Том 6. Глава 13. Развитие национально-освободительного антифашистского движения


71

1. Рост и активизация сил движения Сопротивления в Европе

Всемирно-историческая победа Советской Армии под Сталинградом и в целом поражение немецко-фашистских войск на советско-гер­манском фронте зимой 1942/43 г., а также успешные действия за­падных союзников в Северной Африке и бассейне Средиземного моря ока­зали решающее влияние на развитие национально-освободительной борь­бы народов оккупированной Европы, укрепили у них веру в избавле­ние от фашистского ига, вызвали стремление активнее бороться против поработителей. Журнал «Коммунистический Интернационал» в марте 1943 г. отмечал: «В течение последних трех с лишним месяцев народы оккупированной Европы живут под впечатлением огромных успехов, одержанных Красной Армией в войне с гитлеровской Германией и ее вас­салами... Во всех оккупированных странах растут уверенность народных масс в своих силах и их стремление сочетать подъем боевого национально-освободительного движения в европейском тылу германского фашизма с наступлением Красной Армии на решающем фронте антигитлеровской войны».
 
Антифашистская освободительная борьба народов Европы являлась составной частью противоборства свободолюбивых народов антигитлеров­ской коалиции с фашистскими поработителями за свободу и независи­мость. Характерной особенностью ее в конце 1942 — начале 1943 г. было значительное повышение активности патриотов. Марксистско-ленинские партии призывали народы с оружием в руках выступать против захват­чиков. Им принадлежала решающая роль в создании различных форми­рований вооруженного народа, которые превратились в мощный фактор антифашистского движения.
 
Формы и способы вооруженной борьбы участников Сопротивления зависели от особенностей социально-политического положения в стране, наличия подготовленных военных кадров и вооружения. В Югославии, Греции, Албании борцы за национальное освобождение и демократию развернули против врага партизанские действия, принимавшие все более организованный характер. К концу 1942 г. общая численность партизан на Балканах достигла 150 тыс. человек. Они отвлекали на себя 600-ты­сячную армию оккупантов.
 
Значительный вклад в борьбу народов против фашизма вносили пат­риоты Югославии, возглавляемые коммунистической партией. В ноябре 1942 г. началось преобразование партизанских отрядов в регулярные вой­сковые соединения и была создана Народно-освободительная армия Юго­славии. Народно-освободительные силы состояли из 37 пехотных бригад, 12 отдельных батальонов, 34 партизанских отрядов. Численность их вместе с вооруженными бойцами тыловых частей и членами антифашист­ских организаций достигала 150 тыс. человек. Борьбой руководил Вер­ховный штаб, Верховным главнокомандующим был Броз Тито. Руково­дящие политические и военные органы освободительного движения нахо­дились в городе Бихач, поэтому освобожденную территорию называли Бихачской республикой. Основные силы НОЛЮ были сосредоточены в За­падной Боснии и прилегающих к ней районах Центральной Боснии, Хор­ватии, Словении, Далмации, Герцеговины. Против народно-освободи­тельных сил вели боевые действия 7 немецких, 18 итальянских, 5 болгар­ских дивизий, венгерские части (до 3 дивизий) и многочисленные форми­рования фашистских пособников.
 
Активность югославских патриотов, наносивших чувствительные уда­ры по коммуникациям оккупантов и срывавших их планы использования природных ресурсов, продовольствия и рабочей силы, противостояла ка­рательным мерам захватчиков, которые неоднократно пытались разгро­мить освободительное движение в Югославии. Целью очередного наступ­ления оккупантов было уничтожение главных сил НОЛЮ и захват освобожденной территории. В наступлении, начавшемся 20 января 1943 г., участвовало около 80 тыс. человек. Оккупанты имели подавляющее пре­восходство в численности и технике над силами НОЛЮ, оборонявшими освобожденную территорию (1-й хорватский и 1-й боснийский корпуса, а также группа дивизий, подчиненная Верховному штабу).
 
Войска НОЛЮ, не ввязываясь во фронтальные бои с превосходящими силами противника, упорно сдерживали наступающего врага. По приказу Верховного штаба части НОЛЮ и партизанские отряды усилили актив­ность на всей территории Югославии и отвлекли на себя некоторые силы врага из основного района действий. Партизанские отряды успешно дей­ствовали в Сербии и Македонии, нарастала освободительная борьба в Воеводине и Словении.
 
Убедившись, что противник развернул наступление крупного мас­штаба, Верховный штаб принял решение силами нескольких дивизий, об­разовавших Главную оперативную группу, прорваться в юго-восточном направлении с целью выхода в Черногорию и Южную Сербию. Военные и политические органы освободительного движения выступили в поход вме­сте с этой группировкой войск. Отход проходил в крайне тяжелых условиях. Десятки тысяч мирных жителей уходили с войсками, покидая дома, из партизанских госпиталей было эвакуировано около 4 тыс. ране­ных и больных.
 
В 20-х числах февраля Главная оперативная группа, разгромив италь­янскую дивизию «Мурдже», вышла к реке Неретве. Для прорыва на восток надо было форсировать ее, но овладеть местечком Кониц с мостом через реку части НОЛЮ не смогли. К концу февраля превосходящим силам про­тивника удалось потеснить Главную оперативную группу. Возникла опасность ее полного окружения на правом берегу реки. Особая угроза нависла над эвакуируемыми ранеными бойцами и командирами, которые по обледенелым горным дорогам, часто под обстрелом врага, были достав­лены к Неретве. Однако части НОЛЮ, ведя упорные бои, сумели 3—5 мар­та нанести успешный контрудар в районе города Горни Вакуф и задер­жать продвижение фашистов. Опасность для раненых была ликвидиро­вана. В ночь на 7 марта усиленная 2-я дивизия НОЛЮ смелым броском форсировала Неретву и овладела плацдармом на левом берегу. В районе местечка Ябланица был наведен висячий мост. 7—15 марта через реку было переправлено около 4 тыс. раненых и больных. Сражение на Нерет­ве часто называют «битвой за спасение раненых». Оно стало одной из наи­более героических страниц в летописи борьбы югославских патриотов.
 
Несмотря на успешное форсирование Неретвы, части НОАЮ находи­лись в тяжелом положении. Скученные на скалистых горных склонах, без пищи и медикаментов, с ранеными на руках, бойцы НОАЮ постоянно подвергались ударам вражеской авиации. В боях 14—23 марта искусно маневрировавшие 2-я и 3-я дивизии НОАЮ нанесли в свою очередь чув­ствительные удары по объединенным силам четников и итальянских ок­купантов, обеспечив выход Главной оперативной группы из долины Не­ретвы. Ценой огромного напряжения сил югославские патриоты развер­нули наступление на территории Герцеговины и в начале апреля вышли в Санджак и Черногорию. В середине апреля после упорных боев силы НОАЮ получили короткую передышку для подготовки к прорыву в Сер­бию. К концу апреля закончились зимние операции оккупантов и их по­собников. Борцы за свободу Югославии благодаря тесной связи с народом сумели выстоять в условиях суровой зимы, нехватки продовольствия, одежды и обуви. Несмотря на значительные потери, Народно-освободи­тельная армия сохранила боеспособность, выросла численно, обогатила свою тактику, освободила новые территории. Были созданы предпосылки для дальнейшего укрепления антифашистского движения, сплочения ши­роких народных масс на борьбу с оккупантами.
 
В Греции боевые действия партизан в конце 1942 — начале 1943 г. приобрели более планомерный характер и охватили почти всю континен­тальную часть страны. Вдохновителем и организатором вооруженной борьбы против оккупантов была коммунистическая партия. Вооруженные отряды Народно-освободительной армии Греции (ЭЛАС), действиями которых руководил ЦК ЭЛАС, насчитывали 6 тыс. бойцов. Организато­ром и первым руководителем партизанской армии был мужественный коммунист А. Велухиотис. Важной акцией партизан было уничтожение железнодорожного моста через реку Горгопотамос близ города Ламия, осуществленное по заданию британского военного командования. В опе­рации участвовало 150 бойцов ЭЛАС, 60 партизан из военной организа­ции буржуазного национально-демократического союза (ЭДЕС) и 12 ан­глийских диверсантов — коммандос. В ночь на 25 ноября 1942 г. объеди­ненный отряд внезапно напал на охрану моста. После ожесточенного двухчасового боя мост был взорван. На шесть недель вышла из строя же­лезнодорожная магистраль, по которой снабжались фашистские войска в Северной Африке.
 
ЭЛАС стала главной силой движения Сопротивления, наносившей ок­купантам все более ощутимые удары. 18 декабря отряд партизан успешно провел первый бой на открытой местности. 8 февраля 1943 г. в двухчасо­вом бою близ села Снихово (область Гревены в Западной Македонии) отряд ЭЛАС разгромил итальянскую роту, а 11—12 февраля у села Оксиния (район Каламбана) в ожесточенном бою была почти полностью унич­тожена воинская часть противника — около 300 солдат и офицеров. Эти успехи способствовали притоку в армию греческих патриотов новых бойцов и дальнейшему развитию вооруженной борьбы против фашистских оккупантов.
 
5 марта в городе Гревена партизаны окружили итальянский гарни­зон, зверства которого вызывали особую ненависть населения, и одновре­менно блокировали дороги, чтобы не допустить к окруженным подхода подкреплений. В Гревену двинулись десять грузовиков с войсками про­тивника, которые, однако, были задержаны патриотами в горном ущелье. Тем временем батальон оккупантов попытался нанести встречный удар из Гревены. Он был остановлен и окружен у местечка Фардикамбо. За­вязался ожесточенный бой, в котором итальянцев поддерживала артил­лерия и авиация. Но кольцо окружения было настолько плотным, что даже средства поддержки не могли изменить обстановку. Утром 7 марта оккупанты сложили оружие.
 
В условиях общего ухудшения военно-политического положения Ита­лии это поражение заставило оккупантов вывести свои войска из городов Гревена и Кардица (в Фессалии). Важным итогом этой победы явилось образование в Греции первого крупного освобожденного района на терри­тории Западной Македонии. Отряды ЭЛАС показали себя способными громить целые части итальянских оккупационных войск. К лету 1943 г. греческие патриоты освободили значительную часть территории страны.
 
В Албании в начале 1943 г. действовало 29 партизанских чет. Кро­ме них в освобожденных районах были сформированы крестьянские четы, которые выполняли задачи отрядов самообороны и помогали парти­занам. В январе — марте албанские патриоты провели ряд операций в Герми, Воскопое, Либохове. Они совершили нападения на нефтепромыс­лы в Патоси и шахты в Селенице. К апрелю партизаны освободили еще не­сколько районов на юге страны: Конисполи, Загорие, Месаплику, Мала-кастры, Погон, Луиджери. Весной в соответствии с решениями первой Всеалбанской конференции компартии началась подготовка к созданию национально-освободительной армии, способной осуществлять крупные операции.
 
Развертывание партизанской войны в Югославии, Греции и Албании сопровождалось растущей поляризацией социально-политических сил. Патриотические слои населения, в первую очередь трудящиеся, сплачи­вались вокруг коммунистических партий для дальнейшей борьбы. Так, в Югославии, которая была аграрной страной, большинство участников ос­вободительного движения составляли крестьяне, однако в авангарде на­ционально-освободительной борьбы находился рабочий класс во главе с КПЮ. На освобожденных территориях стран Юго-Восточной Европы устанавливалась новая народно-демократическая власть, приступившая к прогрессивным преобразованиям. В Югославии народно-освободитель­ные комитеты руководили всей политической и хозяйственной жизнью ос­вобожденных районов. Созданное Антифашистское вече народного освобож­дения Югославии и его Исполком во главе с мужественным патриотом И. Рибаром, свои основные усилия направляли на укрепление единства равноправных народов Югославии для еще более решительной борьбы против фашистских оккупантов.
Утверждение руководящей роли коммунистов в движении Сопротив­ления вызывало враждебную реакцию со стороны представителей господствующих классов. Так, в Албании вскоре после создания Национально-освободительного фронта (сентябрь 1942 г.) возникла реакционная нацио­налистическая организация «Балли комбетар» (Национальный фронт). Трусливой выжидательной тактике баллистского руководства коммунисты противопоставляли программу решительной антифашистской борьбы за освобождение страны в союзе со всеми свободолюбивыми народами Балкан.
 
Особенностью вооруженной борьбы патриотов Польши и Франции стало сочетание партизанских акций с активными действиями боевых групп в городах. Последовательными сторонниками активизации борьбы против врага выступали коммунисты. Однако в движении Сопротивления этих стран в тот период сохранялось влияние патриотически и национа­листически настроенной части буржуазии, которой удалось создать бое­способные вооруженные организации.
 
В Польше наиболее активные действия против оккупантов вела соз­данная коммунистами Гвардия Лгодова. Ее действиями руководил Глав­ный штаб во главе с Ф. Юзеяком. Мы должны быть в наступлении, — писала в феврале 1943 г. газета «Гвардзиста», — мы должны наносить удары в самые чувствительные места врага. Уничтожать связь, транспорт и администрацию». Отряды Гвардии Людовой совершали налеты на железнодорожные станции и мосты, пускали под откос немецкие эшелоны с войсками и боевой техникой, организовывали засады на транспорты, за­щищали население от оккупантов. В декабре 1942 г. Гвардия Людова вела трехдневный бой с немецко-фашистским батальоном в Парчевских лесах (Люблинское воеводство). Наиболее активно ее отряды действовали в Вар­шавском, Люблинском, а также Келецком, Краковском и Жешувском воеводствах. Антифашистские подпольные группы усиливали борьбу в крупных городах. В январе 1943 г. они осуществили нападение на Глав­ный вокзал в Варшаве и три кинотеатра во время сеансов для гитлеров­цев. Всего за первый квартал 1943 г. Гвардия Людова провела около 370 различных боевых операций, из них 76 — на коммуникациях против­ника. В отряды польских патриотов вливались бежавшие из фашистско­го плена воины Советской Армии. Многие из них воевали в составе пар­тизанской оперативной группы имени Т. Костюшко, в которую входили отряды имени Г. Котовского (командир У. Адаманов) и имени Н. Щорса (командир В. Володин).
 
Призывы Польской рабочей партии к вооруженной борьбе и боевые операции Гвардии Людовой оказывали воздействие на подчинявшуюся лондонскому эмигрантскому правительству Армию Крайову. Некоторые ее члены, стремившиеся принять активное участие в вооруженной борьбе против оккупантов, начали переходить в отряды Гвардии Людовой. В этой обстановке руководство буржуазно-националистического лагеря заменило свой лозунг «ожидать с оружием у ноги» призывом приступить к «ограни­ченной борьбе», что предопределило некоторую активизацию Армии Крайовой.
 
Несмотря на противодействие представителей эмигрантского прави­тельства и усиление вражеского террора, в борьбу с оружием в руках включались боевые отряды польского крестьянства (батальоны хлопские). В декабре 1942г.— начале февраля 1943 г. они участвовали в защите насе­ления Замойского района, откуда гитлеровцы насильственно выселяли поляков. Совместное выступление отрядов Гвардии Людовой, батальонов хлопских и подразделений Армии Крайовой подтвердило действенность организации массового вооруженного отпора врагу. Оккупанты вынуж­дены были прекратить выселение местных жителей. Однако в течение зна­чительного времени 1943 г. отряды Гвардии Людовой по-прежнему были единственными вооруженными частями, которые систематически вели борьбу против оккупантов.
 
Во Франции наиболее активно действовали франтиреры и партизаны. Они были объединены в боевую организацию Национального фронта, со­зданного по призыву и при участии компартии. Отряды франтиреров и партизан только с 1 января по 31 марта 1943 г. провели больше 1500 опе­раций (включая 158 крупных диверсий) на железных дорогах, в резуль­тате которых было уничтожено и повреждено 180 локомотивов и свыше 1200 вагонов. Франтиреры и партизаны совершили 19 нападений на под­разделения и колонны фашистской армии, 57 — на места развлечений гитлеровских солдат и офицеров, в результате чего 800 вражеских офице­ров и солдат были убиты, многие ранены. В организации вооруженной борьбы принимали участие активисты компартии: О. Делон — в Бретани, М. Гюнсбург — в Парижском районе, Хентжес — в департаменте Нор. Все они отдали жизнь в борьбе за освобождение Франции.
 
Совершенствуя тактику партизанской борьбы в городах, франтиреры и партизаны перешли от действий небольшими группами (2—3 человека) к операциям отрядами из 15—20 бойцов. Борьба с оружием в руках про­тив оккупантов и фашистов приобрела такой размах, что на повестку дня встал вопрос о подготовке вооруженного восстания.
 
По всей территории Западной Европы патриоты наращивали удары по коммуникациям оккупантов. По данным вермахта, на территории, окку­пированной войсками группы армий «Запад», за январь — март 1943 г. 341 раз было нарушено железнодорожное движение.
 
Активные диверсионные действия на железнодорожных магистралях развернули боевые группы датского Сопротивления. Партизаны Бельгии за первые четыре месяца 1943 г. организовали 22 крушения на желез­ных дорогах, в результате которых было выведено из строя 15 паровозов и 180 вагонов с грузами для оккупационных войск.
 
Кроме воздействия на коммуникации бойцы Сопротивления осуществ­ляли диверсии на складах с горючим и боеприпасами, аэродромах, элект­ростанциях, военных заводах. Особенно важную диверсию на единствен­ном тогда заводе по производству тяжелой воды в Веморке (близ города Рьюкан) провели норвежские патриоты по заданию британского управле­ния специальных операций (СОЕ). В операции участвовало 11 человек, из которых 2 остались на базе поддерживать радиосвязь. Остальные раз­делились на две группы: группу действия из 4 человек во главе с И. Реннебергом и группу прикрытия из 5 человек во главе с К. Хаукелидом. В ночь на 28 февраля 1943 г. группы проникли на заводской двор. Груп­па прикрытия изготовилась для боя с немецкими подкреплениями в случае их подхода, а бойцы группы действия пробрались в подвал с установками для производства тяжелой воды. Патриоты подожгли бикфордов шнур и стремительно выскочили из подвала, так как горение шнура было рас­считано всего на 30 секунд. Раздался взрыв... 1,5 тонны тяжелой воды, столь необходимой для проведения исследовательских работ в Германии по «урановому проекту», а также часть аппаратуры были уничтожены. Обе группы перебрались через реку и, встав на лыжи, углубились в лес.
 
В борьбе против фашистских оккупантов крепла интернациональная солидарность участников Сопротивления. В конце ноября 1942 г. в Тулузе на конференции представителей политических и профсоюзных организа­ций испанских эмигрантов был создан Испанский национальный союз и избран его руководящий орган, ведущую роль в котором играли коммуни­сты. Он был призван организовывать вооруженную борьбу испанских ан­тифашистов на территории Франции. Тогда же руководство союза обра­тилось к испанским эмигрантам с воззванием, призывавшим вместе с фран­цузами бороться против фашизма. В антифашистскую борьбу народов Западной Европы включались и советские люди, которых война занесла на чужбину. С весны 1943 г. на севере Франции, в шахтерских департа­ментах Нор и Па-де-Кале, начали формироваться небольшие группы советских партизан.
 
Народы порабощенной Европы оказывали все более организованное сопротивление мероприятиям оккупантов. Проводя политику «тотальной мобилизации», гитлеровцы использовали жестокие методы для принуди­тельной отправки в Германию рабочей силы и выкачивания экономиче­ских ресурсов оккупированных стран. С мая 1942 г. по май 1943 г. число угнанных на принудительные работы в Германию выросло с 2 640 тыс. до 4 640 тыс. человек. Чтобы увеличить выпуск промышленной продукции для нужд германской военной машины, с начала 1943 г. оккупационные власти приступили к принудительному укрупнению предприятий за счет массовой ликвидации мелкого и среднего предпринимательства. Переход нацистов к тотальному контролю за использованием всех видов сырья повлек за собой новое свертывание выпуска товаров широкого потреб­ления. 3 января 1943 г. в беседе с министром вооружения и боеприпасов Шпеером Гитлер, определяя политику в отношении оккупированной Франции, говорил: «Мы должны потребовать от Франции выполнения го­раздо более трудных экономических задач, чем до сих пор... При малей­ших признаках саботажа должны приниматься самые серьезные меры. Все идиотические рассуждения о гуманности совершенно неуместны».
 
После высадки западных союзников в Северной Африке гитлеровцы в нарушение условий Компьенского перемирия оккупировали южную зону Франции. 27 ноября фашистские войска заняли Тулон. Заминировав выходы из порта, в котором находился французский военно-морской флот, гитлеровцы потребовали передачи его Германии. Не имея возможности вывести корабли, французские моряки, проявив высокое чувство патрио­тизма, уничтожили их. «Героическая жертва моряков Тулона потрясла весь наш народ порывом величия и героизма», — писала подпольная газе­та «Юманите». В связи с этим М. Торез отмечал, что события в конце 1942 г. под Сталинградом, в Африке и во Франции «привели к новому резкому подъему движения национального сопротивления».
 
Французские трудящиеся развернули мощное движение протеста против депортации. 6 января 1943 г. массовые демонстрации были органи­зованы в Сент-Этьенне, Клермон-Ферране и других городах. В Монлюсоне более 5 тыс. человек прорвали заслоны национальной гвардии и заняли вокзал, откуда должны были отправлять французских граждан в Герма­нию. Ушедший в рейх состав был почти пуст.
 
Уклоняясь от принудительной трудовой повинности, представители различных социальных слоев не только переставали выполнять распоря­жения оккупантов, но и переходили к более активному протесту. По дан­ным западногерманского историка В. Гёрлица, в 1943 г. 20 — 25 процентов всего французского населения проживало по фальшивым документам и в той или иной мере участвовало в Сопротивлении х. Все больше людей, скрываясь от оккупантов, «уходило в маки». Антифашистское движение Сопротивления во Франции ширилось и крепло.
 
Самой организованной силой в движении Сопротивления выступал рабочий класс, широко использовавший такие средства борьбы, как сабо­таж и забастовки. «В начале 1943 г., — отмечает видный деятель француз­ского Сопротивления А. Толле,— саботаж приобретал тем больший раз­мах, чем больше росла отвага рабочих в этой атмосфере борьбы и на­дежд». При союзе синдикатов Парижского района было создано руко­водство группами диверсий и саботажа. Его возглавил убежденный анти­фашист И. Эпштейн, впоследствии ставший командующим силами франти­реров и партизан Парижского района.
 
На территории Чехии и Моравии саботаж приобрел массовый харак­тер. Неявка рабочих военных заводов на работу достигала 20—30 процен­тов. Патриоты портили оборудование, выпускали бракованную продукцию. Действуя в соответствии с лозунгом «работай не спеша», трудящиеся вся­чески снижали производительность труда 3. В Словакии получила широ­кий отклик забастовка двухтысячного коллектива рабочих суконной фабрики в Жилине, проходившая в январе 1943 г.
 
Ответом трудящихся Дании на усиление ограбления страны оккупан­тами и ухудшение экономического положения явился подъем забастовоч­ного движения. С февраля 1943 г. по стране прокатилась волна так назы­ваемых «народных забастовок», в которых участвовали судостроители, машиностроители, сталелитейщики. Только в феврале прошло 74 заба­стовки.
 
В целях расширения вооруженной борьбы против фашистских окку­пантов руководство компартии Дании в конце 1942 г. приняло решение создать боевую организацию, в которой объединились бы патриоты с раз­личными политическими взглядами. Несмотря на противодействие некото­рых буржуазных деятелей, такая организация была создана. «Граждан­ские партизаны» («Бона») насчитывали 125—175 человек, большинство которых составляли рабочие. Патриоты из «Бона» совершали диверсии и акты саботажа главным образом на промышленных предприятиях. С де­кабря 1942 г. по март 1943 г. участники датского Сопротивления осущест­вили 119 актов саботажа.
 
Массовые антифашистские выступления: забастовки, демонстрации — превратились в мощное средство борьбы греческих патриотов, действовав­ших под руководством Национально-освободительного фронта. 22 декабря 1942 г. в Афинах около 40 тыс. демонстрантов требовали улучшить поло­жение населения оккупированной Эллады, прекратить фашистский тер­рор. Правительство вынуждено было удовлетворить некоторые требования демонстрантов, что еще более повысило авторитет ЭАМ.
 
В феврале 1943 г. приказ главы оккупационных властей в Греции ге­нерала Г. Шпейделя о принудительной «гражданской мобилизации» вы­звал новый взрыв антифашистских выступлений. 24 февраля рабочие, слу­жащие, учащиеся Афин и Пирея объявили всеобщую забастовку. Десятки тысяч демонстрантов требовали хлеба, повышения заработной платы и отмены «гражданской мобилизации». Попытки оккупантов выполнить приказ о «гражданской мобилизации» привели 5 марта к новой массовой антифашистской демонстрации, в которой участвовало более 200 тыс. че­ловек. Смяв заслоны немецко-итальянских войск, демонстранты захватили списки 80 тыс. граждан, намеченных к отправке в Германию, и сожгли их. Вскоре улицы Афин вновь заполнили протестующие жители. Оккупан­ты вынуждены были отказаться от проведения «гражданской мобилиза­ции». Сочетание массовых антифашистских выступлений трудящихся под руководством ЭАМ с вооруженными действиями ЭЛАС стало харак­терной чертой греческого движения Сопротивления.
 
В условиях расширения и активизации движения Сопротивления в Европе все более очевидной становилась несостоятельность тактики аттантизма, которой придерживалась значительная часть буржуазных деяте­лей Сопротивления. Так, ставка на пассивное выжидание вторжения за­падных союзников руководителей норвежской вооруженной организации «Милорг» сделала ее неподготовленной к длительной борьбе. В декабре 1942 г. гестапо нанесло «Милоргу» чувствительный удар в округе Кристи-ансанн: более 50 членов организации погибли, многие ее участники вы­нуждены были покинуть Норвегию.
 
В антифашистское движение Сопротивления в этот период включа­лись интеллигенция и мелкая буржуазия. Широкое вовлечение различных социальных слоев в освободительную борьбу привело к быстрому росту подпольных организаций во Франции. В начале 1943 г. общая численность буржуазных патриотических организаций Сопротивления, по оценке де-Голля, составила около 70 тыс. человек, то есть увеличилась примерна в два раза по сравнению с осенью 1942 г.
 
Большой резонанс в Бельгии имела стачка тысячи судей в декабре-1942 г., протестовавших против введения принудительной трудовой повин­ности. В марте 1943 г. против угона бельгийцев на работу в Германию-выступил кассационный суд страны. Меры немецко-фашистских окку­пантов встречали противодействие и со стороны местного духовенства. 11 марта по распоряжению кардинала ван Роя во всех церквах был огла­шен протест против насильственной депортации бельгийцев, а также фа­шистского указа о снятии колоколов «для нужд германской военной экономики». Глава немецкой военной администрации в Бельгии отмечал, что после этого выступления значительно усилилось активное сопротив­ление оккупантам, «число непокорных чрезвычайно увеличилось».
 
В Голландии попытка фашистов в марте 1943 г. заставить врачей вступить в нацистскую «нидерландскую палату врачей» вызвала массовую забастовку медиков. Оккупанты вынуждены были отказаться от этой затеи.
 
Под влиянием изменений в военно-политической обстановке и роста антифашистских настроений в буржуазно-патриотических организациях Сопротивления появилось стремление к отказу от тактики аттантизма и переходу к активной борьбе против нацистов. Часть буржуазных деяте­лей поняла необходимость развертывания вооруженных действий, чтобы ускорить освобождение Европы. Вместе с тем буржуазных руководителей беспокоил рост влияния коммунистов — последовательных сторонников активной антифашистской борьбы.
 
В Дании весной 1943 г. подпольная группа буржуазных интеллиген­тов создала боевую организацию Сопротивления «Хольгер Данске». Ком­мунисты, выступавшие за активизацию всех антифашистских сил, оказали этой организации большую помощь, что позволило ей превратиться в дей­ственную боевую организацию.
 
В Голландии в марте 1943 г. была создана новая общенациональная организация боевого Сопротивления — Совет Сопротивления, в руководст­во которого вошли представители коммунистической партии, социалисти­ческой группы «Хет пароол» и ряда буржуазных группировок. Главной задачей Совета Сопротивления, который насчитывал примерно 500 чле­нов, стала организация актов саботажа и диверсий. Так, 14—15 марта под его руководством было осуществлено 10 диверсий на железнодорож­ных линиях, ведущих к Амстердаму.
 
Дальнейшее развитие движения Сопротивления требовало сплочения: всех антифашистских демократических сил и активизации борьбы против оккупантов. «...Действительное национальное единство могло быть достиг­нуто лишь путем разумного компромисса, учитывающего интересы раз­личных национальных и классовых сил,— подчеркивает государственный деятель ПНР академик Г. Яблоньский.— Основные цели борьбы — за не­зависимость и демократию, а также главные направления борьбы — про­тив агрессора и фашизма — обеспечивали реальную основу для достиже­ния такого единства» 3. Коммунистические партии последовательно доби­вались объединения всех патриотических сил в освободительной антифа­шистской борьбе.
 
Активная деятельность французских коммунистов за объединение всех организаций Сопротивления для совместной борьбы против окку­пантов находила поддержку у социалистов. Руководящий орган восстанавливавшийся в подполье Социалистической партии — Комитет социа­листического действия также призывал все подпольные политические организации и различные группировки Сопротивления к объединению и союзу с целью освобождения страны.
 
Учитывая тягу участников Сопротивления к единству и рост влия­ния ФКП, буржуазные деятели стремились создать «противовес» комму­нистам. 27 ноября 1942 г. в Лионе собрался координационный комитет, состоявший из представителя «Сражающейся Франции» Ж. Мулена и ру­ководителей буржуазно-патриотических организаций Сопротивления юж­ной зоны. Вскоре организации «Комба», «Фран-Тирер» и «Либерасьон-Сюд» слились в «Объединенное движение Сопротивления» (МЮР). Из военизи­рованных групп МЮР формировалась «Тайная армия». Ее командование приступило к созданию новых боевых групп для диверсионных актов.
 
Вместе с тем влияние демократического крыла во французском Со­противлении было настолько велико, что подлинное объединение антифашистов было невозможно без его участия. Французский национальный комитет нуждался в поддержке всех сил внутреннего Сопротивления, чтобы упрочить свое положение, и поэтому вынужден был пойти на пози­тивные изменения своих взглядов по вопросам будущности Франции после ее освобождения. Соглашение ФКП с руководством «Сражающейся Фран­ции» заметно облегчило дальнейшее объединение всех патриотических сил французского Сопротивления. Образование Национального совета Сопро­тивления из представителей всех организаций Сопротивления,- всех поли­тических партий и центральных профсоюзных организаций явилось новым шагом к обеспечению широкого национального единства для борь­бы за освобождение страны и восстановление демократических свобод. «Объединение всех французских антифашистов, — писала «Юманите», — является абсолютной необходимостью, и оно должно быть осуществлено, чтобы развернуть борьбу против врага и предателей во всех ее формах». Таким образом, к апрелю 1943 г. во Франции были сделаны важные шаги к объединению всех сил внутреннего Сопротивления.
 
Добиться успехов в объединении всех патриотических сил удавалось не везде. Так, например, было в Польше, политическая ситуация в кото­рой осложнялась тем, что Польская рабочая партия была воссоздана только в 1942 г. Буржуазные организации, ориентировавшиеся на эмиг­рантское правительство, сохраняли в стране большое влияние, их руко­водители продолжали пропагандировать национализм и антисоветизм. Реакционное руководство буржуазного крыла движения Сопротивления отвергло сотрудничество с ППР и воспрепятствовало созданию общена­ционального фронта борьбы против фашистских оккупантов.
 
Эмигрантские буржуазные правительства не могли игнорировать ширившееся движение внутреннего Сопротивления и пытались подчинить его своему влиянию. Бельгийское правительство в декабре 1942 г. пору­чило руководителю подпольной военной организации полковнику Б. Бастену объединить под своим руководством все военные организации Сопро­тивления оккупированной страны. При этом силам внутреннего Сопро­тивления предписывалось избегать преждевременных действий и гото­виться оказать помощь союзникам в момент освобождения Бельгии. В конце 1942 г. в Лондоне была создана нидерландская разведыватель­ная служба «Бюро информации», которая стала засылать агентов на тер­риторию Голландии. Основной организацией Сопротивления, получав­шей поддержку из Лондона, оставалась реакционная «Служба порядка», которая готовилась к захвату власти в момент изгнания оккупантов из Голландии.
 
Зимой 1942/43 г. движение Сопротивления превратилось в реальную силу и представляло собою важный фактор в системе антигитлеровской коалиции. Советский Союз постоянно поддерживал все силы Сопротивле­ния, которые вели активную антифашистскую борьбу, независимо от их социальной принадлежности и политической ориентации.
 
Правительства США и Великобритании также учитывали в своей по­литике движение Сопротивления. Непосредственное проникновение на территорию оккупированной Европы и контакты с организациями Сопро­тивления осуществляло британское управление специальных операций (СОЕ). Оно оказывало подпольным организациям некоторую помощь деньгами, оружием, техническими средствами. В то же время британские службы стремились не допустить развития массового Сопротивления, ог­раничить его действия разведкой и диверсионными актами по заданиям союзников. В марте 1943 г. СОЕ «предупредило тех людей во Франции, с которыми оно находится в контакте, что они должны сделать все от них зависящее, чтобы не допустить распространения нынешней волны Со­противления». Правящие круги Великобритании стремились подчинить внутреннее Сопротивление лондонским эмигрантским правительствам, укрепить буржуазные организации. В Югославии они ориентировались на четников Д. Михайловича, боровшихся не столько против фашистских ок­купантов, сколько против Народно-освободительной армии Югославии. В Греции, где к весне 1943 г. было уже десять британских групп связи, они поддерживали отряды полковника Н. Зерваса в противовес гораздо более значительной в военном отношении ЭЛАС. Однако подобные дей­ствия не могли существенно затормозить развитие массового движения Со­противления, укрепление его демократического крыла.
 
Составной частью движения Сопротивления была антифашистская борьба в Германии и европейских странах-сателлитах. Под влиянием неудач на различных театрах военных действий, особенно на советско-гер­манском фронте, росло недовольство народных масс в этих странах, ши­рился протест против войны и фашизма.
 
В Германии осенью 1942 г. гестапо удалось разгромить ряд организа­ций Сопротивления, но зимой 1942/43 г. началось постепенное восстанов­ление их и создание новых организаций, которые сразу же включались в антинацистскую борьбу. В Южной Германии организация «Антифашист­ский немецкий народный фронт» ставила перед собой задачу сплотить всех немцев, готовых бороться любыми средствами против фашизма и войны 2. Антифашистская группа в Берлине развернула пропаганду про­тив гитлеровской диктатуры среди различных слоев населения. Подполь­ные группы действовали в Тюрингии, Саксонии, Средней Германии (про­мышленный район Мансфельда), а также в Мюнхене и Гамбурге. Они разъясняли положение на фронтах, разоблачали ложь геббельсовской про­паганды, организовывали саботаж на военных предприятиях Берлина, Эйзенаха, Эрфурта и других. Так, в Иммельборне выпускались непригод­ные ручные гранаты и взрыватели к авиабомбам, в Лейнбахе произошло крушение поезда с боеприпасами и нарушено железнодорожное движе­ние, в Лейпциге изготовлялась бракованная продукция на сталелитейном заводе. В антинацистской пропаганде важную роль играла студенче­ская организация «Белая роза», распространявшая в Мюнхене и других южногерманских городах тысячи листовок. Ее страстные призывы «Не верьте национал-социалистической пропаганде...», «Мертвые Сталинграда заклинают нас» и другие находили отклик в немецком народе. Мужествен­ные члены организации, несмотря на аресты и казни, расширяли свою дея­тельность, установив весной 1943 г. контакт с антифашистской группой солдат и офицеров вермахта.
 
С крахом расчетов фашистских правителей на победу в войне против Советского Союза изменилось внутриполитическое положение в хортистской Венгрии. Недовольство народных масс войной усиливалось из-за резкого ухудшения в 1943 г. их материального положения. Цены росли, все более острой становилась нехватка продовольствия. Венгерский народ начинал сознавать, что он обманут своими правителями, и все больше убеждался в правоте коммунистов, что избавления от гнета и тягот войны можно добиться лишь свержением фашистского режима.
 
Антифашистские настроения в Румынии выражал в первую очередь рабочий класс. Среди рабочих крепло убеждение, что военно-фашистский режим будет ликвидирован в итоге войны. В начале 1943 г. нелегальная газета «Свободная Румыния» уже в первом номере, рассказав о великой победе Советской Армии на Волге, призвала народ усилить антифашист­скую борьбу, активнее выступать за прекращение антисоветской войны. Развитие событий, по оценке румынской тайной полиции (сигуранцы), «медленно, но неуклонно толкает рабочую массу в опасную зону комму­нистического влияния». На ряде предприятий, в частности на заводе «Узинеле ромыне», по инициативе коммунистов начались забастовочные выступления. В начале 1943 г. антифашисты взорвали склад артиллерий­ских снарядов на заводе в Мырше, а часть оборудования уничтожили.
 
Антифашистские и антивоенные настроения охватывали все более широкие круги населения. Румынские крестьяне, как признавали сами фашистские власти, проявляли «враждебность по отношению к порядку в государстве». Они сопротивлялись поборам, отказывались от уплаты военного займа. Стремление покончить с антинародной войной проникло в румынскую армию, где росла оппозиция режиму генерала Антонеску. «Государство колеблется», — был вынужден признать румынский дикта­тор на совещании высших военных чинов.
 
Нарастало забастовочное движение трудящихся Италии. Если за август — ноябрь 1942 г. в стране было отмечено лишь 13 забастовок и волнений, то за декабрь 1942 г. — февраль 1943 г. их число достигло 29. Выражением решимости рабочего класса в борьбе против фашистского режима стала всеобщая забастовка на севере Италии в марте 1943 г. За­бастовку начали 5 марта рабочие завода «Фиат» в Турине. В течение не­дели она приобрела всеохватывающий характер. Борьбу более чем 100 тыс. рабочих направлял рабочий комитет по руководству забастовкой. Коми­тет обратился к трудящимся города с призывом продолжать борьбу до победного конца. Рабочих Турина поддержали трудящиеся Милана, Генуи. Число бастующих достигло 300 тыс. Забастовка переросла в мас­совое политическое выступление: рабочие на предприятиях открыто осуж­дали фашизм, требовали покончить с войной, добивались демократических свобод. Политический характер движения отмечал и начальник полиции Турина в своем донесении в Рим: «...движение носило характер самого настоящего мятежа, организованного под предлогом борьбы за экономи­ческие требования».
 
Мощное выступление трудящихся севера Италии, вдохновителями которого были коммунисты, нанесло сильный удар по диктатуре Муссоли­ни и положило начало дальнейшему нарастанию антифашистской борь­бы. «Мартовские забастовки, — отмечал Л. Лонго,— привели к усилению активности всего итальянского движения Сопротивления и окрылили его новыми надеждами. Они создали предпосылки для переворота 25 июля и непосредственно обусловили его». Уже в марте 1943 г. Комитет дейст­вия по объединению итальянского народа призвал готовиться к нацио­нальному восстанию, которое должно было привести к спасению родины, завоеванию мира и свободы.
 
Антивоенные настроения наблюдались и среди общественности Фин­ляндии. Наиболее здравомыслящие представители финской буржуазии стали выступать за разрыв союза с Германией. Среди них были такие государственные деятели, как Ю. Паасикиви и У. Кекконен. В начале 1943 г. сложилась так называемая «мирная оппозиция», в которую вошли представители социал-демократической, шведской народной, прогрессив­ной партий и аграрного союза. Оппозиция стремилась «помочь Финлян­дии как можно быстрее и на возможно более выгодных условиях выйти из войны».
 
Наиболее последовательными борцами против фашизма выступали демократические силы. В Болгарии консолидация сил антифашистов в рамках Отечественного фронта позволила шире развернуть вооружен­ную борьбу. Оплотом партизан стало Среднегорье, где действовал самый большой отряд «Христо Ботев». В январе — марте 1943 г. болгарские пар­тизаны совершили 144 вооруженные акции.
 
Рост количества партизанских отрядов, усиление вооруженной борь­бы потребовало совершенствования руководства и координации действий партизан. Весной 1943 г. под руководством ЦК Болгарской рабочей пар­тии началось объединение партизанских отрядов в Народно-освободитель­ную повстанческую армию. Боевые группы патриотов действовали и в городах. 13 февраля члены боевой группы БРП В. Якова и И. Бураджиев застрелили лидера фашистских легионеров генерала X. Лукова. Это смелое нападение вызвало тревогу и замешательство в правящих кру­гах. В одном из документов штаб НОПА констатировал, что в феврале — марте 1943 г. в Болгарии был создан внутренний фронт, который наводил страх на государственную власть и приковывал все ее внимание.
 
Таким образом, в обстановке коренного перелома в ходе второй миро­вой войны крепла уверенность народов оккупированных стран Европы в неизбежности окончательной победы антифашистских сил. «Военные поражения Гитлера дают угнетенным народам доказательство слабости их палачей и усиливают волю к борьбе», — отмечала 1 января 1943 г. «Юма-ните».
 
Новые тысячи патриотов вливались в ряды участников движения Сопротивления, которое привлекало к себе наиболее прогрессивную часть нации каждой страны. Оно становилось более активным и организованным. Борьба против фашизма, за независимость и демократию, в которой боль­шую роль играли коммунистические партии, создавала основу для единства действий различных социальных слоев, для сплочения всех патриотиче­ских сил.
 
Зимой 1942/43 г. начался кризис фашистских и профашистских ре­жимов в странах — сателлитах гитлеровской Германии, ширились анти­военные и антифашистские настроения, перераставшие в активные дей­ствия против фашизма и войны.
 

2. Национально-освободительная борьба народов Азии

Изменения военно-политической обстановки в мире, и в частности обозначившийся перелом в пользу союзников на Тихоокеанском театре, содействовали усилению национально-освободительной борьбы народов Азии, особенно в оккупированных японцами странах. Под влиянием исторических побед советского народа движение Сопротивления росло и ширилось. «Каждая победа Советской Армии, — писал один из деятелей КПИК Чыонг Тинь, — вдохновляла вьетнамский народ, укрепляла его веру в победу и решимость в борьбе». Те, кто вступили на путь временно­го сотрудничества с оккупантами, задумались над дальнейшими перспек­тивами борьбы.
 
Зимой 1942/43 г. положение фашистского блока, а вместе с ним и Японии заметно ухудшилось. Эксплуатация японскими оккупантами стран Азии становилась все более жестокой. Экономическая политика правительства, подчиненная интересам крупных монополий, ограничивала деятельность национального капитала захваченных стран, тормозила раз­витие местного производства и торговли. Производство традиционных экспортных культур и товаров падало, резко снижался жизненный уро­вень населения, росла безработица. Жители ряда оккупированных стран голодали. В Индокитае, например, рис и кукуруза использовались окку­пантами для изготовления технического спирта, а до 30 процентов урожая риса вывозилось в Японию. Производство главного экспортного продук­та — сахара — на острове Ява во времена оккупации сократилось вдвое: с 1 326 тыс. тонн в 1942 г. до 680 тыс. тонн в 1943 г., а число сахарных заводов с 85 уменьшилось до 51. Эксплуатация населения Бирмы и хищ­ническое разграбление ее ресурсов позволяли Японии не только перело­жить на бирманцев расходы по содержанию в стране оккупационной армии, но и извлекать огромные прибыли. Нарушение морских коммуни­каций было губительным для населения Филиппин, так как в мирное вре­мя 80 процентов потребляемого им риса поступало из Таиланда и Француз­ского Индокитая.
 
Стремясь обеспечить благоприятные условия для ведения стратеги­ческой обороны в Южной и Юго-Восточной Азии и полную мобилизацию ресурсов в странах этого района, японские правящие круги взяли курс на создание военно-политического блока формально независимых, а практи­чески марионеточных режимов. Наиболее прочной политической опорой японских властей в оккупированных областях Китая, на Филиппинах и в Бирме являлись влиятельные компрадорско-помещичьи группировки. 21 января 1943 г. премьер-министр X. Тодзио заявил, что Филиппины, а 26 марта и Бирма станут независимыми государствами при условии со­трудничества с Японией и участия в «сфере сопроцветания». Несколько раньше, 9 января, была опубликована совместная «японо-китайская декла­рация» относительно «возвращения концессий и отмены экстерриториаль­ных прав». Одновременно японские власти развернули широкую дема­гогическую кампанию по пропаганде новых, «равноправных» отношений между странами «сферы сопроцветания».
 
Маневры японских оккупантов сопровождались усилением репрессий и «перестройкой» политической жизни. В декабре 1942 г. на Филиппинах были запрещены все политические партии и организации. Их сменило коллаборационистское «Калибапи» («Общество служения новым Филип­пинам»). В мае 1943 г. была сформирована военизированная организа­ция «Молодежное Калибапи». Опорой прояпонской администрации в Бирме призвана была стать националистическая политическая органи­зация «До Бама — Синьета Асиайоне», а в Малайе — «Малай Пембела Танах Айер Арми» («Мстители родины»).
 
В отличие от Филиппин и Бирмы в Индонезии японские оккупанты не имели крепкой опоры ни среди правых группировок, связанных с гол­ландскими колонизаторами, ни среди национальной буржуазии, которая находилась в решительной оппозиции к колонизаторам. Стремясь при­влечь на свою сторону некоторых видных национальных лидеров, японцы пошли на образование в начале 1943 г. так называемого Центра народных сил — «Пусат тенага ракьят» («Путера»), во главе с видными деятелями национально-освободительного движения А. Сукарно и М. Хатта. Окку­панты хотели использовать этот полуадминистративный орган как колла­борационистскую организацию, но для заигрывания с местной буржуа­зией и в пропагандистских целях пытались представить его в качестве своеобразного национального правительства.
 
Обстановка на захваченных Японией территориях в целом характери­зовалась ростом враждебности к оккупантам, вызванной их жестокой ко­лонизаторской политикой. В условиях нарастания антияпонских настрое­ний создавалась почва для сближения рабочих и крестьян со средними слоями города и частью национальной буржуазии, стремившейся к неза­висимости. Во многих странах складывались предпосылки для возникно­вения общенационального движения с целью не только изгнания оккупан­тов из страны, но и освобождения от колониальной зависимости.
 
В Малайе в национально-освободительное движение, основной силой которого являлся рабочий класс, удалось вовлечь крестьянство, ранее свя­занное религиозными и феодальными путами. Антияпонский союз наро­дов этой страны, насчитывавший несколько сот тысяч членов, объединил представителей всех национальностей и классов общества, включая нацио­нальную буржуазию. К нему примыкали крестьянские союзы, молодеж­ные и другие организации.
 
Население Кореи активно сопротивлялось политике японизации страны, бойкотировало мобилизацию в японскую армию и отряды трудо­вой повинности. В 1942 г. от призыва уклонилось 89 840, а в 1943 г.— 109 185 человек. Самое активное участие в срыве мероприятий японских оккупантов принимал рабочий класс. Под руководством коммунистов ор­ганизовывались акты саботажа на военных предприятиях. Металлурги города Чхончжин распространяли антияпонские листовки и прокламации. Во многих городах Кореи на заводах действовали подпольные антияпон­ские организации, происходили так называемые «рисовые волнения». Сопротивление крестьян выражалось в невыполнении военных обложений, срыве поставок риса. Патриоты устанавливали контакты с партизанскими отрядами, которые, действуя мелкими группами, наносили удары по ты­лам японских войск, сосредоточенных в Северной Корее и Северо-Восточ­ном Китае.
 
Национально-освободительное движение в Индонезии оставалось раз­дробленным. Оно еще не выходило за рамки пропаганды.
 
Социальный состав действовавших антияпонских организаций был пестрым. В них входили служащие, интеллигенция, мелкая и средняя национальная буржуазия, рабочие, крестьяне, а в некоторых, например, в «Геракан Индонесиа Мердека» («Гериндом»), принимали участие ком­мунисты. Участники движения вели пропаганду против оккупантов среди рабочих на транспорте и в промышленности, а также в созданных япон­цами молодежных военизированных организациях. Активность их росла по мере усиления ненависти народа к японскому империализму и появ­ления уверенности в неизбежном поражении Японии. Наиболее успешно действовала подпольная группа А. Шарифуддина в восточной части Цент­ральной Явы. В нее входили активные антифашисты различных полити­ческих взглядов. Значительную часть в ней составляли коммунисты.
 
Деятели национально-освободительного движения во главе с Сукарно использовали «Путеру» для распространения националистического влия­ния на массы и укрепления позиций индонезийской буржуазии. Впослед­ствии они намеревались добиться от японских оккупантов серьезных усту­пок, вплоть до предоставления Индонезии автономии или независимости. Эти деятели поддерживали контакты с правонационалистическим буржу­азным подпольем С. Шарира, действовавшим среди учащейся молодежи городов Центральной Явы. Слабость компартии Индонезии привела к тому, что руководство подпольным антияпонским движением оказалось в руках буржуазных и мелкобуржуазных деятелей.
 
Антияпонские настроения росли и в тех странах, где вначале часть населения возлагала иллюзорные надежды на содействие Японии освобо­дительному движению, — в Таиланде, Бирме. Буржуазно-помещичья вер­хушка Таиланда, выступавшего «союзником» Японии в войне, оказалась в одном лагере с фашизмом. Фактическая оккупация и жестокая эксплуа­тация местных жителей содействовали началу патриотического движе­ния «Свободное Таи», требовавшего изгнания из страны японских войск. В движении участвовали рабочие, широкие слои мелкой и средней буржу­азии, его поддерживали представители земельной аристократии. «Сво­бодное Таи», которое возглавили национально-буржуазные деятели, опи­ралось на вооруженные добровольческие отряды.
 
Антифашисты Бирмы под руководством коммунистической партии продолжали политическую и организаторскую работу в массах по подго­товке выступления против оккупантов, сочетая различные формы дея­тельности. Социальным ядром подпольного движения Сопротивления были промышленные рабочие и многочисленные сельские пролетарии. Революционно-демократические деятели (Аун Сан, Не Вин и другие) стремились расширить социальную и политическую базу антифашистской борьбы, создать ей массовую основу, наладить 1вотрудничество с нацио­нальными меньшинствами.
 
Особое место в деятельности как легального, так и подпольного кры­ла Сопротивления занимала работа в Армии обороны Бирмы (АОБ), в ко­торой приходилось преодолевать противодействие правых националистов, а также известное недоверие влившихся в нее бывших солдат Армии независимости Бирмы. Уже с 1942 г. деятели легального сопротивления рассматривали выступление армии как часть возможного общебирман­ского вооруженного восстания, план которого разрабатывался. В то же время коммунисты Бирмы устно и через печать пропагандировали в мас­сах идею вооруженной борьбы против оккупантов.
 
Подъем национально-освободительного движения выражался в раз­витии вооруженного сопротивления японским оккупантам, росте его мас­штабов и организованности.
 
В Индонезии вооруженные выступления против оккупантов (правда, стихийные и разрозненные) происходили на острове Ява, в районе Аче, на островах Суматра, Целебес и на Молуккских островах. Во многих случаях действия патриотов были вызваны жестокостями японской адми­нистрации. Более организованный характер антияпонская партизанская борьба носила на острове Тимор.
 
Антияпонская армия народов Малайи продолжала вооруженную борь­бу против оккупантов в джунглях Малаккского полуострова. К началу 1943 г. она превратилась в хорошо организованную силу, руководимую единым штабом, который направлялся ЦК Коммунистической партии Малайи. Как правило, в каждом штате действовал партизанский полк, состоявший из рот и взводов. Каждое подразделение возглавляли коман­дир, политический руководитель и работник, ведавший образованием. Отряды антияпонской армии, состоявшие в основном из молодых рабочих, нападали на японские подразделения и полицейские посты, наносили удары по вражеским коммуникациям.
Движение Сопротивления японским захватчикам ширилось и на Фи­липпинах. Народная антидпонская армия Хукбалахап (ее бойцов назы­вали «хуками») распространила свои действия на провинции Пампанга, Булакан, Тарлак, Нуэва Эсиха, Лагуна. К этому времени оформилась структура партизанской армии. Она состояла из 5 территориальных окру­гов, которым подчинялись 35 эскадронов (рот) численностью до 100 бойцов в каждом. Действиями армии руководил генеральный штаб. В командова­нии Хукбалахап ведущую роль играли видные деятели компартии, ру­ководители профсоюзного движения М. Бальгос и Л. Тарук, руководители крестьянских организаций М. дель Кастильо, К. Алехандрино и X. Фе-лео. В освобожденных районах Центрального Лусона была создана шко­ла по подготовке партизанских командиров. Подпольные боевые группы «хуков» действовали и в некоторых городах страны, в том числе в Маниле. К зиме 1942/43 г. действия Хукбалахап приобрели значительный размах. Ее командование придерживалось тактики «непрерывных атак»: партизаны совершали один за другим рейды и налеты на японские колон­ны. Нередко командиры не считались ни с усталостью «хуков», ни с соот­ношением сил на данном участке, что приводило к большим потерям партизан. В марте 1943 г. японское командование организовало вторую карательную экспедицию против сил Хукбалахап в центральной части острова Лусон. После тщательной подготовки 5 тыс. японских солдат и жандармов сумели окружить 5 марта в районе Кабияо более тысячи «ху­ков». В результате атаки японцев, поддержанной с воздуха бомбардиров­щиками, партизаны понесли тяжелые потери. В ходе десятидневной опе­рации карателям удалось вывести из строя 14 рот Хукбалахап — почти половину партизанской армии. В соответствии с решениями Политбюро Коммунистической партии Филиппин командование Хукбалахап изме­нило тактику борьбы. Уцелевшие роты отошли в хорошо укрытые горные и лесные базы, откуда небольшие подвижные группы по 4—5 бойцов со­вершали нападения на отдельные японские подразделения.
 
На юге Лусона и на других островах Филиппинского архипелага вели бои также буржуазно-националистические партизанские отряды, с которыми «хуки» увязывали свои действия.
 
Во Вьетнаме вооруженное Сопротивление продолжало успешно раз­виваться на территории основных опорных баз Вьет-миня. В канун 1943 г. был создан объединенный комитет Вьет-миня провинций Као-банг, Ланг-сон, Бак-кан. Вернувшийся в начале 1943 г. из Китая Отряд спасения родины повел работу среди населения на севере Вьетнама, организуя местные общества спасения родины. Постепенно освободительное движе­ние распространилось на некоторые провинции Центрального и Южного Вьетнама. Расширялась сеть базовых организаций для военного обучения масс и их политического образования, в частности для разъяснения не­обходимости восстания. Крестьян обучали тактике «выжженной земли», призывали запасаться оружием. Создавались ударные партизанские от­ряды и отряды самообороны.
 
Японское наступление, гоминьдановская блокада, определенная изо­ляция и угроза голода создали зимой 1942/43 г. крайне напряженную военно-политическую обстановку в партизанских районах Северного Ки­тая. Однако освобожденные и партизанские районы Северного и Цент­рального Китая сумели выстоять, хотя и понесли немалый урон.
 
Изменения обстановки в пользу антифашистской коалиции на совет­ско-германском фронте, в бассейне Средиземного моря и срыв замыслов Японии в районе Тихого океана оказали положительное влияние на мо­рально-боевой дух освободительных сил Китая, способствовали некоторой активизации их боевых действий: партизаны совершали вылазки, напада­ли на противника, блокировавшего партизанские районы и базы, в ряде случаев добивались временного успеха. Среди населения, армейского и партизанского руководства продолжали расти настроения в пользу более решительных действий. Однако маоистское руководство не стремилось использовать эти факторы в интересах усиления ударов по оккупан­там и их марионеткам. Наоборот, в январе 1943 г. оно даже приказывало «боевых действий против японских войск не вести и отходить во время наступательных операций с их стороны». Методами «чжэнфэна» маоисты запугивали несогласных с ними партийных и армейских руководителей.
 
Происходивший перелом в ходе второй мировой войны вынуждал некоторых империалистических держав — членов антифашистской коа­лиции прибегнуть к политике лавирования в отношении колоний и по­луколоний. Рузвельт отмечал необходимость пересмотра колониальной по­литики в послевоенном мире. По указанию президента Соединенных Шта­тов был подготовлен проект Международной комиссии по колониям для изучения на местах положения и его возможного улучшения. Политика США была рассчитана на то, чтобы облегчить проникновение американ­ского капитала в колонии европейских держав, а также завоевать симпа­тии колониальных народов. Рузвельт ясно сознавал, что западные союзники не смогут завоевать на свою сторону народы Азии и обеспечить их активное участие в борьбе с Японией, если они не подтвердят идеалы освободительной войны.
 
Правящие круги Голландии объявили также об уступках привилеги­рованной верхушке Индонезии. Выступая по лондонскому радио 6 декаб­ря 1942 г., королева Вильгельмина обещала после войны созвать импер­скую конференцию с участием делегатов от Нидерландов, Нидерландской Индии, Гвианы и Кюрасао для обсуждения предложений о будущей структуре королевства и взаимосвязи его частей. Расовая и национальная дискриминация подлежала ликвидации. Однако эти заявления носили декларативный характер и были рассчитаны на укрепление позиций и по­вышение авторитета Голландии в глазах индонезийского народа.
 
Только правительство Великобритании и в новых условиях продол­жало отстаивать неизменность колониальной политики. Британские коло­низаторы подавляли национально-освободительное движение в Индии, сумев добиться некоторого спада освободительной борьбы ее народа. Де­монстрации, локальные неорганизованные выступления, вызванные арес­том национальных лидеров, подавлялись суровыми репрессиями и массо­выми расстрелами. Всего с августа 1941 г. по декабрь 1942 г. было аресто­вано и задержано свыше 78 тыс. человек. Общее количество жертв в 1942 г., по официальным данным, составило 1028 убитых и 3200 ране­ных. В знак протеста против произвола английских властей видный деятель освободительного движения М. Ганди, пользовавшийся поддерж­кой населения, объявил в начале февраля 1943 г. голодовку. Несмотря на рост антибританских настроений, индийский народ продолжал напряжен­но трудиться, поддерживая военные усилия антифашистской коалиции. Ежемесячно в армию вступали 70 тыс. добровольцев.
 
Японские правящие круги пытались использовать события в Индии для усиления подрывной деятельности и привлечь к боевым действиям на своей стороне Индийскую национальную армию (ИНА). Однако ее офи­церы с недоверием относились к японским империалистам. В декабре 1942 г. командующий ИНА генерал М. Сингх сделал попытку распустить ее, считая неоправданными надежды получить из рук Японии независи­мость. Попытки японских руководителей и лидера коллаборационистов Р. Боса сформировать в феврале — марте 1943 г. новую Индийскую нацио­нальную армию встретили сопротивление офицеров и солдат.
 
В целом национально-освободительное движение народов Азии зи­мой 1942/43 г. переживало период перегруппировки сил. Под влиянием коренного перелома в ходе войны консолидировались очаги вооруженного сопротивления японским оккупантам, к освободительному движению при­мыкали все более широкие слои населения, что создавало предпосылки для формирования единого антифашистского фронта.
 

3. Национально-освободительная борьба 

народов Африки и Ближнего Востока

В результате разгрома немецко-фашистских войск на южном крыле советско-германского фронта и действий союзников в Северной Африке непосредственная угроза оккупации державами оси Ближнего и Среднего Востока была ликвидирована. Народы арабских стран внимательно сле­дили за ходом военных событий, «радуясь победам... славной Советской Армии, нанесшей под Сталинградом смертельный удар гитлеровской военной машине». Они все более убеждались в реакционной сущности фашизма и его враждебности к национально-освободительному движе­нию. Возросли авторитет и влияние в массах коммунистических партий, выступавших за союз со всеми силами, боровшимися против агрессоров. В ряде стран в борьбу за независимость включились представители моло­дой национальной буржуазии и правящей феодальной верхушки.
 
Героическая борьба советского народа, приковавшая к себе основные силы фашистского блока, создала благоприятные условия для высадки англо-американских войск в Северной Африке и победы под Эль-Аламей-ном. К зиме 1942/43 г. под контролем немецко-фашистских войск и пра­вителей Виши оставался только Тунис. Все это послужило резким толч­ком к развитию национально-освободительного движения на Ближнем и Среднем Востоке, а также в Африке.
 
Усиливалось проникновение английского и американского империа­лизма в эти районы. Правительство Великобритании сохраняло значи­тельные вооруженные силы на Ближнем и Среднем Востоке, который оно рассматривало как плацдарм для будущих действий на Балканах и в Юж­ной Европе. Английские войска, занимавшие территорию формально независимых государств, являлись орудием борьбы против расширения национально-освободительного движения. Характеризуя настроения араб­ских народов, английский историк М. Ситон-Уильямс писал: «Британ­ские войска, сосредоточенные в странах Среднего Востока, рассматрива­лись не как войска-освободители, а скорее, как оккупанты».
 
В бывших итальянских колониях (Ливия, Эритрея, Сомали) к нача­лу 1943 г. обосновалась британская колониальная администрация, опи­равшаяся на прежних итальянских чиновников и полицию. Правящие круги Великобритании наотрез отказались создать в Ливии временное арабское правительство. В связи с отстранением ливийцев от участия в управлении страной лидер ливийских повстанцев ас-Сенуси решил не возвращаться в страну и остаться в Каире.
 
Правительство США проводило двойственную политику. С одной сто­роны, оно не скупилось на обещания помощи арабским националистиче­ским деятелям в достижении независимости их стран, а с другой — не предпринимало для этого никаких практических шагов. Встреча Рузвель­та с марокканским султаном Мохаммедом V в Касабланке 22 января 1943 г., обставленная как встреча руководителей суверенных государств, способствовала упрочению надежд марокканских буржуазно-национали­стических деятелей на поддержку США в деле восстановления независи­мости. Одновременно усилилось американское проникновение на Сред­ний Восток, особенно в Иран. В Южный Иран было введено до 30 тыс. американских войск, в марте 1943 г. в страну прибыла военная миссия США. Американцы взяли в свои руки руководство жандармерией Ирана и его финансами5. В феврале правительство США распространило дейст­вие закона о ленд-лизе на Саудовскую Аравию как страну, имеющую важное значение для обороны Америки.
 
Руководящие круги Франции стремились сохранить господство в быв­шей колониальной империи. В Северной и Западной Французской Аф­рике имперский совет под председательством А. Жиро проводил сугубо реакционную политику и не шел ни на какие уступки коренному населе­нию. Продолжали действовать вишистские законы; демократы и комму­нисты оставались в тюрьмах. Только после соглашения в январе 1943 г. в Касабланке об объединении администрации Жиро с движением «Сра­жающаяся Франция» и ухода 17 марта в отставку крайне реакционных министров было отменено фашистское законодательство, распущены про­фашистские партии, началось массовое освобождение политзаключенных, число которых в Северной Африке к февралю 1943 г. достигало 15 тыс. человек. Однако эти меры не затрагивали системы колониального гос­подства. Генерал де Голль, выступив по радио в декабре 1942 г., заявил, что восстановление французского суверенитета на территории империи является одной из важнейших задач «Сражающейся Франции». Фран­цузская колониальная администрация была восстановлена во Француз­ском Сомали и на Мадагаскаре.
 
В Алжире и Марокко активизировали свою деятельность коммуни­стические партии, которые вместе с различными прогрессивными орга­низациями мобилизовали трудящихся на активную помощь военным усилиям союзных держав, в том числе на обеспечение бесперебойной переброски воинских частей и снаряжения союзников.
 
Лидеры алжирской национальной буржуазии решили использовать слабость колониальных властей и потребовать от них хотя бы умеренных реформ. 20 декабря 1942 г. французским властям и англо-американскому командованию было направлено «Послание мусульманских представите­лей», в котором буржуазно-националистические деятели выражали готов­ность всемерно (вплоть до участия в боевых действиях) поддержать союз­ные державы при условии немедленного определения будущего статуса коренного населения Алжира. 10 марта 1943 г. был опубликован «Мани­фест алжирского народа», который подписали 56 политических и общест­венных деятелей. В манифесте разоблачалось стремление французских колонизаторов сохранить бесправное положение коренного населения и выдвигалось требование немедленного и эффективного участия алжирцев в управлении страной.
 
В Ливане и Сирии крестьяне, рабочие, ремесленники, средние слои, патриотически настроенная часть помещиков и буржуазии развернули широкую борьбу за полную независимость. В начале 1943 г. волнения охватили всю Северную Сирию, перекинулись на крупные города. Освобо­дительная борьба заставила французскую администрацию передать реаль­ную власть правительствам Сирии и Ливана и назначить на лето 1943 г. парламентские выборы.
 
Стремясь отвлечь национально-освободительное движение арабских народов от борьбы за независимость и решение насущных социальных проблем, британское правительство заявило, что оно одобрительно относится к вопросу об объединении арабских стран. Однако проект создания так называемой «Великой Сирии», выдвинутый феодально-монархически­ми кругами Ирака и Трансиордании, вызвал решительный протест Сирии, Ливана, Египта и других арабских государств.
 
В Иране под влиянием поражения гитлеровских войск ослабли пози­ции фашистской агентуры. Отдельные разрозненные выступления кашкайских племен, спровоцированные этой агентурой весной 1943 г., уже не могли повлиять на общую обстановку в стране и нарастающее демократи­ческое движение народа. Для ханов южноиранских племен стала ясна бес­перспективность сотрудничества с фашистами. Разработанный план восста­ния племен в поддержку фашистских войск при их приближении к грани­цам Ирана остался нереализованным. Несмотря на репрессии со сто­роны правительства Кавама Эс-Салтане, демократические силы во главе с Народной партией Ирана активизировали борьбу против реакции. В стране возникали крестьянские и восстанавливались профессиональные союзы. Требования демократических реформ, ликвидации наследия преж­него реакционного режима, изгнания из государственного аппарата про­фашистских элементов встречали поддержку широких народных масс.
 
В Южно-Африканском Союзе влияние происходивших событий про­явилось в росте левых тенденций и усилении роли в национально-освобо­дительном движении Южно-Африканской коммунистической партии и прогрессивных организаций — Африканского и Индийского нацио­нальных конгрессов. Расширялись ряды прогрессивных профсоюзов, особенно африканцев-горнорабочих, большую активность проявляли пер­вые крестьянские союзы.
 
Для национально-освободительного движения в странах Африки и Ближнего Востока было характерно расширение его массовой базы, повышение роли демократического крыла, рост влияния компартий. Однако маневры колониальных властей противодействовали развитию борьбы за национальное освобождение; основное место в руководстве ею занимала национальная буржуазия, а иногда и феодально-племенная верхушка.
 

4. Антифашистская борьба народов Латинской Америки

Тяжелые поражения агрессоров в войне способствовали расширению антифашистского движения в странах Латинской Америки. «Сталинград навсегда останется родиной героизма и веры и новым успехом в марше объединенных стран за освобождение всего мира и уничтожение преступ­ного гитлеризма», —писала чилийская газета «Ультимас Нотисиас». Фактором, способствовавшим активизации действий латиноамериканских народов против держав оси и их агентуры, были также успехи сил анти­фашистской коалиции в борьбе против блока агрессоров на Тихом океане, в Атлантике и на Средиземноморье.
 
К 1943 г. подавляющее большинство стран Латинской Америки либо объявило войну державам оси, либо разорвало с ними дипломатиче­ские отношения. США удалось создать в Западном полушарии единый военно-стратегический комплекс с участием почти всех латиноамерикан­ских стран. Деятельность его осуществлялась под наблюдением созданно­го в 1942 г. Межамериканского совета обороны (МСО), в состав которого вошли военные представители всех стран — членов Панамериканского союза. Для осуществления контроля над мероприятиями по обороне За­падного полушария в 16 стран Латинской Америки были направлены во­енные, авиационные и военно-морские миссии США. Всего к началу де­кабря 1942 г. в этой части мира вне территории Соединенных Шта­тов находилось около 237 тыс. американских солдат. Важное значение имели поставки в США из стран Латинской Америки стратегического сырья (сурьмы, ртути, кварца, вольфрама, хрома). Воспользовавшись сло­жившимися во время войны условиями, американские монополии заметно усилили политическое и экономическое влияние в Западном полушарии.
 
Вместе с тем в странах Латинской Америки продолжали действовать фашистские элементы и агентура держав оси. В начале февраля 1943 г. был раскрыт профашистский заговор в Бразилии, главной целью которого было изменение политического режима страны в соответствии с интере­сами нацистских претендентов на мировое господство. Большую актив­ность проявляла «пятая колонна» в Мексике. Ее главная ударная сила — Союз синаркистов — стремилась сорвать введение в стране всеобщей воин­ской повинности. В нескольких штатах Мексики профашистские группы начали вооруженную борьбу против правительства А. Камачо с целью установления в Мексике «нового политического порядка». Бандиты под­жигали деревни, расстреливали антифашистов, рабочих и крестьянских активистов, разрушали телеграфную и телефонную связь.
 
Демократические силы Мексики выступали за увеличение вклада в усилия антифашистской коалиции, решительную борьбу против фаши­стских элементов и агентуры держав оси. Конфедерация трудящихся Мексики, Национальный комитет гражданской защиты и другие демокра­тические организации потребовали от правительства решительного по­давления попыток фашистского мятежа и запрещения Союза синаркистов, действия которого подтвердили его связь с державами оси. Против мятеж­ников были направлены правительственные войска.
 
Основным плацдармом «пятой колонны» была Аргентина — единст­венная страна Латинской Америки, сохранявшая выгодный державам оси нейтралитет. Продукты сельского хозяйства Аргентины (мясо, пшени­ца) через Испанию переправлялись в Германию и Италию. В Аргентине действовала самая мощная в Америке шпионская сеть фашистских дер­жав. «Ассоциация германских благотворительных и культурных обществ» прикрывала в стране филиал нацистской партии, запрещенной аргентин­ским правительством. Фашистские организации во главе с гауляйтерами строились по районам, зонам и областям, создавались специальные воени­зированные отряды по образцу СС и СА. Фашисты имели свою прессу, главную роль в которой играла газета «Эль Памперо», издававшаяся ти­ражом около 100 тыс. экземпляров.
 
Аргентинские антифашисты вели упорную борьбу против профаши­стского нейтралитета правительства Р. Кастильо. Состоявшийся в декаб­ре 1942 г. съезд Всеобщей конфедерации трудящихся Аргентины потре­бовал разрыва отношений со странами фашистского блока и установления дипломатических отношений с СССР. В декабре на стадионе Буэнос-Айре­са состоялся митинг солидарности с Объединенными нациями, на который собралось 30 тыс. человек. Стремясь к объединению всех сил, оппозицион­ных реакционному правительству Кастильо, радикальная, социалистиче­ская и коммунистическая партии образовали в феврале 1943 г. комиссию единства. Аргентинский народ все решительнее выступал против опас­ности фашизма, за демократизацию страны. Чтобы не допустить единства антифашистских сил, правительство Кастильо обрушило на антифа­шистов репрессии.
 
В Перу был создан Демократический антифашистский комитет, в ко­торый вошли видные представители рабочего движения, прогрессивной интеллигенции, депутаты конгресса, представители деловых кругов. В манифесте, опубликованном в январе 1943 г., комитет потребовал лик­видации «пятой колонны», укрепления сотрудничества Перу с Объединен­ными нациями, установления дипломатических отношений с Советским Союзом и немедленного открытия второго фронта в Европе.
 
В Бразилии в начале 1943 г. была создана Лига национальной защи­ты, провозгласившая своей главной задачей добиться немедленного вступ­ления страны в вооруженную борьбу против фашизма. Лига требовала демократизации политического режима в Бразилии и решительных мер против фашистской агентуры.
 
Подъем антифашистского движения в Латинской Америке вынужде­ны были учитывать правительства стран этого региона. 20 января 1943 г. президент Чили X. Риос подписал закон о разрыве отношений с Герма­нией, Италией и Японией. Через несколько дней антифашисты отметили эту победу демократии 100-тысячной демонстрацией в Сантьяго.
 
Развитие антифашистской борьбы способствовало нарастанию рабо­чего движения в странах Латинской Америки, выступавшего против се­вероамериканских монополий и латиноамериканской реакции. В конце 1942 г. объявили забастовку рабочие боливийских оловянных рудников в Катави. Они требовали увеличения заработной платы и отмены прину­дительных покупок в фабричных лавках. Правительство Э. Пеньяранда подавило забастовку, объявив ее нацистским выступлением. В начале 1943 г. резко увеличилось число стачек и других выступлений трудящихся в Мексике. В январе текстильщики, угрожая забастовкой, добились повышения зарплаты на 15 процентов, а горняки — на 10 процентов 3. Прогрессивные силы Латинской Америки выступали против засилья мо­нополий США, за союз демократических сил США и Латинской Америки в единой борьбе против фашизма и реакции.
 
Антифашисты Латинской Америки расширяли движение солидарно­сти со Страной Советов и помощи советскому народу. Комитет победы в Аргентине создал более 70 групп по пошиву одежды для советских людей и несколько сапожных мастерских, изготовивших более 55 тыс. пар сапог для воинов Советской Армии. Мексиканские крестьяне по грошу собирали средства для закупки медикаментов и перевязочных средств, и отправки раненым красноармейцам. Сбор средств и отправка в Советский Союз одежды, продовольствия, медикаментов проводились также в Чили, Уругвае, на Кубе и в других латиноамериканских странах.
 
Прогрессивная общественность Латинской Америки торжественно отметила 25-ю годовщину Советской Армии. Многолюдные собрания и митинги прошли в Мехико и Монтевидео, в Гаване и Сантьяго. В привет­ствии, принятом собранием демократических и антифашистских органи­заций Мексики, говорилось: «В день 25-летней годовщины Красной Ар­мии народы всего мира с восхищением и любовью наблюдают за героиз­мом первой в мире социалистической армии... Народы приветствуют в лице Красной Армии самого мощного и самоотверженного защитника, находящегося в авангарде всех армий, защищающих дело демокра­тии...». 23 февраля в Монтевидео состоялся грандиозный митинг, на котором выступил видный антифашист, один из руководителей движения солидарности с СССР генеральный секретарь Всеобщего союза трудящих­ся Уругвая Э. Родригес. Он выразил восхищение уругвайцев героизмом Советской Армии, защитников Москвы, Сталинграда и Ленинграда, всего советского народа, который дал пример народам всех стран, как нужно бороться с темными силами фашизма.
 
Выдающиеся победы Советской Армии произвели сильное впечатле­ние на государственных и военных деятелей Латинской Америки. Так, президент Коста-Рики К. Гуардия писал в приветствии по случаю 25-й годовщины Советской Армии: «Коста-Рика с огромной радостью отмеча­ет блестящие победы, одерживаемые русскими армиями на полях сраже­ний. Они окажут решающее влияние на конечную победу объединенных наций, борющихся за дело демократии».
 
Героическая борьба советского народа против фашизма поднимала международный авторитет СССР. В обстановке коренного перелома в вой­не, под давлением растущего народного движения солидарности со Стра­ной Советов правительства ряда государств Латинской Америки пошли на нормализацию и развитие с ней отношений. Правительство Уругвая через советского посла в США предложило правительству СССР восста­новить дипломатические и торговые отношения 3. Это предложение было принято. Договоренность Советского Союза и Уругвая была закреплена в нотах от 27 января 1943 г., что открывало путь к дальнейшему расши­рению связей между двумя странами. Правительство Колумбии в ноте Советскому правительству от 3 февраля 1943 г. выразило пожелание об­меняться полномочными дипломатическими представителями. Советский Союз с пониманием отнесся к этому, и обмен полномочными дипломати­ческими представителями между обеими странами был осуществлен.
 
Таким образом, народные массы Латинской Америки стремились рас­ширить антифашистское движение в своих странах и крепить солидарность с Советским Союзом.
 
* * *
Выдающиеся победы Советской Армии, вдохновляющий подвиг на­родов Советского Союза, а также успехи западных союзников зимой 1942/43 г. оказывали решающее влияние на дальнейшее развитие нацио­нально-освободительной антифашистской борьбы народов Европы, Азии, Африки и Латинской Америки.
 
Движение Сопротивления в Европе в конце 1942 — начале 1943 г. стало более организованным и активным. «Чем дольше длится фашист­ская оккупация европейских стран, тем сильнее развертывается сопро­тивление народов гитлеровской тирании, — отмечал журнал «Коммуни­стический Интернационал». — Сегодня уже нет в захваченной немцами Европе ни одной страны, где бы не шла вооруженная борьба с захватчи­ками». В трудных боях против оккупантов и их приспешников была создана Народно-освободительная армия Югославии, все более чувстви­тельные удары по ним наносили партизанские силы в Греции, Албании, Польше. Многочисленные боевые группы нападали на гитлеровцев и со­вершали диверсии во Франции, Бельгии, Дании.
 
Ведущей я наиболее организованной силой национально-освободи­тельной антифашистской борьбы был рабочий класс, возглавляемый марксистско-ленинскими партиями. Они добивались сплочения всех про­грессивных сил, разоблачали нерешительность и двойственность полити­ки руководства буржуазно-патриотического крыла Сопротивления, свя­зывали борьбу против фашистских оккупантов с демократическими пре­образованиями.
 
Вооруженное сопротивление патриотов сочеталось с массовыми ан­тифашистскими выступлениями. Более активное участие в освободитель­ной борьбе крестьянства, интеллигенции, части буржуазных организаций создавало в ряде стран возможности для объединения патриотических сил и нового подъема движения Сопротивления.
 
Процесс коренного перелома во второй мировой войне способствовал укреплению антифашистского движения в Азии, Африке и Латинской Америке. Демократические силы этих регионов, разоблачая демагогиче­ский характер пропаганды держав оси, добивались увеличения вклада народов своих стран в общие усилия антифашистской коалиции и эффек­тивной помощи СССР.
 
Дальнейшее развитие получило национально-освободительное дви­жение в государствах Азии. В конце 1942 — начале 1943 г. оно пережива­ло период перегруппировки сил, консолидации очагов вооруженной борь­бы против оккупантов, вовлечения в нее более широких слоев населения.
 
В антифашистское движение включались прогрессивные силы Афри­ки, Ближнего и Среднего Востока. Они вносили определенный вклад в ма­териальное обеспечение победы, противодействовали фашистской агенту­ре. Особенность национально-освободительного движения в этих районах земного шара состояла в том, что под влиянием освободительного харак­тера второй мировой войны со стороны СССР и его союзников росло нацио­нальное и политическое самосознание народов колоний и зависимых стран, все решительнее выступавших против позорной колониальной системы.
 
Национально-освободительное антифашистское движение народов Европы, Азии, Африки и Латинской Америки превращалось в важный фактор борьбы против сил агрессии и реакции.

история второй мировой войны, вторая мировая война, Коренной перелом в войне