрытием английского фре­гата 155 миль, благополучно прибыли к месту назначения, хотя и с опо­зданием на сутки.
 
Немецко-фашистское командование принимало решительные меры, чтобы поддержать своего основного партнера по коалиции — Италию. Это нашло отражение в докладе Редера 19 ноября 1942 г., когда он заверял Гитлера, что Германия оказывает помощь итальянцам всеми имеющимися средствами. Находившиеся в Средиземном море немецкие подводные лодки стали активнее действовать против судов союзников. В связи с этим потери западных союзников в судах и боевых кораблях несколько возрос­ли. 10 ноября подводные лодки потопили транспорт с углем и эскадрен­ный миноносец, на следующий день — еще четыре транспорта. С середины ноября военно-морское командование фашистской Германии предприняло попытку организовать морскую блокаду Атлантического побережья Се­верной Африки. С этой целью западнее Гибралтара было развернуто 25 подводных лодок, которые получили задачу прервать снабжение десанта, высаженного западными союзниками. Возрастала также численность итало-немецкой авиации. И все же этих сил было явно недостаточно, а увеличить их ни Италия, ни Германия не могли, так как оказались в тя­желом положении в связи с событиями на восточном фронте. Чтобы как-то компенсировать недостаток ударных сил, фашистское командование приказало срочно поставить два параллельных минных заграждения длиной 120 миль от Сицилии до берегов Туниса. Несмотря на эти меры, общие потери западных союзников в Средиземном море в ноябре — декабре 1942 г. составили всего 16 судов.
 
В рассматриваемый период Германия и Италия пытались защитить свои средиземноморские коммуникации, чтобы иметь возможность нара­щивать силы в Северной Африке. Западные союзники стремились воспре­тить противнику доставку подкреплений своей группировке в Африке и создать условия для нанесения ей поражения. Кроме того, в число задач военно-морских сил США и Англии входили обеспечение доставки своим армиям всего необходимого, поддержка войск на приморских направле­ниях, защита собственных морских коммуникаций.
В борьбе на море важная роль отводилась английской военно-морской базе на острове Мальта. Здесь с декабря стали базироваться 15-я эскадра крейсеров (3 корабля), соединение «К» эскадренных миноносцев (4 ко­рабля) и 10-я флотилия подводных лодок (12 кораблей). Кроме крейсер­ских и миноносных ударных сил на Мальте были сформированы флоти­лии прибрежных сил, включавшие канонерские лодки, торпедные катера и другие малые корабли.
 
С целью защиты своих коммуникаций от воздействия крупных над­водных сил противника в состав средиземноморского флота Англии и США были включены также силы прикрытия, имевшие авианосец, 2 ли­нейных корабля и около 12 эскадренных миноносцев (соединение «Н»). Однако противник не решился совершить ни одного выхода своих глав­ных сил с целью воспрепятствовать интенсивному движению конвоев за­падных союзников в Средиземном море.
 
Для действий на коммуникациях привлекались и британские подвод-вые лодки. После высадки десанта в Северной Африке в Средиземном море продолжали базироваться три флотилии лодок. В начале 1943 г. анг­личане имели здесь уже 32 действующие лодки, в том числе 4 греческие и югославскую. Основная их масса находилась в Западной оперативной зоне, при этом 8-я флотилия перебазировалась из Гибралтара в Алжир, а 10-я продолжала базироваться на Мальту. В Восточной зоне, в Бейруте, находилась 1-я флотилия.
 
Первое нападение на конвой противника британские военно-морские силы совершили в ночь на 2 декабря. 3 легких крейсера и 2 эскадренных миноносца атаковали 4 итальянских транспорта, на борту которых нахо­дились 2 тыс. солдат и офицеров, несколько десятков танков. Из 3 италь­янских эсминцев и 2 торпедных катеров, пытавшихся прикрыть конвой, один эсминец вместе с катерами вскоре был потоплен, другой выведен из строя, а третий предпочел выйти из боя. Оставшийся без защиты конвой был расстрелян эскадрой английских кораблей, которые в этом бою потерь не понесли. Однако на обратном пути они были атакованы немецки­ми торпедоносцами. В результате один эсминец был потоплен, другой сильно поврежден.
 
После поражения в ночном бою итальянцы изменили тактику. Они стали проводить конвои днем под прикрытием авиации. Однако в усло­виях господства западных союзников в воздухе эта тактика также успеха не имела.
 
По мере передислокации союзных кораблей и авиации в североафри­канские базы воздействие на морские перевозки противника стало возра­стать. Если, например, в ноябре 1942 г. Италия и Германия потеряли 26 процентов всех грузов, отправляемых морем в Ливию, то в декабре — 52 процента. Потери грузов, следовавших в Тунис, достигали 23 процен­тов. Примерно такой же их уровень наблюдался в январе — феврале 1943 г. Значительными были и потери тоннажа. Только в ноябре — де­кабре в Средиземном море было потоплено 106 итальянских и немецких судов (177 988 брт).
 
По подсчетам фашистского командования, в Северную Африку было необходимо ежемесячно доставлять 150 тыс. тонн грузов. Фактически удавалось доставлять около 80 тыс. тонн, из них 70 тыс. морем и 10 тыс. по воздуху. 2 февраля 1943 г. английская подводная лодка потопила италь­янский танкер с 5 тыс. тонн горючего — весь резерв топлива итальянского флота. Нарушение западными союзниками морских коммуникаций про­тивника в Средиземном море чрезвычайно осложнило положение итало-немецких войск в Северной Африке.
 

 В начале 1943 г. англичане впервые применили человеко-торпеды, доставляемые в район нанесения удара специально оборудованными под­водными лодками. 3 января 3 английские подводные лодки атаковали че­ловеко-торпедами корабли противника в базе Палермо (остров Сицилия). Был потоплен итальянский легкий крейсер «Ульпио Траяно», поврежден лайнер.
 
Главной ударной и наиболее результативной силой в борьбе на ком­муникациях противника была союзная авиация. К началу 1943 г. на этом театре в ее составе насчитывалось свыше 3 тыс. самолетов. Добив­шись решающего превосходства в воздухе, авиация получила возможность топить суда противника в море, наносить по ним удары в портах и гава­нях. Торпедоносцы и бомбардировщики в основном вели борьбу против конвоев в море. Стратегическая авиация наносила удары по пунктам по­грузки транспортов и формирования конвоев на острове Сицилия и в дру­гих районах побережья Италии и Греции. Одновременно сильным ударам подвергались сухопутные коммуникации, особенно в Италии, по которым грузы и войска доставлялись к портам погрузки. Только в январе 1943 г. было совершено более 3000 самолето-вылетов для ударов по портам и су­дам противника в открытом море.
 
Из-за высокой активности флота и авиации западных союзников осо­бенно большие потери несла Германия.
 
И все же, Германии и Италии за этот период удалось перебросить в Северную Африку по морю и воздуху 172 782 человека, 544 танка, 1093 орудия, 8173 автомашины. В целом средние потери фашистского блока на морских коммуникациях составляли 25—30 процентов. Особенно тяжелыми они были в последние два месяца и достигали 50 и более про­центов. Таким образом, коммуникации противника с Тунисом на завер­шающем этапе борьбы оказались практически прерваны, что во многом предопределило поражение его тунисской группировки.
 
Особенно ожесточенные боевые действия на коммуникациях развер­нулись в процессе ликвидации североафриканской группировки итало-немецких войск. При этом действия на коммуникациях в Тунисском про­ливе с целью блокады вражеской группировки с моря и воздуха осущест­вляли разнородные силы союзников: надводные корабли, авиация и под­водные лодки. Однако ведущая роль по-прежнему оставалась за авиацией.
 
Активность авиации и флота союзников особенно повысилась в пе­риод подготовки и проведения ими наступления на линию Марет, а также вдоль берега залива Габес. В марте, приблизив базирование своих сил непосредственно к районам боевых действий и подтянув легкие силы, в том числе большое количество торпедных и артиллерийских катеров, союзное морское командование начало непосредственную блокаду тунис­ского побережья. Потери противника на коммуникациях в этом районе стали резко возрастать. Наиболее эффективно действовала авиация, кото­рая с марта и до середины мая 1943 г. совершила 13 225 самолето-вылетов.
 
В результате массированных ударов авиации, действий подводных лодок и надводных кораблей союзников по конвоям за четыре первых ме­сяца 1943 г. Германия и Италия потеряли 330 судов (470 тыс. брт). Многие суда получили повреждения. В распоряжении итало-германского коман­дования осталось лишь незначительное количество кораблей, пригод­ных к эксплуатации. Большие потери тоннажа вынудили гитлеровское руководство привлечь для снабжения тунисской группировки значитель­ные силы транспортной авиации: в апреле по воздуху было переброшено 18 тыс. солдат и 5 тыс. тонн грузов. Однако авиация западных союзников причиняла ей серьезный урон. Только за этот месяц немцы потеряли 117 транспортных самолетов.
 
7 мая союзники заняли последние базы снабжения итало-немецких войск в Северной Африке — порты Тунис и Бизерта. Соединения группы армий «Африка» отошли в северную часть Туниса, на мыс Бон. Америка­но-английское командование, уверенное в том, что противник предпримет попытку эвакуировать свои войска с мыса Бон морем или по воздуху, организовало и провело операцию на его коммуникациях. Движение кон­воев на остров Мальта и в прибрежной зоне было временно прекращено, а все силы брошены на блокаду противника в Тунисе. Здесь впервые была осуществлена ближняя закрытая блокада: блокирующие силы — эскадрен­ные миноносцы, торпедные катера и малые корабли — в две линии полу­кольцом развернулись у мыса Бон. В это же время артиллерийские кораб­ли вели огонь по скоплению войск и техники противника, подавляли его артиллерию, обстреливавшую блокирующие силы.
 
Важную роль в осуществлении блокады сыграла авиация. Бомбарди­ровщики и истребители поддерживали и прикрывали блокирующие кораб­ли, уничтожали вражескую авиацию на аэродромах и в воздухе, всемерно препятствуя эвакуации войск транспортными самолетами. Почти все по­пытки противника эвакуировать войска из Туниса были сорваны. На остров Сицилия удалось прорваться немногим малым кораблям, доставив­шим туда несколько сот человек. Оставшиеся итало-немецкие войска капи­тулировали.
 
Значительный успех западных союзников в борьбе на морских сооб­щениях обусловливался не только большим превосходством в силах, но и умелым их использованием. Флот и авиация союзников действовали на всю глубину вражеских коммуникаций, в любое время суток. Корабли и самолеты, оснащенные радиолокационными средствами, успешно наноси­ли удары, по существу, в любых метеорологических условиях. На заклю­чительном этапе операции борьба союзных сил на коммуникациях итало-немецких войск переросла в блокаду побережья.
 
Наступательные операции вооруженных сил США и Великобритании в конце 1942 г.— первой половине 1943 г. на Североафриканском театре военных действий составили основное содержание их первой совместной кампании. Достигнутая объединенными усилиями победа над войсками фашистского блока имела большое морально-политическое и военное зна­чение для этих стран. В определенной степени подверглась проверке коа­лиционная стратегия, командование и войска обрели уверенность в своих силах.
 
Успешные действия западных союзников в Северной Африке не толь­ко полностью избавили Египет и Суэцкий канал от нависшей угрозы, но и создали благоприятные условия для последующих наступательных дей­ствий в Южной Европе. Был восстановлен очень важный для Англии и США морской путь из Средиземного моря в Индийский океан через Суэц­кий канал.
 
Опыт Североафриканской десантной операции оказал определенное влияние на развитие искусства десантирования крупных контингентов войск. По существу, в этой операции впервые были применены десантно-высадочные средства специальной постройки. Вместе с тем большие поте­ри катеров, не приспособленных для высадки войск на необорудованное побережье, серьезно затруднили десантирование. Это обстоятельство по­служило толчком для массового строительства в Англии и США специ­альных десантных судов. Ход операции еще раз подтвердил большое зна­чение таких факторов, как внезапность и правильный выбор участков высадки десанта. Успешному проведению десантной операции способст­вовали отсутствие организованного сопротивления сил, оборонявших побережье, и подавляющее превосходство союзников, особенно в воздухе и на море. Поэтому опыт проведения этой десантной операции в какой-то степени был ограниченным и не позволил сделать исчерпывающих обоб­щений.
 
В ходе операций в Северной Африке сухопутные войска западных союзников нанесли поражение вражеской группировке под Эль-Аламейном и завершили ее разгром в Тунисе. Командование и войска союзных армий приобрели первый опыт подготовки и ведения наступательных операций в пустынной и горно-пустынной местности, начинавшихся с прорыва подготовленной очаговой обороны противника. При этом отме­чалось массирование сил и средств на главном направлении, глубокое построение ударной группировки, наличие эшелона развития успеха и т. д.
 
Однако отсутствие у американо-английских войск достаточного бое­вого опыта не позволило организовать тесное и непрерывное взаимодей­ствие артиллерии с танками и пехотой. В результате темп наступления при прорыве тактической зоны вражеской обороны был низким. Не всегда наступавшим удавалось завоевать огневое превосходство над противником, а попытки дополнить огневую деятельность артиллерии ударами авиации часто не приводили к желаемым результатам.
 
В ряде случаев в ходе наступления союзному командованию не хва­тало решительности. Так, например, нельзя объяснить только погодными условиями относительную пассивность войск США и Великобритании в феврале — марте 1943 г. в Тунисе, что позволило противнику не только укрепить оборону, но и активизировать действия.
 
Взаимодействие военно-морского флота с сухопутными войсками на приморских направлениях наиболее полно осуществлялось лишь во вто­рой половине кампании. Это прежде всего нашло выражение в поддержке действий войск огнем корабельной артиллерии, организации снабжения и эвакуации.
 
В буржуазной исторической литературе высадку союзных войск в Северной Африке и поражение итало-немецкой группировки нередко именуют вторым фронтом. Это далеко не так. Понятие второго фронта применимо лишь для Западной Европы, где открывалась возможность вступить в вооруженную борьбу непосредственно против основных сил фашистской Германии. Высадка же англо-американских войск в Север­ной Африке не оказала решающего влияния на снижение боевой мощи этой главной ударной силы фашистского блока и на продолжавшуюся концентрацию основной массы ее вооруженных сил на советско-герман­ском фронте. Это признают и некоторые буржуазные историки. «Должно было стать совершенно очевидным, — пишет английский военный историк X. Туиллер, — что посылка войск в Северную Африку для охраны Суэц­кого канала и о держание легких побед над итальянцами, которые не хо­тели воевать, не приостанавливали процесса концентрации большинства немецких дивизий на русском фронте».
 
Вместе с тем гибель итальянской 8-й армии на советско-германском фронте, а затем поражение итало-немецких войск в Северной Африке спо­собствовали резкому обострению внутриполитического положения Италии и ее взаимоотношений с Германией, усилению борьбы народных масс против прогнившей фашистской диктатуры. Нарастал кризис и в фашист­ской партии Италии. Потеря африканских владений сделала бесперспек­тивным союз Муссолини с поддерживавшей его крупной буржуазией.

история второй мировой войны, вторая мировая война, Коренной перелом в войне