Том 3. Глава 20. Развитие Вооруженных Сил СССР (сентябрь 1939 - июнь 1941 гг.)


51

1. Изучение опыта войны и развитие советской военно-теоретической мысли

Начавшаяся вторая мировая война вызвала необходимость углубленного изучения опыта боевых действий и дальнейшего развития советского военного искусства. Кампании в Польше и Западной Европе, финляндско-советский военный конфликт давали возможность проверить и уточнить разработанные военно-теоретической мыслью стратегические и оперативно-тактические принципы, оценить достоинства и недостатки военного искусства армий капиталистических держав. Это необходимо было сделать для того, чтобы внести обоснованные изменения в организацию, вооружение и боевую подготовку войск.
 
Генеральный штаб, научно-педагогические коллективы академий, органы военной печати, внимательно следя за развертыванием военных событий на Западе, стремились определить их характерные черты, сделать по ним первые выводы. Уже спустя два месяца после поражения Польши, в декабре 1939 г., журнал «Военная мысль» — орган Наркомата обороны СССР — опубликовал статью, обобщавшую опыт германо-польской войны. Статья отметила некоторые особенности боевых действий вермахта в Польше: массированное применение танков и авиации, нанесение глубоких рассекающих ударов, приводящих в итоге к окружению противника, высокие темпы наступления и другие. Вскоре статьи, содержавшие анализ опыта войны в Польше, появились в других военных изданиях — «Военно-историческом журнале», «Военном зарубежнике», газете «Красная звезда».
 
Военная печать быстро отозвалась и на кампанию в Бельгии, Голландии и Франции. Вскоре после ее окончания «Военно-исторический журнал» поместил статью известного военного исследователя М. П. Галактионова, в которой освещался опыт сражений во Франции. Статья привлекала внимание тем, что анализировала действия немецко-фашистских войск на направлении главного удара. Автор подводил читателя к выводу, что ключ к успеху операции «Рот» дал вермахту захват Амьена, которым завершилось рассечение сил противника.
 
В конце 1939 г. Военная академия имени М. В. Фрунзе выпустила первый сборник материалов, содержащих анализ германо-польской войны, а в 1940 г. — второй, посвященный военным действиям в Западной Европе. Они использовались как учебные пособия в органах военного управления, академиях и войсках.   Первые советские публикации о второй мировой войне обращали внимание прежде всего на то новое, что она давала для военного искусства: на способы ведения и формы боевых действий войск, боевое применение видов вооруженных сил, действия танков, авиации и т. п.
 
Существенный сдвиг в изучении опыта войны и развитии военно-теоретической мысли произошел после Пленума ЦК ВКП(б), состоявшегося в марте 1940 г. На Пленуме были всесторонне обсуждены итоги и уроки войны с Финляндией. Спустя некоторое время этот же вопрос был вынесен на рассмотрение расширенного заседания Главного Военного Совета, на которое были приглашены руководящий состав округов и армий, профессорско-преподавательский состав академий, работники центрального аппарата Наркомата обороны. На основе решений Пленума ЦК ВКП(б) участники заседания подвергли тщательному анализу опыт боев с белофиннами и операций вермахта в Польше. Главный Военный Совет поручил группе высших командиров подготовить материалы по узловым проблемам оперативного искусства и тактики, вытекавшим из практики боевых действий Советской Армии и из опыта польской кампании.
 
Крупной вехой в изучении опыта войны и развитии военного искусства явилось совещание высшего командного состава, которое было проведено по указанию ЦК ВКП(б) наркомом обороны Маршалом Советского Союза С. К. Тимошенко в конце декабря 1940 г. На совещании, созванном для обсуждения итогов боевой подготовки войск за 1940 г. и докладов по актуальным проблемам оперативного искусства и тактики, состоялся большой принципиальный разговор об основных направлениях развития советской военной теории и повышения боеспособности войск.
 
Итоги боевой учебы подвел начальник Генерального штаба генерал армии К. А. Мерецков. С докладом «Характер современной наступательной операции» выступил командующий войсками Киевского Особого военного округа генерал армии Г. К. Жуков, «Характер современной оборонительной операции» — командующий войсками Московского военного округа генерал армии И. В. Тюленев, «Использование механизированных соединений в современной наступательной операции и ввод механизированного корпуса в прорыв» — командующий войсками Западного Особого военного округа генерал-полковник танковых войск Д. Г. Павлов, «Военно-воздушные силы в наступательной операции и в борьбе за господство в воздухе» — начальник Главного управления ВВС Советской Армии генерал-лейтенант авиации П. В. Рычагов, «Бой стрелковой дивизии в наступлении и обороне» — инспектор пехоты генерал-лейтенант А. К. Смирнов. Совещание носило творческий характер, в выступлениях смело выдвигались новые теоретические положения, в основе которых лежал научный подход к осмысливанию боевого опыта Советской Армии и армий капиталистических держав.
 
В центре внимания участников совещания находились проблемы организации и ведения наступательной операции армией и фронтом. Освещая эти проблемы, генерал Г.К.Жуков подверг анализу опыт действий немецко-фашистских войск в Польше и Западной Европе, говорил о возможностях фронта, армии вести современную наступательную операцию, о ее размахе и темпах. В докладах генералов Д. Г. Павлова и П. В. Рычагова, в сущности дополнявших доклад генерала Г. К. Жукова, рассматривались крупные оперативно-тактические вопросы боевого применения танков и авиации в наступательной операции. Учитывая опыт начавшейся мировой войны, докладчики в решении этих вопросов исходили из идеи массированного использования новых средств вооруженной борьбы. П. В. Рычагов привлек внимание участников совещания к такой важной проблеме, как завоевание авиацией господства в воздухе, и изложил взгляды на методы его достижения в современной войне.  
 
Совещание занималось также рассмотрением проблем организации и ведения оборонительной операции. В своем докладе генерал И. В. Тюленев отметил слабую разработанность теории обороны на оперативном уровне (армия, фронт) и выдвинул предложения, которые послужили развитию этой теории. Он изложил требования, которым должна отвечать оборона армии и принципы ее построения, привел расчеты плотностей полевой и противотанковой артиллерии. Как указал в докладе генерал А. К. Смирнов, оборона стрелковой дивизии должна опираться на батальонные районы обороны, хорошо оборудованные в инженерном отношении.
 
В дискуссии на совещании приняли участие 60 человек. Все они в той или иной мере дополняли или уточняли выдвинутые в докладах положения.
 
Заключение по итогам совещания сделал Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко. Он одобрил основные идеи докладов, в некоторые положения внес уточнения. Они касались, в частности, роли фронтового объединения в решении задач стратегического масштаба.
 
Несколько позднее под руководством наркома обороны была проведена большая стратегическая игра, разбор которой состоялся в Кремле в присутствии И. В. Сталина и других членов Политбюро ЦК ВКП(б).
 
Совещания по изучению и обобщению опыта начавшейся мировой воины и боевых действий военно-морских сил проводились Народным комиссариатом Военно-Морского Флота. Первое такое совещание состоялось в октябре 1940 г. в Ленинграде. Оно было созвано Главным морским штабом и проходило под руководством заместителя наркома адмирала И. С. Исакова. На нем присутствовали ответственные работники наркомата и профессорско-преподавательский состав Военно-морской академии. Совещание сделало важные выводы из опыта боевого применения флота, которые были использованы для разработки директив и указаний наркома Военно-Морского Флота по боевой подготовке на 1941 г. Эти выводы позволили уточнить целый ряд положений временного Наставления по ведению морских операций, введенного в действие 26 ноября 1940 г.
 
В начале декабря в Москве под руководством народного комиссара Военно-Морского Флота адмирала Н. Г. Кузнецова состоялось второе совещание. Оно было более представительным, чем первое. На него были приглашены помимо ответственных работников наркомата и профессорско-преподавательского состава Военно-морской академии командующие флотами и флотилиями, члены военных советов, командиры ряда соединений. Совещание заслушало и обсудило доклад адмирала И. С. Исакова «О характере современной войны и операций на море».
 
В результате обмена мнениями было выработано единое понимание содержания и особенностей морских операций, проводящихся флотом самостоятельно или совместно с сухопутными силами. Самостоятельно Военно-Морской Флот мог вести операции по уничтожению сил флота противника в море, по нарушению его морских коммуникаций, защите своих морских сообщений, а также против баз и береговых объектов. Действуя совместно с сухопутными войсками, флот был способен обеспечивать поддержку приморского фланга армии, осуществлять десантные и противодесантные операции, вести борьбу с противником в шхерных районах. Кроме того, флот мог проводить минно-заградительные, тральные и разведывательные операции.
 
С заключительным докладом на совещании выступил нарком ВМФ. Подводя итоги обсуждения вопроса о характере современной войны и боевых  действий на море, он отметил, что «сложное комбинирование операций при очень тесном, умелом и сложном взаимодействии целого ряда сил и средств является системой в современных морских операциях». Нарком обобщил результаты боевой подготовки флотов за 1940 г. и определил задачи на 1941 г., указав на особую важность оперативно-тактической подготовки сил флота.
 
Совещания руководящего состава армии и флота явились школой формирования единого стратегического и оперативно-тактического мышления у руководящих военных кадров. В докладах и выступлениях участников совещаний, в стратегической игре нашли воплощение идеи, которые были характерны в то время для советского военного искусства. Они послужили основой для конкретизации мобилизационных и стратегических планов, уточнения уставных положений и содержания боевой подготовки войск.
 
Материалы совещаний наряду с публикациями, обобщавшими опыт начавшейся мировой войны и боевых действий Советской Армии, с достаточной полнотой отразили состояние советской военной теории. Не было ни одной крупной проблемы общей военной теории, стратегии и оперативного искусства, которая в то время не получила бы развития под воздействием обобщенного опыта военных действий.
 
Советская военно-теоретическая мысль продолжала придерживаться той точки зрения, что в будущем вооруженном столкновении СССР придется встретиться с коалицией империалистических государств, причем война примет бескомпромиссный классовый характер и в ней будут преследоваться самые решительные цели. Развивая это общепризнанное в 30-е годы положение, военная мысль дала ориентацию на два наиболее вероятных направления агрессии против СССР. Одно из них — главное — шло с запада, со стороны фашистской Германии, другое — с востока, со стороны империалистической Японии.
 
Первые операции мировой войны позволили уточнить содержание начального периода войны, его значение для хода и исхода вооруженной борьбы. Начальный период рассматривался как отрезок времени от начала военных действий до вступления в сражения основной массы вооруженных сил. Отмечалось, что агрессор будет стремиться нанести удар заранее отмобилизованными и уже развернутыми для наступления войсками. Мероприятия, составлявшие раньше основное содержание этого периода, например мобилизация, осуществлялись теперь в довоенное время. Это давало оперативно-стратегические преимущества нападающей стороне и резко повышало значение первых операций для хода вооруженной борьбы.
 
Однако советской военной теории не удалось создать последовательной концепции начального периода войны в том ее виде, который вытекал из опыта военных действий на западе. Она допускала, например, возможность проведения мобилизационного развертывания уже после начала войны, недостаточно конкретно занималась изучением таких вопросов, как ведение стратегической обороны, вывод войск из-под первого удара.
 
В канун Великой Отечественной войны перед советской военной теорией не стояло проблемы, какому способу ведения вооруженной борьбы отдать предпочтение: стратегическому наступлению или обороне. Взгляд на наступление как главный способ боевых действий, с помощью которого только и можно добиться победы в вооруженном столкновении, оставался незыблемым. Это положение получило подтверждение в первых операциях и кампаниях мировой войны, в период финляндско-советского военного конфликта.  
 
Своеобразие советской концепции наступления состояло в том, что она исходила из идеи ответного удара по противнику. Эта идея отвечала природе и сущности Советского социалистического государства, кровно заинтересованного в сохранении мира и не собиравшегося нападать на какое-либо государство.
 
При этом признавалась исключительная важность захвата и удержания стратегической инициативы с начала военных действий. Однако эту проблему до конца решить не удалось, так как ее требовалось согласовать с идеей ответного удара, которая исходила, в сущности, из того, что в начале войны необходимо прибегнуть к обороне.
 
Опыт начавшейся мировой войны позволил конкретизировать некоторые особенности стратегических наступательных действий, в частности было определено, что массированное применение танков и авиации усиливает динамику военных действий, увеличивает пространственный размах и темпы наступления. Военная теория уточнила роль фронта в наступлении. Было признано, что фронт стал «оперативно-стратегической организацией», то есть объединением, в функцию которого входят и планирование боевых усилий армий, и руководство ими в процессе операции. Советская военно-теоретическая мысль разрабатывала вопрос о координации усилий нескольких фронтов и военно-морского флота для достижения крупной стратегической цели. Учитывалось, что в вооруженном столкновении с сильным противником, каким была фашистская Германия, ответный удар потребует ряда операций, согласованных во времени и пространстве, проведенных по единому замыслу и под единым командованием.
 
Для эволюции взглядов на формы стратегических наступательных действий было характерно то, что предпочтение отдавалось мощному фронтальному удару на большую глубину, который должен был привести к рассечению стратегического фронта противника и созданию предпосылок для уничтожения его по частям. Признавалась важность и таких форм стратегических наступательных действий, как двусторонний охват с целью окружения противника, нанесение отсекающего флангового удара на приморских направлениях и другие.
 
Первые кампании второй мировой войны дали немало материала для размышлений над такими проблемами, как использование в стратегической операции сухопутных сил, воздушно-десантных войск, взаимодействие наземных сил с военно-морским флотом и т. п. Было ясно, что основная роль в достижении победы принадлежит сухопутным силам. Именно они принесли вермахту успех в Польше и Франции. Причем характер задач, решавшихся сухопутными войсками, был таким, каким его еще в 30-е годы видела советская военно-теоретическая мысль. В стратегическом наступлении они во взаимодействии с авиацией прорывали оборону противника, уничтожали его живую силу и боевую технику, овладевали важнейшими стратегическими объектами и рубежами, создавая условия для новых наступательных операций. В обороне сухопутные войска, как это было в Польше и Франции, принимали на себя основную тяжесть в отражении наступления ударных группировок противника и препятствовали развитию прорыва в глубину.
 
Советская военно-теоретическая мысль отметила, что принципиально новым в применении сухопутных сил явилось массирование подвижных войск на направлениях главных ударов и стремительное продвижение этих войск вперед. Было признано целесообразным создавать для ведения  наступления подвижные группы фронтов, армий (мехкорпуса, конно-механизированные армии), а в оборонительных операциях — группы подвижных войск для нанесения мощных контрударов. На декабрьском совещании 1940 г. в дискуссии по этому вопросу высказывалась мысль о создании ударных армий в составе нескольких механизированных корпусов.
 
Советская военная теория, удерживая за собой приоритет во взглядах на роль воздушно-десантных войск в современной войне, поставила вопрос об их массированном использовании в стратегической наступательной операции. Считалось, что наиболее подходящей организационной формой этого рода войск мог бы явиться воздушно-десантный корпус. Один или два таких корпуса могли придаваться фронту, наступавшему на главном направлении. Крупные воздушные десанты мыслилось выбрасывать в оперативной глубине, чтобы они, захватив важные объекты и рубежи, обеспечивали успешное наступление подвижных групп фронта, армий.
 
Изучение действий войск в германо-польской войне и кампании в Западной Европе позволило советской военной теории уточнить взгляды на боевое применение военно-воздушных сил. Обратила на себя внимание такая его особенность, как массирование сил на направлениях главных ударов. Большой интерес вызвало осуществление военно-воздушными силами самостоятельных операций.
 
Советская военно-теоретическая мысль находила, что авиация как вид вооруженных сил могла решать крупные оперативно-стратегические задачи: поддерживать (прикрывать) действия войск, бороться с оперативными резервами противника, обеспечивать выброску десантов; осуществлять подрыв экономической мощи противника, дезорганизацию его политического и военного управления, нарушать стратегические перегруппировки войск; совместно с войсками ПВО страны обеспечивать нормальную деятельность тыла.
 
Завоевание господства в воздухе и ранее считалось важнейшей задачей авиации. Теперь же было признано, что оно может потребовать проведения самостоятельных воздушных операций, целью которых станет уничтожение самолетов противника в местах базирования.
 
Хотя боевой опыт и теоретические исследования указывали на большую важность массированного применения авиации, ее реорганизация в крупные оперативные и оперативно-стратегические объединения не была осуществлена. Накануне войны лишь в Дальнебомбардировочной авиации, которая была средством Верховного Главнокомандования, имелись авиационные корпуса. Остальные ВВС состояли из дивизий и отдельных бригад окружного и армейского подчинения.
 
Интенсивно развивалась теория военно-морского искусства. Морские сражения начавшейся мировой войны давали возможность сопоставить ее с военно-морским искусством вступивших в войну государств. Советская военно-морская теория соответствовала концепциям оперативно-стратегического применения сил флота в войне, которые отражали характер и особенности войны на море.
 
На силы флота возлагалось проведение как самостоятельных, так и совместных с сухопутными войсками и авиацией операций. При проведении совместных операций с сухопутными войсками флоты и флотилии намечалось передавать в оперативное подчинение командующих фронтами и армиями. Советская военная мысль, исходя из конкретных условий действий флота, определила оптимальное сочетание родов сил флота с учетом тенденции к возрастанию роли подводных лодок.
 
Крупным достижением советской военно-морской мысли явилось обоснование стройной системы приведения сил флота в боевую готовность в случае возникновения опасности нападения на страну.  Война в Европе, особенно воздушная «битва за Англию», заставила во многом по-новому взглянуть на роль и значение войск ПВО страны. Опыт массированного применения бомбардировочной авиации воюющими сторонами позволил советской военной теории сделать важный вывод о создании зон противовоздушной обороны на всю глубину возможного радиуса действий бомбардировщиков противника. Эти зоны должны были объединять в себе соединения и части войск ПВО страны, имея главной задачей прикрыть важнейшие оперативно-стратегические направления, крупные политические и промышленные центры, железнодорожные узлы, войска, штабы и базы снабжения. Была выдвинута и обоснована идея пунктового прикрытия объектов артиллерией и авиацией, которая легла в основу организации ПВО страны.
 
Наряду со стратегией развивалась теория оперативного искусства. Принятые на вооружение советской стратегией принципы, в частности принципы преимущества наступления перед обороной, массирования сил и средств на главных направлениях, взаимодействия видов вооруженных сил и другие, пронизывали собой и оперативное искусство. Оно развивалось по пути, проложенному еще в 30-е годы теорией глубокой операции.
 
Проанализировав действия групп армий и фронтов, военная теория пришла к выводу, что оперативные возможности войск наиболее полно могут быть реализованы во фронтовой наступательной операции. Фронт, как высшее оперативное объединение, мог обеспечить наиболее эффективное использование различных родов войск, особенно танковых и механизированных, авиации, десантных войск, а также взаимодействие их с флотом. Основным способом действий признавался фронтальный удар. Весьма важным оперативная мысль считала нанесение фланговых ударов с целью охвата и окружения войск противника.
 
Согласно оперативным взглядам размах фронтовой наступательной операции мог достигать по глубине до 250 км, ширине — до 300 км, по темпам — 10 — 15 км для стрелковых соединений, а для подвижных — 40 — 50 км в сутки. Продолжительность операции равнялась 15 — 20 суткам. Фронт, как предполагалось, должен иметь в своем составе 4 — 6 общевойсковых армий, в том числе 3 — 4 ударные, 8 — 10 танковых и моторизованных дивизий, 15 — 30 авиационных дивизий и другие средства усиления.
 
Теория оперативного искусства уточнила роль армейской наступательной операции. Общевойсковые армии по своему назначению подразделялись на ударные и сковывающие. Ударная армия могла иметь 14 — 18 стрелковых дивизий, один механизированный или кавалерийский корпус, 10 — 12 артиллерийских полков резерва Главного Командования (РГК) и 2 — 3 авиадивизии. Предполагалось, что глубина армейской операции составит 75 — 100 км, а ширина полосы наступления — 50 — 80 км. Рекомендовалось иметь на 1 км фронта до 40 танков поддержки пехоты и 50 — 100 орудий и минометов.
 
Армейскую наступательную операцию намечалось проводить в три этапа. Первый этап составлял прорыв тактической зоны обороны противника; второй — ввод в прорыв подвижной группы армии, выброску воздушных десантов и развитие успеха в оперативной глубине; третий — овладение рубежом для последующего наступления. Наступление мыслилось как мощный удар и быстрое продвижение вперед всех родов войск, действия которых согласованы по времени и рубежам. Войска ориентировались на достижение решительной победы. Однако принятая схема действий армии упускала из виду переход войск в наступление после продолжительной обороны из положения непосредственного соприкосновения с противником.  Это упущение не было случайным. Оно вытекало из недооценки трудностей переключения основных усилий войск на ведение оборонительных действий. Из поля зрения органов военного руководства фактически выпадало рассмотрение стратегической обороны, так как будущие действия Советской Армии и Военно-Морского Флота представлялись почти исключительно как наступательные. Как говорил на декабрьском совещании 1940 г. генерал И. В. Тюленев, советское военное искусство в то время не располагало обоснованной теорией обороны, которую можно было бы поставить в один ряд с теорией и практикой глубокой армейской наступательной операции. Проблема оборонительных действий войск на начальном этапе войны рассматривалась лишь для части стратегического фронта и под углом зрения задач, стоявших перед армиями прикрытия.
 
Переход армии к обороне допускался в трех случаях: на второстепенном направлении, когда требовалась экономия сил для подготовки наступления на главном направлении; на главном направлении, если оказывалось, что противник обладает превосходством в силах и средствах, а обороняющимся нужно выиграть время для изменения соотношения сил; в том случае, когда представлялась возможность перед переходом в наступление ослабить силы противника. Таким образом, проведение армией оборонительной операции рассматривалось лишь с точки зрения обеспечения операции наступательной.
 
Построение армейской обороны вытекало из требований, что она должна сдержать наступление крупных сил противника, быть противотанковой, противоартиллерийской, противовоздушной, противодесантной и обладать большой активностью. Армия могла обороняться в полосе 80 — 100 км и иметь три зоны обороны: передовую оперативную зону заграждений глубиной 25 — 50 км, тактическую оборонительную зону — 20 — 30 км, оперативную оборонительную зону — 20 — 30 км. Тактическая зона обороны считалась главной. В ней сосредоточивались основные силы и средства обороны. Предполагалось, что в этой зоне наступление противника будет сломлено. Оперативная зона включала зону маневра армейских резервов и тыловой армейский рубеж. Она предназначалась для борьбы с крупными подвижными силами, прорвавшимися через тактическую зону. Оперативная зона имела оборудованные в инженерном отношении противотанковые районы, заграждения и отсечные позиции.
 
Боевой состав армии в обороне на важном операционном направлении мог достигать 12 — 15 стрелковых, 1 — 2 танковых, 1 авиационной дивизий, 4 — 5 артиллерийских полков РГК и других средств усиления. Армия строила оборону, располагаясь, как правило, в один эшелон с выделением в резерв 1 — 2 дивизий, в том числе танковой.
 
Армейская оборонительная операция представлялась как искусно организованные боевые действия войск сначала в передовой оперативной зоне и, если врагу удастся ее преодолеть, то в главной — тактической зоне обороны. Затем ослабленный враг попадал под мощный фланговый контрудар сил армии и фронта, который сокрушал противника.
 
Таким образом, советская военно-теоретическая мысль, активно отозвавшись на события начавшейся мировой войны, за короткие сроки сумела с достаточной полнотой определить характерные особенности развертывавшихся военных действий. Были конкретизированы и получили развитие важнейшие положения военного искусства. Хотя советская военная теория оказалась несвободной от целого ряда недостатков, ее выводы и обобщения во многом обогатили практику строительства вооруженных сил. Специфической особенностью развития советской военной теории являлось то, что почти одновременно с обобщением опыта мировой войны шло внедрение в жизнь научных рекомендаций. Разрабатывался новый Полевой устав, проект которого вышел в июне 1941 г., вносились  изменения в боевые уставы родов войск. Нападение фашистской Германии произошло в тот момент, когда внедрение в практику новых военно-теоретических положений началось во всех штабах и соединениях.
 

2. Организационное укрепление и техническое 

оснащение Советских Вооруженных Сил

Опасность быть втянутым в мировую войну, возраставшая по мере расширения фашистской агрессии в Европе и усиления военных приготовлений милитаристской Японии в Маньчжурии, потребовала от Советского государства осуществления крупных мероприятий по повышению обороноспособности страны и боеготовности армии и флота.
 
1 сентября 1939 г. Верховный Совет СССР принял Закон о всеобщей воинской обязанности, который закрепил переход армии и флота на кадровый принцип комплектования и организации. Закон установил новые сроки службы для рядового и младшего начальствующего состава: в сухопутных войсках и авиации — до трех лет, на флоте — до пяти лет. Призывной возраст по новому закону понижался с 21 года до 19 лет, а для окончивших полную среднюю школу — до 18 лет.
 
Введение всеобщей воинской обязанности имело важное значение для укрепления оборонной мощи Советского Союза. Оно позволило значительно увеличить численность Вооруженных Сил, повысить уровень обучения войск, готовить многочисленные людские резервы.
 
Одновременно с осмысливанием уроков первых кампаний войны в Европе, а также опыта боевых действий Советской Армии органы военного управления разрабатывали предложения по реорганизации Вооруженных Сил и повышению их боевой готовности. В Наркомате обороны были созданы комиссии по военно-воздушным силам, автобронетанковым войскам, партийно-политической работе, штатно-организационной структуре войск, военному снабжению, командным кадрам, боевой подготовке и другие. Они выработали рекомендации, на основе которых ЦК ВКП(б) и Советское правительство приняли важные решения об улучшении руководства Вооруженными Силами, их техническом оснащении, обучении и воспитании.
 
Были произведены изменения в руководстве Советской Армией. 8 мая 1940 г. Президиум Верховного Совета СССР назначил народным комиссаром обороны Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко. Бывший нарком обороны Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов возглавил Комитет Обороны при СНК СССР.
 
Маршал С. К. Тимошенко, незадолго перед этим успешно руководивший боевыми действиями советских войск в вооруженном конфликте с Финляндией, приобрел богатый боевой опыт. Он приступил к выполнению своих обязанностей, получив задачу устранить недостатки в организации и подготовке войск, выявленные в ходе боевых действий Советской Армии.
 
Перестройка органов военного управления проходила под непосредственным руководством ЦК ВКП(б). В середине 1940 г. партийно-правительственная комиссия, изучив работу руководящих органов армии, указала на пути ее совершенствования. Было установлено, в частности, что Положение о Народном комиссариате обороны, утвержденное правительством в 1934 г., устарело, не соответствует структуре армии и не отражает современных задач. Во второй половине 1940 г. штатная организация Народного комиссариата обороны подверглась изменениям, обеспечивавшим  превращение его в более гибкий орган управления Советской Армией.
 
Структура Генерального штаба была приведена в соответствие с его возросшей ролью в разработке планов обороны, организации и вооружении войск, руководстве боевой подготовкой и обобщением опыта войны. Основные отделы Генерального штаба были реорганизованы в управления. В январе 1941 г. он состоял из восьми управлений (оперативного, разведывательного, организационного, мобилизационного, военных сообщений, устройства тыла и снабжения, укомплектования войск и военно-топографического) и четырех отделов (укрепленных районов, военно-исторического, кадров и общего). В центральном аппарате Народного комиссариата обороны наряду с Генеральным штабом имелись главные управления, управления, различные инспекции, отдел материальных фондов и бюро изобретений.
 
В начале 1941 г. были утверждены положения о главных и центральных управлениях Наркомата обороны. На начальников управлений возлагалась ответственность за боевую и мобилизационную подготовку определенного рода войск, своевременное его материальное обеспечение, совершенствование вооружения и техники и использование кадров. Для проверки боевой учебы войск создавались инспекции.
 
К началу войны Советская Армия имела 1 фронтовое, 16 окружных и 20 армейских управлений. С объявлением мобилизации предусматривалось на базе приграничных округов развернуть фронты, а на базе внутренних округов — резервные армии. Каждый приграничный округ включал 2 — 4 армии, отдельные механизированные и стрелковые корпуса, военно-воздушные силы, несколько полков артиллерии РГК, части специальных войск, тыловые части и учреждения.
 
Каждое армейское управление было рассчитано на руководство 2 — 3 стрелковыми корпусами. В случае войны в состав некоторых армий намечалось включить по одному механизированному корпусу и одной смешанной авиационной дивизии.
 
Реорганизацию претерпел и Военно-Морской Флот. Были укреплены управления и отделы Главного морского штаба. Флоты пополнялись новыми соединениями и кораблями, на Балтике строились новые базы. В 1940 г. были сформированы Дунайская и Пинская речные военные флотилии.
 
Одновременно с реорганизацией армии и флота проходило организационное укрепление и техническое переоснащение пограничных войск и войск НКВД, которым отводилась важная роль в обороне Советского государства.
 
Развертывание армии и флота потребовало увеличения численности командного, политического и инженерно-технического состава. Создавались новые и расширялись существовавшие военно-учебные заведения. Быстро росло число военных училищ. Только в 1940 г. было сформировано 42 училища. Всего к началу войны работало 19 академий, 10 военных факультетов при гражданских высших учебных заведениях, 7 высших военно-морских училищ, 203 военных училища и 68 курсов усовершенствования. В 1941 г. в военно-учебных заведениях и на курсах обучалось свыше 300 тыс. слушателей и курсантов. В первой половине 1941 г. было направлено в войска из училищ и академий почти 70 тыс. выпускников. Значительно расширилась сеть военно-политических училищ. К началу 1941 г. их стало 26. Однако командного состава накануне войны недоставало, так как шло быстрое увеличение численности Вооруженных Сил.  
 
Реорганизация армии и флота, в частности переход войск на новые штаты, вызвала большую перестановку кадров. Многие командиры среднего и старшего звеньев были повышены в должности или переведены на службу в технические рода войск. К началу войны они не успели приобрести опыта работы в новых должностях. Должности же командующих округами и армиями на 100 процентов были укомплектованы генералами, имевшими боевой опыт, 70 процентов из них закончили высшие военно-учебные заведения.
 
В августе 1940 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР в Вооруженных Силах было установлено единоначалие, упразднен институт военных комиссаров и введен институт заместителей командиров и начальников по политической части. Командир-единоначальник нес полную ответственность за обучение, материально-техническое обеспечение войск, воспитание личного состава.
 
Введение единоначалия укрепляло авторитет командира и улучшало условия для повышения боевой готовности войск. В мае 1940 г. были остановлены генеральские и адмиральские звания для высшего командного состава армии и флота, в ноябре 1940 г. — новые звания для рядового и младшего начальствующего состава.
 
Сложной задачей военного строительства являлось обеспечение оптимального соотношения между видами вооруженных сил. С одной стороны, требовалось продолжить усиленное развитие таких технически емких видов вооруженных сил, как авиация, войска противовоздушной обороны военно-морской флот. А с другой — необходимо было учитывать, что вероятные противники — Германия и Япония — имеют большие сухопутные армии и военные действия развернутся прежде всего на сухопутных фронтах. Был взят курс на то, чтобы при общем увеличении численности вооруженных сил еще быстрее возрастал удельный вес сухопутных войск. К началу Великой Отечественной войны он достиг четырех пятых общей численности армии и флота.
 
Таблица 29. Соотношение Вооруженных Сил СССР по численности личного состава (в процентах)
Виды вооруженных силСентябрь 1939 г.Май 1940 г.Июнь 1941 г.
Сухопутные войска74,584,279,3
Военно-Воздушные силы10,95,811,5
Военно-Морской Флот10,77,55,8
Войска ПВО страны3,92,53,4
 
Приведенные в таблице данные свидетельствуют, что Советские Вооруженные Силы строились с учетом ведения континентальной войны.
 
С начала мировой войны шел быстрый рост числа стрелковых соединений. Если к 1 сентября 1939 г. имелось 25 управлений стрелковых корпусов, 96 стрелковых и 1 мотострелковая дивизии, то к началу Великой Отечественной войны насчитывалось 62 управления стрелковых корпусов 198 стрелковых дивизий (из них 19 горнострелковых, 2 мотострелковые) 3 стрелковые бригады.
 
Важное значение было придано совершенствованию штатной организации стрелковых соединений. С сентября 1939 г. по апрель 1941 г. типовой штат стрелковой дивизии военного времени менялся трижды. Так, если по штату 1939 г. дивизия должна была иметь 18 000 человек,  то по штату, введенному в апреле 1941 г., — 14 483 человека, то есть личный состав дивизии сократился. В то же время ее огневые возможности возросли. Дивизия, укомплектованная по новому штату, могла произвести на 96,5 тыс. ружейно-пулеметных выстрелов в минуту больше, чем дивизия штата 1939 г. Вооружение стрелковых войск отвечало задачам, которые могли возникнуть перед ними в бою.
 
Таблица 30. Тактико-технические данные стрелкового вооружения Советской Армии к началу Великой Отечественной войны
Наименование образца
 
Вес, кг
 
Начальная скорость, м/секЕмкость магазина (ленты), патр./шт.Прицельная дальность, мПрактическая скорострельность, выстр./мин
7,62-мм винтовка обр. 1891/30 г.3,958655200010 — 12
7,62-мм карабин обр. 1938 г. 3,55 820 1000 10 — 12
7,62-мм винтовка СВТ-403,883010150020 — 25
7,62-мм пистолет-пулемет ППД-403,6550071200100 — 120
7,62-мм пистолет-пулемет ППШ-413,6550071200100 — 120
7,62-мм ручной пулемет ДП 8,9 63,6 840 47 1500 80 
7,62-мм станковый пулемет «максим» обр. 1910 г. 8002502700250 — 300
12, 7 -мм пулемет ДШК обр. 1938 г.17086550350080
 
По штату 1941 г. стрелковая дивизия состояла из трех стрелковых и двух артиллерийских полков, противотанкового и зенитно-артиллерийского дивизионов, саперного батальона, батальона связи, подразделений обеспечения и обслуживания. В ней числилось 558 пулеметов и 1204 пистолета-пулемета, 210 орудий и минометов (без 50-мм), 16 легких танков, 13 бронемашин, 558 автомашин и 3039 лошадей.
 
При полном укомплектовании людьми и штатным вооружением стрелковая дивизия Советской Армии по своим боевым возможностям не уступала пехотной дивизии вермахта. Но в отличие от немецко-фашистских дивизий, которые уже вели боевые действия и содержались по полным штатам, советские соединения лишь постепенно переводились на новые штаты. На 1 июня 1941 г. средняя укомплектованность стрелковых дивизий приграничных округов составила: Ленинградского — 11 985 человек, Прибалтийского Особого — 8712, Западного Особого — 9327, Киевского Особого — 8792 и Одесского — 8400 человек.
 
Потребность сухопутных войск в орудиях (за исключением зенитных), минометах, винтовках и пулеметах обеспечивалась почти полностью. Поступление в войска винтовок и карабинов с 1939 г. по июнь 1941 г. возросло на 70 процентов, ручных пулеметов — на 44, станковых — на 29. Но по насыщенности войск таким автоматическим оружием, как пистолеты-пулеметы, Советская Армия значительно уступала вермахту. Промышленность только начала их поставлять. Транспортными средствами (автомобилями и тракторами) дивизии были обеспечены примерно наполовину штатной потребности.
 
Особое внимание уделялось развитию бронетанковых и механизированных войск. Только с января 1940 г. по июнь 1941 г. штатная численность личного состава этих войск возросла в 7,4 раза.  Вместо танковых и броневых бригад, которые в 1939 г. были основными соединениями бронетанковых войск, с 1940 г. началось формирование танковых и моторизованных дивизий, как правило входивших в состав вновь создаваемых механизированных корпусов (несколько отдельных танковых дивизий дислоцировалось на Дальнем Востоке).
 
Механизированный корпус состоял из двух танковых и одной моторизованной дивизии, мотоциклетного полка, специальных частей и подразделений. По штату военного времени корпусу полагалось иметь свыше 36 080 человек, 1031 танк, 358 орудий и минометов, 268 бронемашин. В 1940 г. было создано 9 механизированных корпусов. В феврале — марте 1941 г. началось формирование еще 20 механизированных корпусов.
 
Штатные расписания предусматривали включение танковых частей в кавалерийские дивизии (полк легких танков) и воздушно-десантные корпуса (отдельный танковый батальон легких танков).
 
Следовательно, в строительстве Советской Армии был взят курс на насыщение войск бронетанковой техникой, отвечавший общим тенденциям развития военного дела.
 
Однако развертывание в короткий срок большого количества бронетанковых войск не соответствовало поступлению в армию боевых и транспортных машин, ремонтных средств. Армии не хватало технических и командных кадров. Подавляющая часть личного состава, прибыв в войска в конце 1940 г. и первой половине 1941 г., не смогла получить необходимой специальной подготовки.
 
Таблица 31. Основные тактико-технические данные танков Советской Армии к началу Великой Отечественной войны
Марка танкаГод поступления на вооружениеВес, тЭкипаж, человекВооружение
 
Толщина брони, ммМощность двигателя, л.с.Максимальная скорость, км/часЗапас хода по шоссе, км
Пушки (количество, калибр, мм)Пулеметы (количество, калибр, мм)Пулеметы зенитные (количество, калибр, мм)Корпус, лоб, бортбашня
Легкие танки
Т-26
 
 
1937
 
 
10,5
 
 
3
 
 
1 — 45
 
 
2 — 7,62
 
 
1 — 7,62
 
 
15 — 15
 
 
15
 
 
90
 
 
30
 
 
200
 
 
БТ-7м
 
 
1939
 
 
14,6
 
 
3
 
 
1 — 45
 
 
2 — 7,62
 
 
1 — 7,62
 
 
20 — 13
 
 
15
 
 
400
 
 
60/86
 
 
600 — 700
 
 
БТ-7
 
 
1935
 
 
13,8
 
 
3
 
 
1 — 45
 
 
1 — 7,62
 
 
 — 
 
 
20 — 13
 
 
15
 
 
400
 
 
55/73
 
 
375 — 500
 
 
Средние танки
Т-34
 
 
1940
 
 
26,5
 
 
4
 
 
1 — 76
 
 
2 — 7,62
 
 
 — 
 
 
45 — 45
 
 
45
 
 
500
 
 
51
 
 
370
 
 
Тяжелые танки
КВ-1
 
 
1941
 
 
47,5
 
 
5
 
 
1 — 76
 
 
2 — 7,62
 
 
1 — 7,62
 
 
100 — 75
 
 
95
 
 
600
 
 
35
 
 
250
 
 
 Числитель означает скорость движения на гусеницах, знаменатель — на колесах.
 
Примечание. Наряду с указанными в таблице на вооружении Советской Армии находились машины, уже снятые с производства. К ним относятся танки Т-35, БТ-5, Т-37, Т-38.  Армия испытывала большие трудности с укомплектованием быстро развертываемых частей танками и бронемашинами.
 
К середине июня 1941 г. войскам недоставало значительного количества этих видов боевой техники. Танковые и механизированные соединения оказались не полностью укомплектованными по штату военного времени.
 
Накануне нападения фашистской Германии на СССР Советская Армия имела в строю танки разных типов, из них 1861 танк Т-34 и КВ. Основную массу машин составляли легкие танки устаревших конструкций, со слабой броней, которые подлежали замене по мере поступления новых машин (таблица 31). Более 60 процентов танков находилось в войсках западных приграничных округов.
 
Мощную огневую силу представляла советская артиллерия. Накануне Великой Отечественной войны Советская Армия имела 67 335 орудий и минометов (без 50-мм минометов, которых насчитывалось 24 158).
 
По боевым качествам советская полевая артиллерия превосходила немецкую, но была слабо обеспечена механизированной тягой, Потребность в специальных артиллерийских тягачах удовлетворялась на 20,5 процента. В качестве тягачей использовались сельскохозяйственные тракторы, но и их не хватало. В артиллерийских частях и подразделениях стрелковых войск до половины орудий оставалось на конной тяге. Это значительно снижало маневренные возможности артиллерии.
 
Артиллерия делилась на войсковую и резерва Главного Командования (РГК). Основной организационной единицей в артиллерии был полк. Полки, как правило, состояли из 3 — 4 огневых дивизионов. В стрелковой дивизии по штату предусматривалось иметь два артиллерийских полка (пушечный и гаубичный). В корпусную артиллерию входили смешанные полки 122-мм пушек и 152-мм гаубиц-пушек с подразделениями артиллерийской инструментальной разведки (АИР). В большинстве соединений приграничных округов войсковая артиллерия была укомплектована орудиями до штатной численности.
 
Артиллерия РГК насчитывала 74 артиллерийских полка (60 гаубичных и 14 пушечных), включая части большой и особой мощности. Это составляло 8 процентов всей артиллерии.
 
Войскам недоставало зенитной артиллерии. В стрелковых дивизиях и корпусах для противовоздушной обороны штатами предусматривались зенитные дивизионы, на вооружение которых должны были поступить 37-мм пушки. Однако к началу 1941 г. орудий этого калибра насчитывалось всего 1382, в то время как по штату требовалось более 4,9 тыс.. Многие стрелковые, танковые и моторизованные дивизии оказались без зенитных орудий, то есть без основных средств прикрытия боевых порядков от воздушного нападения.
 
Быстро развивалась противотанковая артиллерия. Наряду с введением в штаты стрелковых полков и дивизий подразделений малокалиберных орудий ПТО в апреле 1941 г. началось формирование 10 противотанковых артиллерийских бригад РГК, получавших на вооружение орудия среднего калибра. Бригада состояла из двух полков по шести дивизионов в каждом. Она имела 48 76-мм противотанковых пушек, 24 107-мм пушки, 24 85-мм зенитные пушки, используемые как противотанковые, и 16 37-мм зенитных орудий. Однако формирование бригад к началу войны не было завершено.  
 
Таблица 32. Тактико-технические характеристики основных артиллерийских и минометных систем Советской Армии к началу Великой Отечественной войны
Наименование и калибр орудияВес снаряда, кг
 
 
Начальная скорость, м/сек
 
 
Дальность стрельбы, км
 
 
Скорострельность, выстр./мин
 
 
Вес системы в боевом положении, кг
45-мм противотанковая пушка обр. 1937 г. 147604,620560
76-мм полковая пушка обр. 1927 г. 6,23878,510 — 121620
76-мм дивизионная пушка обр. 1939 г. 6,268013,315 — 201480
122-мм гаубица обр. 1938 г. 21,7515 11,8 5 — 6 2500
122-мм пушка обр. 1931/37 г. 2580019,75 — 67120
152-мм гаубица-пушка обр. 1937 г. 43,565517,23-47129
152-мм гаубица обр. 1938 г.40 508 12,3 3 — 4 4150 
203-мм гаубица обр. 1931 г. 100 607 18,0 0,5 — 117700 
280-мм мортира обр. 1939 г. 286356 14,4 0,5 17600
305-мм гаубица обр. 1939 г. 46541010,40,545700
25-мм зенитная пушка обр. 1940 г.0,289102,4/2,02501060
37-мм зенитная пушка обр. 1939 г. 0,778804 0/3 01802100
76-мм зенитная пушка обр. 1938 г. 6,681314,6/9,5204300
85-мм зенитная пушка обр. 1939 г. 9,280015,5/10,515 — 204300
82-мм миномет обр. 1937 г. 3,4 2113,125 61
120-мм миномет обр. 1938 г.162725,712 — 15280
Знаменатель — досягаемость по вертикали.
 
Перед войной происходило сокращение кавалерии. Личный состав и боевая техника многих кавалерийских дивизий поступали на формирование механизированных корпусов. К началу Великой Отечественной войны в армии оставалось четыре управления кавалерийских корпусов, девять кавалерийских и четыре горно-кавалерийские дивизии.
 
Реорганизации подверглись воздушно-десантные войска. До 1941 г. они были малочисленны. К тому же для десантирования войск не имелось достаточного количества транспортных самолетов. В апреле 1941 г. вместо ранее существовавших шести воздушно-десантных бригад началось формирование пяти воздушно-десантных корпусов. В состав каждого из них намечалось включить три воздушно-десантные бригады и отдельный батальон легких танков. Из-за ограниченного времени сформировать корпуса к началу войны не удалось. Боеспособными единицами являлись лишь ранее существовавшие воздушно-десантные бригады. Для руководства боевой подготовкой и материально-техническим обеспечением войск в Наркомате обороны в первой половине июня 1941 г. было создано Управление воздушно-десантных войск.
 
Происходил качественный и количественный рост Военно-Воздушных Сил. В ходе финляндско-советского военного конфликта выявились существенные недочеты в их организации, вооружении и работе авиационного тыла. Штатная организация авиации на основе бригад ограничивала ее массированное использование. Аэродромная сеть, особенно в приграничных районах, нуждалась в расширении и устройстве бетонных взлетно-посадочных полос для самолетов новых типов.  
 
Коммунистическая партия и Советское правительство, учитывая опыт военных действий, решительно добивались улучшения организации и технического оснащения авиации. Военно-воздушные силы строились как самостоятельный вид вооруженных сил, подразделяясь на авиацию Главного Командования (Дальнебомбардировочную), фронтовую (ВВС округов), армейскую (общевойсковых армий) и войсковую (корпусов и дивизий).
 
В июле 1940 г. ЦК ВКП(б) и Совет Народных Комиссаров приняли решение о переводе ВВС на дивизионную организацию. Авиация Главного Командования должна была состоять из дивизий однородного состава, объединенных в корпуса; фронтовая — из отдельных бомбардировочных, истребительных и смешанных дивизий, в которые входили полки бомбардировщиков, штурмовиков и истребителей; армейская — из отдельных смешанных дивизий. Стрелковым корпусам передавались корпусные авиационные эскадрильи, состоявшие из самолетов-разведчиков, корректировщиков и самолетов связи.
 
Смешанные дивизии предназначались для поддержки общевойсковых армий из расчета одна дивизия на армию первого эшелона фронта. Истребительные дивизии предусматривалось применять для прикрытия войск с воздуха и организации ПВО страны. Бомбардировочные дивизии намечалось использовать как средство фронтового командования. Количество полков, входивших в дивизию, было непостоянным. Смешанные дивизии включали четыре-пять полков, в том числе один-два бомбардировочных, один-два истребительных, а некоторые дивизии имели, кроме того, по одному штурмовому полку.
 
В ноябре 1940 г. было принято постановление о создании Дальнебомбардировочной авиации в составе 5 авиационных корпусов. 25 февраля 1941 г. ЦК ВКП(б) и СНК СССР специальным постановлением «О реорганизации авиационных сил Красной Армии» утвердили план Наркомата обороны по дальнейшему развитию ВВС. Намечалось сформировать 106 авиационных полков и вооружить их новой техникой, укрепить учебно-материальную базу ВВС.
 
В апреле 1941 г. было решено приступить к реорганизации базирования авиации. В Военно-Воздушных Силах стала вводиться новая автономная система авиационного тыла. На территории приграничных военных округов развертывались районы авиационного базирования, каждый из которых предназначался для обслуживания двух-трех авиационных дивизий или одного корпуса авиации дальнего действия. В состав района входили две-три авиационные базы, имевшие по четыре-пять батальонов аэродромного обслуживания из расчета один батальон на авиационный полк.
 
Для обеспечения высокой боевой готовности и маневренности авиации предусматривалось на один полк иметь три аэродрома. Но развитие аэродромной сети отставало от развертывания авиации. В начале 1941 г. было предпринято строительство новых аэродромов с укладкой бетонных полос, возведение складов горючего и боеприпасов. Для выполнения плана строительства было сформировано 100 аэродромно-строительных батальонов. Кроме того, в конце марта было разрешено перебросить 25 тыс. рабочих с дорожных работ на завершение ранее начатого строительства 251 аэродрома.
 
Весной 1941 г. в западных приграничных округах на многих действовавших аэродромах, где должны были базироваться новые самолеты, началось бетонирование взлетно-посадочных полос. Самолеты пришлось  перебросить на другие аэродромы. Боевых машин на них оказалось больше допустимого количества. Это ухудшало условия боевой подготовки и делало авиацию более уязвимой в случае воздушного нападения.

Таблица 33. Тактико-технические данные основных типов самолетов Советской Армии к началу Великой Отечественной войны
ТипГод поступления на вооружениеЭкипаж, человекКоличество и мощность моторов, л. с.Максимальная скорость,
км/час
Дальность полета, км
 
Вооружение
 
 
Бомбовая нагрузка, кг
количество, шт.калибр, мм
 
Истребители
И-15 бис193511x7303677704 пулемета7,62150
И-16193411x9004626254 пулемета7,62100
И-153193811x9004276904 пулемета7,62200
Як-1194111x10505727001 пушка
2 пулемета
20,0
7,62
 — 
ЛаГГ-3
 
194111x10505495561 пушка
1 пулемет
2 пулемета
20,0
12,7
7,62
200
 
 
МиГ-3
 
194011x120062010001 пулемет
2 пулемета
12,7
7,62
200
Штурмовики
Ил-2
 
194111x16004125102 пушки
2 пулемета
8 PC
20,0
7,62
82,0
400 — 600
Бомбардировщики
ТБ-31931
 
84x85028840008 пулеметов7,622000 — 4000
ДБ-3ф193732x100044027003 пулемета7,621000 — 2500
СБ193532x105044510004 пулемета7,62600 — 1500
Пе-2194132x126054011004 пулемета7,62600 — 1000
Разведывательная авиация
Р-5
 
193121x6502306003 пулемета7,62200 — 400
Специальная авиация
У-2 (По-2)192921x110145470   
Модификация 1934 г.
 
Коммунистическая партия и Советское правительство осуществляли крупные мероприятия, обеспечивая повышение боевой мощи советской авиации. К моменту нападения фашистской Германии на СССР было сформировано 79 авиационных дивизий и 5 авиационных бригад. Дальнебомбардировочная авиация состояла из 13 бомбардировочных и 5 истребительных дивизий, фронтовая и армейская — из 61 дивизии (бомбардировочных — 9, смешанных — 34 и истребительных — 18). Число авиационных полков увеличилось к июню 1941 г. по сравнению с началом 1939 г. более чем на 80 процентов.
 
Однако к началу войны развертывание авиации завершить не удалось. 25 авиационных дивизий, главным образом фронтовой и армейской авиации, не закончили формирования. Многие соединения имели пониженную боеспособность, так как летный состав проходил переподготовку.  К тому же они испытывали нехватку материальной части, специальных средств обслуживания и ремонта.
 
К началу Великой Отечественной войны Военно-Воздушные Силы имели на вооружении боевые самолеты разных конструкций, из них поступило в войска в 1940 г. и первой половине 1941 г. современных машин МиГ-3, Як-1, ЛаГГ-3, Пе-2, Ил-2 2739.
 
В войсках западных приграничных округов находилось около 50 процентов самолетов.
 
Новые истребители и бомбардировщики (МиГ-3, Як-1, Ил-4, Пе-2 и другие) по боевым возможностям не уступали самолетам немецко-фашистской армии, а по ряду показателей и превосходили их. Непревзойденной боевой машиной, принятой на вооружение в этот период, был штурмовик Ил-2.
 
Большинство истребителей, штурмовиков и бомбардировщиков составляли устаревшие машины с малой скоростью и слабым вооружением. Самолеты Ил-2 только начали поступать в войска (таблица 33).
 
С начала 1941 г. проводилась реорганизация системы противовоздушной обороны страны. Согласно постановлению ЦК ВКП(б) и СНК СССР ответственность за защиту важнейших административно-политических и экономических центров и районов размещения войск от воздушного нападения несло командование военных округов. Территория округа представляла собой зону ПВО, которая делилась на районы, а районы — на пункты ПВО. Непосредственное руководство войсками противовоздушной обороны на территории округа возлагалось на заместителя командующего по ПВО. В первой половине 1941 г. было создано 13 зон ПВО.
 
Для защиты от воздушного нападения крупных городов и других важных объектов назначались корпуса, дивизии и отдельные бригады ПВО, подчиненные непосредственно командующему зоной. Соединения и части истребительной авиации, выделенные для ПВО, оставались в подчинении командующих военно-воздушными силами округов.
 
Основные силы и средства ПВО страны прикрывали западное направление (так называемую «угрожаемую зону» глубиной до 900 км), а также нефтеносные районы Кавказа.
 
К началу Великой Отечественной войны Войска ПВО насчитывали 3329 зенитных орудий среднего и 330 малого калибра, 1500 прожекторов, 850 аэростатов заграждения. Выделенные из состава ВВС для противовоздушной обороны 40 истребительных авиаполков имели около 1500 самолетов.
 
Система противовоздушной обороны страны накануне войны стала более стройной по своей организации, достаточно устойчивой и легче управляемой. Но боевая готовность Войск ПВО несколько снижалась из-за нехватки новейших средств обнаружения воздушного противника и управления огнем, недостатка малокалиберной зенитной артиллерии.
 
Укреплялся Военно-Морской Флот, повышалась его боеготовность. В 1939 г. для усиления Северного флота из Кронштадта на Север по Беломорско-Балтайскому каналу были переброшены 14 боевых кораблей, в том числе 4 эсминца и 10 подводных лодок. В октябре того же года часть сил Балтийского флота была перебазирована в Прибалтику (Таллин, Палдиски, Рига, Либава). Либава стала местом базирования отряда легких сил во главе с крейсером «Киров», дивизиона подводных лодок  и отряда торпедных катеров. Летом 1940 г. с Балтийского моря на Север были переведены эсминец «Стремительный», подводные лодки большого водоизмещения «К-1» и «К-2», две плавучие базы и минный заградитель, а также отремонтированные в Ленинграде подводные лодки «Д-2» и «Д-3».
 
Советская судостроительная промышленность поставляла флоту новые корабли. В 1939 г. вступил в строй головной эскадренный миноносец типа «Сторожевой» водоизмещением 2 тыс. тонн, построенный с учетом опыта строительства предыдущей серии эсминцев типа «Гневный». В 1940 г. вступили в строй новые крейсеры — «Ворошилов» на Черном море и «Максим Горький» на Балтике.
 
Общий тоннаж флота с начала 1939 г. до 1941 г. возрос: по надводным кораблям — на 108 718 тонн, по подводным лодкам — на 50 385 тонн.

Таблица 34. Тактико-технические характеристики основных надводных кораблей Военно-Морского Флота, построенных до начала войны
Классы, типы и названия кораблей
 
Размеры в метрах: длина, ширина, осадкаВодоизмещение, тСкорость хода, узловВооружение (калибр, мм)
Крейсер «Киров»191; 18; 5,28600 35 Арт.: 9 — 180, 8 — 100, 10 — 37, 6 пул. зен. Торп.: 2 тори, апп., 6 торп., 170 мин, 2 самолета
Лидер «Ленин»139; 13,7; 4,2269040Арт.: 5 — 130, 3 — 76, 5 — 37, 4 пул. зен. Торп.: 2 торп. апп., 8 торп., 80 мин, глуб. бомбы
Эсминец «Гнев»116;11;4186037Арт.: 4 — 130, 2 — 76, 4 — 37, 6 пул. зен. Торп.: 2 торп. апп., 6 торп., мины, глуб. бомбы
Сторожевой корабль «Ураган»71; 7; 2,6
 
530 24 Арт.: 2 — 100, 4 — 37, 2 пул. зен. Торп.: 1 торп. апп., 3 торп.
Тральщик «Фугас»45018Арт.: 1 — 100, 1— 45, 1 — 37
Торпедный катер «Г-5»20; 3,5; 0,617
 
48Арт.: 2 пул. зен.
Торп.: 2 торп., глуб. бомбы
Морской охотник «МО-4»27; 4; 1,55625Арт.: 2 — 45, 3 пул. зен., глуб. бомбы
 
К началу Великой Отечественной войны Военно-Морские Силы СССР имели в своем составе флоты — Северный, Балтийский, Черноморский и Тихоокеанский, флотилии — Дунайскук , Пинскую, Каспийскую, Амурскую  и Северо-Тихоокеанскую. Флоты насчитывали 3 линкора, 7 крейсеров, 212 подводных лодок, 54 лидера и эсминца, 287 торпедных катеров. Советский Военно-Морской Флот имел боевые корабли, не уступавшие кораблям германского флота.

Таблица 35. Тактико-технические характеристики подводных лодок Советского Военно-Морского Флота к началу Великой Отечественной войны
Тип подводВодоизмещение, надв. т подв.Скорость хода, надвод. подвод.Торпедное вооружение (количество, калибр, мм)Артиллерийское вооружение (количество, калибр, мм)
«К»
 
1390
2600
18
10
10 торп. апп. — 533 (6 нос., 4 корм.)2 — 100, 2 — 45
«Л»
 
1100
1312
 
16
9
 
8 торп. апп. — 533 (6 нос., 2 корм.)1 — 100, 1 — 45
 
 
«С»780
1050
 
20
8
6 торп. апп. — 533 (4 нос., 2 корм.)1 — 100, 1 — 45
 
 
«Щ»650
750
13
9,5
 
6 торп. апп. — 533 (4 нос., 2 корм.)2 — 45, 2 пул. зен.
«М»
 
205
260
14
8
2 торп. апп. — 533 1 — 45, 1 пул. зен.
 
Военно-воздушные силы флота, состоявшие из авиационных бригад и отдельных полков, к началу войны насчитывали 2581 боевой исправный самолет. Основную часть авиапарка составляли самолеты устаревших типов — истребители И-15 и И-153, разведчики МБР-2 и КОР-2. Самолеты новых марок начали поступать на флот непосредственно перед войной.
 
Береговая оборона имела на вооружении более 1 тыс. орудий калибром от 45 до 406 мм.
 
Наиболее сильными являлись Балтийский и Черноморский флоты, которые имели по одной эскадре (один-два линкора, несколько крейсеров и дивизионов эсминцев), по отряду легких сил, по два соединения подводных лодок, части военно-воздушных сил, береговые части, средства противовоздушной обороны и силы военно-морских баз (торпедные катера, тральщики и другие).
 
Тихоокеанский флот не имел крупных надводных кораблей, но был значительно сильнее других флотов по составу торпедных катеров, подводных лодок и авиации.
 
Каждый флот располагал несколькими морскими базами, которые в то же время являлись соединениями разнородных сил для охраны и обороны определенного района.
 
Происходило развертывание специальных войск.
 
Войска связи имели отдельные полки, отдельные батальоны связи, отдельные радиодивизионы и другие части. В случае войны на их базе намечалось развернуть несколько новых формирований. К началу войны войска связи получили новые образцы радиостанций, более совершенную телеграфную аппаратуру, приборы для засекречивания телеграфных передач и телефонных разговоров. Но все же средств связи недоставало, многие из них устарели. Ощущалась острая нехватка новых радиостанций, высокочастотной телефонной аппаратуры, химических  источников питания. Не было в достаточной мере обеспечено обслуживание связью центрального аппарата Наркомата обороны. Предполагалось, что в случае войны связь центра с действующей армией и округами будет осуществляться через систему средств Наркомата связи.
 
Инженерные войска насчитывали 18 инженерных и 16 понтонных полков, 2 отдельных батальона (маскировочный и понтонно-мостовой) и 2 роты (гидротехническая и полевого водоснабжения). В случае возникновения войны основной организационной единицей становился инженерный батальон. Намечалось развернуть значительное количество отдельных рот, в том числе электротехнических, гидротехнических, полевого водоснабжения. Потребность инженерных войск в переправочных средствах и средствах заграждения была удовлетворена не полностью.
 
Химические войска состояли из отдельных батальонов химической защиты. Они были укомплектованы на 70 процентов положенной по штатам материальной частью.
 
Автомобильные войска включали 19 автомобильных полков, 38 автобатальонов, 2 автотранспортные роты. В войсках насчитывалось около 27 тыс. грузовых машин. Машины имели небольшую грузоподъемность — 1,5 — 3 тонны и невысокую проходимость.
 
Реорганизация армии, авиации и флота, бурный рост технического оснащения войск потребовали перестройки работы всех звеньев тыла Вооруженных Сил. Большое внимание было уделено разработке более эффективных способов материального обеспечения войск в крупных наступательных операциях, особенно при действиях подвижных соединений и объединений, а также воздушно-десантных войск в оперативной глубине.
 
Считалось целесообразным сосредоточить руководство тылом в штабах для более тесного согласования его работы с боевой деятельностью войск. Исполнительными органами по управлению тылом стали: в Генеральном штабе — Управление устройства тыла и снабжения, а в штабах округов и армий — отделы тыла.
 
Опыт войсковых учений, а также боевые действия войск показали, что начальники штабов, загруженные оперативной работой, не успевают осуществлять повседневное управление деятельностью органов снабжения. Поэтому в 1940 г. в общевойсковых штабах была введена должность заместителя начальника штаба по тылу, а в Генеральном штабе — помощника по тылу. В обязанности этих лиц входило руководство работой органов, ведавших устройством тыла и перевозками, организация планирования и взаимодействия работы начальников родов войск и служб по материально-техническому снабжению войск.
 
Предполагалось, что в военное время на театре военных действий будут развертываться войсковой, армейский и фронтовой тылы. Войсковой тыл включал тыловые подразделения полка и дивизии. Корпус своих служб тыла не имел. В 25 — 35 км за войсковым тылом развертывался армейский. Он состоял из частей и учреждений подвоза, эвакуации, ремонта и эксплуатации дорог, полевого ремонта вооружения, техники и имущества. Армейский тыл имел глубину 150 — 200 км. Во фронтовой тыл входили склады, медицинские учреждения и обслуживающие части. Он развертывался за армейским тылом. Общее количество фронтовых тыловых учреждений достигало 400 — 500. В зависимости от условий местности и экономических возможностей, состояния путей сообщения фронтовой тыл мог располагаться на глубину до 300 км.  Материальные средства из глубины страны направлялись на распределительные станции (порты) фронта, а оттуда поезда снабжения следовали на распределительные станции армии или, если не нужна была пересортировка, прямо на станции снабжения соединений.
 
Советские Вооруженные Силы развивались, претерпевая значительную перестройку. Организация войск и их техническая оснащенность приводились в соответствие с требованиями начавшейся мировой войны и осуществлялись с учетом особенностей театров военных действий.
 
Округа и флоты испытывали большие затруднения с переводом частей и соединений с одного штата на другой, а также со штата мирного времени на штат военного времени.
 
В марте 1941 г. на новые штаты одновременно переходили все бронетанковые войска, в апреле — стрелковые дивизии, воздушно-десантные бригады, инженерные части. В стадии затянувшейся реорганизации находились целые виды вооруженных сил и рода войск. В результате на какое-то время боеспособность частей и соединений снижалась. К тому же промышленность не успевала удовлетворять потребности проходящих реорганизацию войск в вооружении, транспорте, средствах связи и т. д. К началу войны многие соединения так и не завершили переформирования.
 
Стрелковые дивизии в мирное время содержались по двум штатам, по одному из которых дивизия насчитывала 12 тыс., а по другому — 6 тыс. человек. В приграничных округах большинство дивизий имели штатную организацию, предусматривавшую численность личного состава в 12 тыс. человек. Эти дивизии в короткий срок могли перейти на штаты военного времени и полностью изготовиться для вступления в боевые действия.
 
По существу, все соединения, перед тем как занять оборонительный рубеж или вступить в бой. нуждались в пополнении личным составом, вооружением и техникой. А это требовало времени.
 
Считалось, что средства транспорта должны были поступить из народного хозяйства в период скрытой мобилизации или даже в начале войны. Для войск приграничных округов осуществление этого мероприятия было весьма затруднительно.
 
Проведение организационных мероприятий в армии вызывало частые передислокации войск. Это улучшало их оперативное положение, но имело и отрицательные последствия. Так, в течение 1940 г. почти все соединения бронетанковых войск западных приграничных округов неоднократно меняли свое расквартирование, совершая марши собственным ходом. В результате моторесурсы многих машин значительно уменьшились.
 
Трудности реорганизации вооруженных сил приводили к некоторым отступлениям от требований гармоничного развития родов войск. Так, развитие транспортной авиации отставало от роста воздушно-десантных сил, а расширение аэродромной сети — от увеличения ВВС; обеспечение войск средствами ПВО, связи, инженерным имуществом не поспевало за возрастанием количества соединений. Увеличение вооруженных сил «пережало возможности производства отдельных видов вооружения и боевой техники.
 
Однако определяющими факторами в развитии Советской Армии и Военно-Морского Флота были рост их боевой мощи, организационное укрепление и повышение боевой готовности. Коммунистической партией и Советским правительством за короткий срок была проведена колоссальная работа по реорганизации и техническому оснащению Вооруженных Сил, которая дала возможность советским войскам успешно противостоять гитлеровскому вермахту.  
 

3. Боевая и политическая подготовка 

личного состава Вооруженных Сил

Боевая и политическая подготовка в Вооруженных Силах организовывалась и проводилась в соответствии с политикой Коммунистической партии и Советского правительства на основе оценки возможного характера будущей войны и была направлена на обеспечение боевой готовности войск к отражению нападения любого агрессора.
 
Центральный Комитет партии, проанализировав опыт боевых действий Советской Армии у озера Хасан, на реке Халхин-Гол, в Финляндии, обратил внимание на недостатки в боевой подготовке войск, в которых проявлялся ее отрыв от жестких требований войны. В подготовке войск нередко допускались послабления. Занятия проводились упрощенно, преимущественно в классах, без высокого напряжения, которым характеризуется бой. Штабы проявляли мало творческой инициативы в приближении полевых занятий и тактических учений к боевым условиям с их сложной и быстро меняющейся обстановкой. ЦК потребовал перестройки боевой подготовки войск в соответствии с требованиями времени. Конкретные рекомендации разработала комиссия Главного Военного Совета, занимавшаяся в 1940 г. обобщением боевого опыта.
 
Новые требования к боевой и политической подготовке войск были установлены народным комиссаром обороны в приказе № 120 от 16 мая 1940 г. и уточнены в приказе № 30 от 29 января 1941 г., а также в директиве Главного управления политической пропаганды Советской Армии «О перестройке партийно-политической работы», изданной в августе 1940 г. Эти документы сосредоточивали внимание на главном в подготовке войск — приближении повседневной учебы к условиям боевой действительности. «Учить войска только тому, что нужно на войне, и только так, как делается на войне» — стало боевым лозунгом армии.
 
Осуществляя этот принцип обучения, командующие, командиры и политработники уделяли особое внимание всесторонней боевой подготовке, начиная с обучения одиночного бойца и мелких подразделений; непрерывному и четкому управлению в любых условиях боя; практической отработке взаимодействия родов войск; выработке выносливости у личного состава; совершенствованию работы штабов.
 
Стрелковые войска совершали марши в различной учебно-боевой обстановке, находясь в постоянной готовности к бою, учились слаженно действовать и маневрировать на поле боя, штурмовать укрепленные позиции, вести бой в лесу, преодолевать речные преграды, наступать во взаимодействии с другими родами войск.
 
В подготовке танкистов особое значение придавалось обучению их самостоятельным действиям во всех видах боя, взаимодействию с пехотой, артиллерией и авиацией. При этом главное место отводилось выучке одиночного бойца и сколачиванию экипажа. В основу огневой выучки танковых частей легло положение — учить вести стрельбу с места (коротких остановок) и с ходу. В технической подготовке упор был сделан на изучение новой материальной части. Вождение боевых машин теперь проходило с закрытыми люками на пересеченной местности, с преодолением различных препятствий. Как вспоминал бывший командир 9-го механизированного корпуса Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский, «уже в процессе формирования была развернута всесторонняя боевая подготовка подразделений, частей и всего соединения в целом». Окружные  полигоны, танкодромы и стрельбища использовались днем и ночью при любой погоде.
 
В подготовке артиллерии основное внимание уделялось ведению централизованного, управляемого массированного огня, взаимодействию с пехотой, танками и авиацией. Артиллеристы учились эффективно вести подготовку атаки, сопровождать массированным огнем пехоту и танки, вести стрельбу в сложных метеорологических и боевых условиях.
 
Обучение командных кадров и оперативная подготовка штабов подчинялись главной задаче — приобретению твердых навыков в управлении войсками. Ставилась цель подготовить «волевого командира с боевыми качествами, соответствующими современным боевым требованиям». Большое значение придавалось развитию у командиров творческой инициативы и умению самостоятельно принимать правильные решения в условиях сложной и быстро меняющейся обстановки. На учениях с боевой стрельбой, командно-штабных выходах в поле, штабных тренировках и военных играх командиры и штабы приобретали навыки вождения войск, учились организовывать взаимодействие войск и обеспечивать управление ими в бою.
 
Перед авиацией ставилась задача отработать взаимодействие с наземными войсками и флотом в любых условиях, а также уметь вести активные боевые действия как крупными массами, так и мелкими самостоятельными группами самолетов. Большое внимание уделялось полетам в сложных метеорологических условиях, умению находить и поражать цели ночью. В каждом полку выделялось по одной эскадрилье, личный состав которой должен был пройти курс ночной подготовки. Создавались специальные подразделения, в которых наиболее подготовленные инструкторы обучали летчиков действиям в сложных метеорологических условиях. В связи с поступлением на вооружение авиации более совершенной материальной части переучивание летного состава и освоение новой техники во многих случаях проходило непосредственно в полках, без отправки летчиков и техников в училища и на курсы. Но поскольку на теоретическую подготовку и изучение особенностей устройства новых машин, а затем постепенное овладение искусством их пилотирования затрачивалось много времени, происходило отставание в выполнении программы учебно-боевых задач. В директиве народного комиссара обороны от 17 мая 1941 г., излагавшей указания Главного Военного Совета по итогам боевой подготовки, отмечалось, что переучивание летного состава на новые типы самолетов проводится медленно.
 
Активно проходила подготовка личного состава Военно-Морского Флота. В 1940 г. Главный военный совет ВМФ принял специальное постановление, в котором намечалось улучшить подготовку корабельного состава, авиации и береговых служб. В частности, признавалось необходимым углубить изучение опыта боевых действий на морских театрах второй мировой войны, ликвидировать сезонность в обучении, не допускать упрощенчества в боевой подготовке, более обстоятельно изучить способы борьбы с минной опасностью, улучшить работу командиров и штабов по организации и осуществлению взаимодействия кораблей с авиацией и средствами береговой обороны.
 
Было увеличено количество учебных походов, тактических и отрядных учений и маневров. Если в 1939 г. маневры флотов совсем не планировались, то в 1940 г. они были проведены на трех флотах. Увеличивалось время плавания кораблей. Выросла культура кораблевождения, осваивалась новая техника.   Как показала проверка боевой подготовки Войск ПВО страны в конце 1940 г., личный состав много потрудился над освоением учебных программ, но, как правило, был подготовлен к отражению налетов авиации лишь днем, при хорошей видимости. Взаимодействие с истребительной авиацией организовывалось в несложной обстановке и преимущественно также днем. В последние предвоенные месяцы личный состав Войск ПВО страны упорно работал над ликвидацией этих недостатков.
 
Перестройка боевой подготовки проходила на основе новых уставов. В войска поступили Боевой устав пехоты (часть 1), проекты Полевого устава и Боевого устава пехоты (часть 2), Боевой устав танковых войск, Строевой устав, Устав караульной службы и другие. При их издании были учтены боевой опыт Советской Армии, а также опыт начавшейся второй мировой войны.
 
Огромную роль в укреплении Вооруженных Сил играла планомерно проводившаяся среди личного состава партийно-политическая работа, руководство которой осуществляли Главное политическое управление Советской Армии и Главное политическое управление Военно-Морского Флота. В 1940 г. эти органы были преобразованы в главные управления политической пропаганды, а политуправления округов и флотов — в управления политической пропаганды.
 
Накануне Великой Отечественной войны политические органы и партийные организации Советской Армии перестраивали свою работу на основе нового Устава партии, принятого на XVIII съезде. Они направляли энергию личного состава на совершенствование боевого мастерства, воспитывали его в духе беспредельной любви к Родине и жгучей ненависти к империалистическим захватчикам.
 
Происходило дальнейшее организационное и идейное укрепление партийных и комсомольских организаций. С 1939 г. до середины 1941 г. численность коммунистов в армии и на флоте выросла более чем в 3 раза. Особенно многочисленными были ряды коммунистов и комсомольцев среди командного состава. На 1 января 1941 г. коммунисты и комсомольцы составляли 79,9 процента командного состава. Накануне Великой Отечественной войны (июнь 1941 г.) в Вооруженных Силах работало 12,2 тыс. партячеек, которые объединяли 563,5 тыс. коммунистов. Рост партийной прослойки среди рядовых и сержантов позволил почти в половине рот, батарей и равных им подразделений создать партийные организации. Коммунистами становились воины ведущих профессий.
 
Во всех подразделениях, на всех кораблях действовали комсомольские организации. В июне 1941 г. численность комсомольцев в армии и на флоте достигла почти 2 млн. человек.
 
Важное значение в воспитании воинов Советской Армии в духе преданности Советской Родине имел утвержденный в начале 1939 г. Президиумом Верховного Совета СССР новый текст присяги, а также новый порядок ее принятия.
 
Командный состав, политические органы, партийные и комсомольские организации армии и флота основное внимание сосредоточивали на деятельности в воинских коллективах. Центром партийно-политической работы становилась рота, батарея. Основными формами идейного воспитания являлись политические занятия и информации, проводившиеся среди рядового и младшего командного состава, плановая марксистско-ленинская учеба среднего и старшего командного состава.  
 
В зимний период обучения 1940 — 1941 гг. рядовой состав первого года службы в системе политических занятий изучал темы: «Защита Отечества — священный долг каждого гражданина СССР», «Военная присяга Красной Армии», «СССР — страна социализма», «Красная Армия в боях за социалистическую Родину», «СССР в капиталистическом окружении», «Внешняя политика Советского Союза». С красноармейцами второго года службы проводились занятия на темы: «Наша Родина — Союз Советских Социалистических Республик», «Красная Армия — верный страж социалистической Родины», «Социалистическое государство рабочих и крестьян». Командный состав осваивал «Краткий курс истории ВКП(б)».
 
Все военнослужащие изучали материалы XVIII Всесоюзной партийной конференции и VIII сессии Верховного Совета СССР. Итоговая инспекторская проверка установила, что «политические знания стали более действенными в борьбе за высокую воинскую дисциплину, усиление боеготовности частей и укрепление политико-морального состояния личного состава».
 
Значительное внимание уделялось работе клубов, развитию красноармейской художественной самодеятельности, кинообслуживанию личного состава. В декабре 1940 г. директивой № 56 начальника Главного управления политической пропаганды было введено в действие Положение о ленинской комнате. Ленинская комната стала местом организации и проведения массово-политической, военной, культурно-просветительной работы и отдыха в подразделении.
 
Верным помощником командиров и политработников в боевой и политической подготовке армии и флота была военная печать. Кроме центральных газет «Красная звезда», «Красный флот», журналов «Военная мысль», «Морской сборник», «Артиллерийский журнал» и других, в 1941 г. издавались 21 окружная и флотская газета, 22 газеты армий и флотилий и 589 газет соединений и учебных заведений. Военная печать была пропагандистом передового опыта боевой и политической подготовки, застрельщиком новых начинаний, острым оружием в борьбе против расхлябанности и неорганизованности.
 
Печать западных военных округов сыграла важную роль в разъяснении освободительной миссии Советской Армии среди населения территорий, вошедших в состав Советского Союза в 1939 — 1940 гг. Опыт агитации и пропаганды изучался и обобщался политорганами и использовался для интернационального воспитания личного состава. С учетом этого опыта были проведены мероприятия по подготовке к развертыванию политической работы среди войск и населения вероятного противника в случае войны (спецпропаганда). Готовились кадры спецпропагандистов и материальная база для организации радиопропаганды, печатания листовок, газет и т. д.
 
Бойцы, командиры и политработники единодушно одобряли внешнюю и внутреннюю политику Коммунистической партии и Советского правительства. Накануне войны по инициативе коммунистов и комсомольцев широко развернулось социалистическое соревнование по всем видам боевой подготовки между отдельными воинами, а также между подразделениями, частями и соединениями.
 
Перестройка боевой подготовки и воспитания войск, проведенная накануне Великой Отечественной войны, оказала плодотворное влияние на формирование высоких боевых и морально-политических качеств личного состава армии и флота.  
 

4. Планы обороны страны

Возрастание опасности нападения на СССР и втягивания его в мировую войну, формирование новых соединений и рост военно-экономического потенциала страны обусловливали внесение изменений в мобилизационный план, планы прикрытия границы, сосредоточения и развертывания Вооруженных Сил для отражения нападения империалистов. Необходимость внесения изменений в планы обороны была вызвана также и тем, что новая государственная граница СССР теперь проходила на сотни километров западнее прежней.
 
Под руководством Маршала Советского Союза Б. М. Шапошникова (до августа 1940 г.), затем генерала армии К. А. Мерецкова, а с февраля 1941 г. генерала армии Г. К. Жукова при участии генералов А. М. Василевского, Н. Ф. Ватутина, Г. К. Маландина и других Генеральный штаб разрабатывал предложения по уточнению и дополнению планов обороны. Эти предложения периодически докладывались руководству страны и после утверждения доводились до командования военных округов и флотов.
 
Особенно напряженно работал Генеральный штаб с лета 1940 г. Он разрабатывал предложения, которые легли в основу планов стратегического развертывания вооруженных сил и обороны государственной границы.
 
Генеральный штаб полагал, что Советскому Союзу необходимо быть готовым к одновременной борьбе на два фронта — на западе и востоке. Наиболее вероятным и опасным противником считалась фашистская Германия, на стороне которой могли выступить Финляндия, Румыния, Италия и, возможно, Венгрия. Предполагалось, что агрессоры выставят на западе против СССР до 240 дивизий, 10 тыс. танков и 15 тыс. самолетов. Япония у советских дальневосточных границ могла сосредоточить 50 пехотных дивизий, более 1000 танков и до 3000 самолетов. Таким образом, западное направление определялось как наиболее опасное. Именно здесь ожидался главный удар противника.
 
Основные силы Советской Армии намечалось сосредоточить у западной границы, а на Дальнем Востоке иметь войска, которые гарантировали бы устойчивость положения в этом районе. Выделялись достаточные силы для прикрытия южных и северных границ.
 
Соображения по оперативно-стратегическому развертыванию Советской Армии у западной границы были доложены руководством Наркомата обороны (С. К. Тимошенко, К. А. Мерецков и Н. Ф. Ватутин) Политбюро ЦК ВКП(б). Наркомат исходил из предположения, что сосредоточение основных сил немецко-фашистской армии наиболее вероятно к северу от устья реки Сан. Поэтому он предлагал развернуть главные силы Советской Армии от Балтийского моря до Полесья, то есть в Прибалтийском и Западном Особых военных округах (в военное время Северо-Западный и Западный фронты).
 
Однако при обсуждении плана стратегического развертывания войск была высказана иная точка зрения, согласно которой главный удар нёмецко-фашистской армии следовало ожидать на юго-западе. Удар будет преследовать цель овладеть наиболее богатыми промышленными, сырьевыми и сельскохозяйственными районами. В новом варианте плана, который разрабатывался до конца 1940 г., наиболее опасным направлением было признано юго-западное, открывающее путь на Львов и Киев, а не западное, ведущее к Минску. Ожидалось, что на этом направлении группировка немецко-фашистской армии превысит 100 дивизий. Второй удар,  вспомогательный, мог быть нанесен из Восточной Пруссии на Вильнюс, Витебск. В соответствии с этим наиболее мощная группировка советских войск сосредоточивалась в северо-западной части Украины.
 
Концентрация главных сил Советской Армии на львовско-киевском направлении преследовала цель не допустить продвижения крупных танковых масс противника на Украину. Принималось также во внимание, что на этом направлении местность была достаточно удобной для развертывания и действий крупных масс танков и мотопехоты. Вместе с тем учитывалось, что нависающее с юга расположение главных сил советских войск по отношению к центральной группировке немецко-фашистской армии даст возможность нашим соединениям нанести удар по врагу во фланг и тыл. Однако эта возможность могла быть реализована лишь при удержании района Ковель, Ровно, Львов.
 
Всего для обороны западных границ намечалось использовать около двух третей дивизий сухопутных войск и три четверти авиации. План предусматривал, что военные действия начнутся с отражения нападения крупных сил противника, борьбы за господство в воздухе, ударов авиации по вражеским войскам и тыловым объектам. Стрелковые войска первого эшелона армий прикрытия и укрепленных районов приграничных округов совместно с пограничниками должны были сдержать первый натиск, а механизированные корпуса вместе со стрелковыми дивизиями второго эшелона при поддержке авиации нанести мощные контрудары и создать благоприятные условия для перехода советских войск в решительное наступление.
 
На основании соображений Генерального штаба, рассмотренных ЦК ВКП(б) и Советским правительством, развернулась разработка нового мобилизационного плана. Мобилизационный план (организационно-материальные вопросы) был утвержден в феврале 1941 г. и получил наименование МП-41. Округа должны были внести в свои планы необходимые дополнения и уточнения до 1 мая 1941 г.
 
Отмобилизование большинства стрелковых соединений приграничных округов заключалось в переводе их на штаты военного времени. Это означало, что стрелковые соединения должны были пополниться личным составом за счет призванных из запаса, а также получить из народного хозяйства недостающие средства транспорта (автомашины, тракторы, лошадей). В мобилизационных планах частей и соединений определялись очередность и сроки приведения их в боевую готовность. Для стрелковых дивизий, составлявших первый эшелон приграничных округов, устанавливался 2 — 6-часовой срок выхода в районы сосредоточения. Приведение в боевую готовность бронетанковых и механизированных соединений, авиации, конницы, артиллерии, войск ПВО и воздушно-десантных войск облегчалось, поскольку они содержались по штатам, близким к штатам военного времени.
 
Реализация мобилизационных планов требовала большого количества вооружения и боевой техники, особенно новых образцов.
 
Мобилизационный план предусматривал передачу вооруженным силам из народного хозяйства 240 тыс. автомобилей и около 43 тыс. тракторов. Несколько десятков тысяч грузовиков должны были поставить автомобильные заводы.
 
В процессе разработки мобилизационных планов обнаружились трудности в укомплектовании частей командным составом в звеньях — взвод, рота, батальон (батарея, дивизион). Эти трудности преодолевались за счет выпускников училищ и выдвижения командиров взводов и рот на новые должности. Но армии все еще недоставало командиров, особенно  танкистов, артиллеристов и минометчиков. В 1941 г. намечалось развернуть подготовку кадров с таким расчетом, чтобы к концу года можно было решить проблему укомплектования частей командирами взводов и рот.
 
Важным мобилизационным мероприятием являлось накопление боеприпасов и горюче-смазочных материалов. К началу Великой Отечественной войны были созданы значительные запасы артиллерийских снарядов и мин. Однако они не полностью обеспечивали мобилизационные потребности полевой артиллерии и минометов. Недостаточным было обеспечение боеприпасами 37-мм и 85-мм орудий зенитной артиллерии.
 
Винтовочных и пулеметных патронов было накоплено 6,3 боекомплекта на единицу оружия. Такой запас на первое время удовлетворял потребности войск.
 
Запасы боеприпасов размещались на складах вблизи войск первого стратегического эшелона. Это отвечало задаче прочного удержания пограничных районов страны, но было чревато опасностью потери запасов на складах в случае отхода войск.
 
Мобилизационный резерв горюче-смазочных материалов был накоплен почти полностью. Однако из-за отсутствия емкостей западные приграничные округа могли разместить на своей территории лишь от 10 до 80 процентов двухмесячной потребности войск в горючем и маслах. Поэтому основные запасы оказались в Московском, Орловском, Харьковском округах, а также в Поволжье, на Северном Кавказе и в Закавказье.
 
Развертывая подготовку страны и Вооруженных Сил к отражению агрессии с запада, Советское правительство не упускало из виду Японию, проводя мобилизационные мероприятия и на Дальнем Востоке. В июне 1940 г. был воссоздан Дальневосточный фронт. Вскоре были усилены 1-я и 2-я Краснознаменные армии Дальневосточного фронта, вновь созданы управления 15, 25 и 35-й общевойсковых армий. В первой половине
 
1941 г. в соответствии с директивой народного комиссара обороны на Дальнем Востоке был сформирован 30-й механизированный корпус в составе 58-й, 60-й танковых и 239-й механизированной дивизий, созданы 59-я танковая и 69-я мотострелковая дивизии. На новую штатную организацию были переведены 16 стрелковых дивизий. Большое пополнение получили Военно-Воздушные Силы. На июнь 1941 г. самолетный парк Дальневосточного фронта насчитывал 1737 самолетов. Кроме того, на Дальнем Востоке был развернут 5-й корпус Дальнебомбардировочной авиации. Таким образом, к середине 1941 г. Дальневосточный фронт был значительно укреплен.
 
Одновременно с Дальневосточным фронтом были усилены Тихоокеанский флот (командующий вице-адмирал И. С. Юмашев) и Краснознаменная Амурская военная флотилия (командующий контр-адмирал П. С. Абанькин). В их состав к середине 1941 г. поступили новые надводные корабли, подводные лодки, авиация. К июню 1941 г. на Тихоокеанском флоте насчитывалось около 300 кораблей различных классов, в том числе 2 лидера, 7 эскадренных миноносцев, 6 сторожевых кораблей, 85 подводных лодок, 17 тральщиков, 5 минных заградителей и 160 торпедных, сторожевых и других катеров.
 
Амурская флотилия имела в своем составе 8 мониторов, 5 речных канонерских лодок, 48 бронекатеров, 4 тральщика, 13 катеров-тральщиков. К июню 1941 г. была значительно укреплена береговая оборона,  завершено оборудование основных военно-морских баз и аэродромов.
 
Проведение крупных организационных мероприятий требовало немалого времени. К тому же необходимо было учесть соображения, высказанные на декабрьских совещаниях высшего командного и политического состава армии и флота. Поэтому уточненные задачи по прикрытию государственной границы были доведены до командующих округами лишь в начале мая 1941 г. Для каждого приграничного округа определялись боевой состав войск, важнейшие направления прикрытия, количество и границы районов прикрытия.
 
Ленинградский военный округ (командующий генерал-лейтенант М. М. Попов, член Военного совета корпусной комиссар H. H. Клементьев, начальник штаба генерал-майор Д. Н. Никишев) должен был силами 7, 14, 23-й армий оборонять границу с Финляндией от полуострова Рыбачий до Финского залива, а также побережье Эстонской ССР и полуостров Ханко; свои задачи на приморских флангах он решал во взаимодействии с Северным и Балтийским флотами. Основные усилия округа сосредоточивались на Карельском перешейке, оборона которого возлагалась на 23-ю армию (командующий генерал-лейтенант П. С. Пшенников), и на петрозаводском направлении, где оборону должна была вести 7-я армия (командующий генерал-лейтенант Ф. Д. Гореленко). Прикрытие границы от Мурманска до Кеми осуществляла 14-я армия под командованием генерал-лейтенанта В. А. Фролова. Ленинградский военный округ прикрывал государственную границу протяженностью 1670 км.
 
Прибалтийский Особый военный округ (командующий генерал-полковник Ф. И. Кузнецов, член Военного совета корпусной комиссар П. А. Диброва, начальник штаба генерал П. С. Кленов) имел задачу силами 8, 11 и 27-й армий во взаимодействии с Балтийским флотом прикрыть побережье Балтийского моря от Хапсалу до Паланги и сухопутную границу Литовской ССР. Ширина полосы прикрытия равнялась 720 км. Основные усилия округа нацеливались на оборону 300-километровой границы с Восточной Пруссией. Здесь развертывались 8-я армия под командованием генерал-майора П. П. Собенникова и 11-я армия, которой командовал генерал-лейтенант В. И. Морозов.
 
Западный Особый военный округ (командующий генерал армии Д. Г. Павлов, член Военного совета корпусной комиссар А. Я. Фоминых, начальник штаба генерал-майор В. Е. Климовских) силами 3, 10 и 4-й армий должен был прикрыть государственную границу от южной границы Литовской ССР до реки Припять. Основные усилия округа концентрировались на гродненском направлении, где обороняться предстояло 3-й армии (командующий генерал-лейтенант В. И. Кузнецов), и на белостокском направлении, где развертывалась 10-я армия (командующий генерал-майор К. Д. Голубев). На брестском направлении к обороне переходила 4-я армия (командующий генерал-майор А. А. Коробков). Этой армии оперативно подчинялась Пинская военная флотилия (командующий контр-адмирал Д. Д. Рогачев). Общая протяженность по фронту полосы прикрытия округа составляла 470 км.
 
Киевский Особый военный округ (командующий генерал-полковник М. П. Кирпонос, член Военного совета корпусной комиссар Н. Н. Вашугин, начальник штаба генерал-лейтенант М. А. Пуркаев) силами 5, 6, 12 и 26-й армий должен был оборонять государственную границу от реки Припять до Липкан. Основные усилия округа сосредоточивались на львовском направлении, где развертывались 6-я армия (командующий генерал-лейтенант И. Н. Музыченко) и 26-я армия (командующий генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко). На Луцком направлении предстояло обороняться  5-й армии под командованием генерал-майора танковых войск М. И. Потапова, на каменец-подольском направлении — 12-й армии (командующий генерал-майор П. Г. Понеделин). Фронт обороны округа достигал 860 км.
 
Одесский военный округ (командующий генерал-полковник Я. Т. Черевиченко, член Военного совета корпусной комиссар А. Ф. Колобяков, начальник штаба генерал-майор М. В. Захаров) прикрывал границу с Румынией от Липкан до устья реки Дунай, а также побережье Черного моря до Одессы включительно общей протяженностью около 650 км. Границу с Румынией войска округа обороняли во взаимодействии с Дунайской военной флотилией (командующий контр-адмирал Н. О. Абрамов), побережье Черного моря от Одессы до Керченского пролива — совместно с Черноморским флотом.
 
Военно-морские силы получили задачи во взаимодействии с войсками приграничных округов не допустить вторжения противника с моря, а также, используя минные заграждения и укрепления береговой обороны, воспрепятствовать захвату военно-морских баз и высадке десантов на побережье.
 
В европейской части СССР морские границы прикрывали флоты: Северный (командующий контр-адмирал А. Г. Головко, член Военного совета дивизионный комиссар А. А. Николаев, начальник штаба контрадмирал С. Г. Кучеров), Краснознаменный Балтийский (командующий вице-адмирал В. Ф. Трибуц, член Военного совета дивизионный комиссар М. Г. Яковенко, начальник штаба контр-адмирал Ю. А. Пантелеев), Черноморский (командующий вице-адмирал Ф. С. Октябрьский, член Военного совета дивизионный комиссар H. M. Кулаков, начальник штаба контр-адмирал И. Д. Елисеев).
 
К началу июня 1941 г. штабы округов завершили разработку планов прикрытия государственной границы и представили их на утверждение в Наркомат обороны.
 
Планы отвечали основному замыслу руководства Советской Армии, но имели существенные недочеты. Штабы брали за исходный такой вариант действий, при котором, как они полагали, удастся без помех со стороны противника завершить отмобилизование войск и их развертывание на намеченных рубежах.
 
Приграничные округа получили фронты прикрытия большой протяженности. Теми силами и средствами, которыми они располагали, практически невозможно было создать везде одинаково прочную оборону и длительное время сдерживать крупные силы противника. Штабы округов стремились иметь крепкие вторые эшелоны. Но армии располагались так, чтобы прикрыть отведенные полосы обороны на всем протяжении. Считалось, что противник застрянет в армейской обороне и не сможет вырваться на оперативный простор.
 
В первом эшелоне армий прикрытия предполагалось развернуть 63 дивизии и 2 бригады. Во вторые эшелоны армий прикрытия выделялась 51 дивизия (большинство из них танковые и моторизованные). 45 дивизий резерва командующих округами должны были занимать оборону в оперативной глубине на удалении 100 — 150 км от границы с задачей задержать противника, если он сможет прорваться. Кроме того, на территории округов находились 11 дивизий, подчиненных непосредственно Наркомату обороны. Всего, таким образом, в приграничных округах предполагалось иметь 170 дивизий.
 
Для приграничных округов были разработаны планы приведения в боевую готовность и выдвижения войск из районов постоянной дислокации на рубежи развертывания. На Балтийском, Северном и Черноморском флотах, на Пинской и Дунайской флотилиях была отработана система  оперативных готовностей флота, то есть последовательный переход флота от готовности № 3 к готовности № 2 и № 1. По мере нарастания угрозы нападения по кодированному сигналу эта система готовностей приводилась в действие.
 
В обеспечении прикрытия границы важная роль отводилась укрепленным районам (УРам), расположенным на территории приграничных округов. В ноябре 1939 г. в связи с изменением западной границы было решено оставшиеся в тылу УРы упразднить, их боевые сооружения законсервировать. При этом намечалось развернуть строительство укрепрайонов у новой западной границы. С лета 1940 г. началось возведение 20 укрепленных районов, которые занимали две полосы обороны общей глубиной до 20 км. Для их сооружения было сформировано 84 строительных батальона, 25 отдельных строительных рот и 17 автомобильных батальонов. С апреля 1941 г. к строительству было привлечено 160 инженерных и саперных батальонов приграничных округов и 41 саперный батальон внутренних военных округов.
 
Строительство новых укрепленных районов велось высокими темпами. Но объем оборонительных работ был слишком велик, и промышленность не успевала обеспечивать строительство УРов материалами, оборудованием и вооружением. Поэтому оборонительные сооружения вводились в строй с опозданием, по упрощенной схеме, порой без достаточного вооружения.
 
К началу войны удалось построить около 2500 железобетонных сооружений (дотов), но из них лишь около 1000 получили артиллерию. В остальных устанавливались пулеметы.
 
Опыт начавшейся мировой войны показал возможность глубоких прорывов подвижных войск противника. Поэтому весной 1941 г. Главным Военным Советом было решено сохранить старые укрепленные районы как рубеж оперативной обороны и содержать их в боевой готовности. Однако к 22 июня привести старые УРы в полную боевую готовность не удалось.
 
Советское правительство проявляло большую осторожность в решении вопросов мобилизационного характера. И для этого были веские причины.
 
Реакционные круги западных держав стремились столкнуть Германию с Советским Союзом и таким способом ослабить Германию как своего конкурента, обессилить и даже уничтожить руками фашистов социалистическое государство. Естественно, что поступавшая с запада информация о подготовке нападения Германии на СССР воспринималась с подозрением, как возможная провокация.
 
В то же время политическое и военное руководство Советского Союза понимало, что военное столкновение с Германией неизбежно. 5 мая 1941 г. И. В. Сталин, выступая с речью на приеме выпускников военных академий, дал ясно понять, что германская армия является наиболее вероятным противником. Но поскольку Германия значительно увеличила свой военный потенциал в результате побед 1939 — 1940 гг., нужно было выиграть время для осуществления намеченных в конце 1940 — начале 1941 г. мероприятий по развертыванию, реорганизации и перевооружению армии и флота, по устранению недочетов в обучении войск.
 
Подготовку к отпору агрессору стремились проводить так, чтобы не дать Германии прямого повода к развязыванию военного конфликта.
 
Каждое решение о выдвижении войск на передовые рубежи по плану прикрытия тщательно взвешивалось. В связи с обострением общей обстановки Коммунистическая партия и Советское правительство с конца апреля 1941 г. в срочном порядке приняли меры к повышению боевой готовности  Советской Армии и Военно-Морского Флота. Скрытно от противника были проведены крупные мобилизационные мероприятия.
 
В мае — начале июня было призвано из запаса около 800 тыс. военнообязанных. Это позволило повысить укомплектованность личным составом почти 100 стрелковых дивизий, ряда укрепрайонов, частей ВВС и других войск. 13 мая Генеральный штаб отдал распоряжение о переброске из внутренних округов в приграничные 28 стрелковых дивизий и 4 армейских управлений (16, 19, 21 и 22-й армий). Две армии должны были войти в состав Киевского Особого военного округа, две другие — в состав Западного Особого военного округа. Кроме того, в Могилев прибыло управление 13-й армии.
 
Передислокация войск осуществлялась под видом выхода частей в лагеря, скрытно и без изменения обычного графика движения на железных дорогах. В конце мая Генеральный штаб дал указание командующим приграничными округами срочно приступить к подготовке фронтовых командных пунктов.
 
Как известно, в это время гитлеровское руководство широким фронтом вело дезинформационную кампанию, осуществляя под видом приготовлений к вторжению в Англию развертывание и сосредоточение войск для «восточного похода». При этом, чем ближе становился срок начала агрессии, тем правдоподобнее, по замыслу гитлеровцев, должны были выглядеть дезинформационные мероприятия. К штабам вермахта прикомандировывались переводчики, офицерам выдавались карты Англии и немецко-английские разговорники.
 
Хотя гитлеровское руководство проводило дезинформационную кампанию и маскировку развертывания войск довольно искусно, а подчас и успешно, ему не удалось скрыть непрерывно нараставших приготовлений к «восточному походу». Советская военная разведка и органы государственной безопасности в апреле и мае выявили сосредоточение крупных сил вермахта в Восточной Пруссии и на территории Польши, а также переброску германских войск в Финляндию. В начале июня стало известно о сосредоточении вблизи советской границы крупных группировок немецко-фашистской армии.
 
Перед нападением фашистской Германии на СССР международная обстановка была исключительно сложной, к тому же быстро меняющейся. В обильном потоке разнообразной, зачастую противоречивой информации разобраться сразу было крайне трудно. Причем империалистические разведки действительно не раз пытались спровоцировать СССР на войну, не брезгая ради этого самыми подлыми методами.
 
В сложившихся условиях Советскому правительству было исключительно важно окончательно выяснить намерения фашистской Германии. 14 июня было опубликовано сообщение ТАСС. В нем, в частности, говорилось: «...в английской и вообще в иностранной печати стали муссироваться слухи о «близости войны между СССР и Германией»... Несмотря на очевидную бессмысленность этих слухов, ответственные круги в Москве все же сочли необходимым... уполномочить ТАСС заявить, что эти слухи являются неуклюже состряпанной пропагандой враждебных СССР и Германии сил, заинтересованных в дальнейшем расширении и развязывании войны.
 
ТАСС заявляет, что: 1) Германия не предъявляла СССР никаких претензий и не предлагает какого-либо нового, более тесного соглашения, ввиду чего и переговоры на этот предмет не могли иметь места; 2) по данным СССР, Германия также неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз, ввиду чего, по мнению советских кругов, слухи о намерении Германии порвать пакт и предпринять нападение на СССР лишены всякой почвы, а происходящая  в последнее время переброска германских войск, освободившихся от операции на Балканах, в восточные и северо-восточные районы Германии связана, надо полагать, с другими мотивами, не имеющими касательства к советско-германским отношениям».
 
На это сообщение Германия не реагировала. Оно не было напечатано ни в одной немецкой газете и не комментировалось по радио. Само это игнорирование столь важного сообщения, в сущности, подтверждало данные советской разведки о готовящейся агрессии.
 
Публикация заявления ТАСС могла на какое-то время создать ошибочное представление о внешнеполитической обстановке и подлинных намерениях фашистской Германии. Но этот военно-политический зондаж позволил сделать вывод о непосредственной угрозе войны.
 
После заявления ТАСС выдвижение войск из внутренних военных округов в приграничные было ускорено. В течение 14 — 19 июня народный комиссар обороны дал указания командованию округов вывести с 21 по 25 июня фронтовые управления на полевые командные пункты. 19 июня были отданы приказы о маскировке аэродромов, воинских частей, важных военных объектов, окраске в защитный цвет танков и машин, а также рассредоточении авиации.
 
Фактически к 22 июня в первом эшелоне армий прикрытия западных приграничных военных округов находилось 56 стрелковых и кавалерийских дивизий и 2 бригады, то есть на 7 дивизий меньше, чем предусматривалось планом. Многие из них оставались в постоянных пунктах дислокации или в летних лагерях. Непосредственную охрану границы несли пограничные войска — 47 сухопутных и 6 морских пограничных отрядов, 9 отдельных комендатур и 11 полков оперативных войск НКВД общей численностью около 100 тыс. человек. Во втором эшелоне армий на удалении 50 — 100 км от границы располагалось 52 дивизии. В резерве округов оставалось 62 дивизии, но они были рассредоточены на фронте в 4,5 тыс. км и на глубину от 100 до 400 км.
 
К двадцатым числам июня войска фашистского блока закончили оперативное развертывание главных группировок для нападения на СССР. Для нанесения удара утром 22 июня 1941 г. в первом стратегическом эшелоне с учетом финских, венгерских и румынских войск было сосредоточено 157 дивизий (из них 17 танковых и 13 моторизованных) и 18 бригад (в том числе 5 моторизованных). Это была громадная, невиданная в истории армия вторжения.
 

* * *

С ростом военной опасности Коммунистическая партия, Советское правительство и советский народ развернули огромную работу по укреплению Вооруженных Сил. На основе опыта первых лет мировой войны и боевого опыта Советской Армии были конкретизированы и уточнены некоторые взгляды на характер боев и операций, использование различных видов вооруженных сил и родов войск. Началось осуществление мероприятий по мобилизационному развертыванию армии и флота. С 1 сентября 1939 г. по 21 июня 1941 г. численность Вооруженных Сил возросла более чем в 2,8 раза. Продолжалось ускоренными темпами техническое переоснащение войск. Были уточнены планы прикрытия государственной границы. Строились укрепрайоны и велась подготовка театров предстоящих военных действий. Пополнялись войска западных приграничных  округов, в их состав включались новые объединения Советской Армии. В глубине страны формировались стратегические резервы. Одновременно развивалась материальная база обороны страны, создавались новые образцы вооружения и боевой техники. Промышленность увеличивала выпуск военной продукции.
 
Выполнить колоссальную работу по реорганизации Советских Вооруженных Сил, укреплению границ и увеличению оборонного потенциала страны предполагалось к лету 1942 г. К моменту нападения фашистской Германии эта работа оказалась незаконченной. Завершать ее пришлось уже в ходе Великой Отечественной войны.
 

история второй мировой войны, вторая мировая война, Начало войны

По теме

  • Том 2. Глава 8. Внутреннее положение в странах двух капиталистических группировок
    Том 2. Глава 8. Внутреннее положение в странах двух капиталистических группировок
    Взаимоотношения Англии, Франции, США и Польши в конце 30-х годов обусловливались как империалистической внутренней политикой правящих кругов этих...
  • Том 5. Глава 4. Фашистский блок в условиях начавшейся затяжной войны
    Том 5. Глава 4. Фашистский блок в условиях начавшейся затяжной войны
    Провал немецко-фашистских стратегических планов, в основе которых была заложена идея «молниеносной войны», привел к банкротству и...
  • Том 1. Глава 1. Агрессивность империализма
    Том 1. Глава 1. Агрессивность империализма
    Первая мировая империалистическая война возникла в результате длительного развития противоречий капиталистической системы. Она была порождена ею,...
  • Том 4. Глава 7. Коммунистические партии в борьбе за сплочение народных масс против фашистской агрессии
    Том 4. Глава 7. Коммунистические партии в борьбе за сплочение народных масс против фашистской агрессии
    В Европе продолжало развертываться национально-освободительное, антифашистское движение Сопротивления. На борьбу против немецко-фашистских...
  • Том 5. Глава 12. Итоги военных действий советских Вооруженных Сил и развитие советской военной стратегии
    Том 5. Глава 12. Итоги военных действий советских Вооруженных Сил и развитие советской военной стратегии
    Этап второй мировой войны, охватывающий события весны, лета и осени 1942 г., был характерен особенно трудной и напряженной борьбой Советских...
  • Том 2. Глава 3. Мюнхенский сговор — прямой курс на развязывание войны
    Том 2. Глава 3. Мюнхенский сговор — прямой курс на развязывание войны
    Со второй половины 1937 г. развитие событий в капиталистическом мире, все более втягивавших человечество в войну, значительно ускорилось. Фашистские...
  • Том 4. Глава 11. Действия советского военно-морского флота на коммуникациях зимой 1941/42 г.
    Том 4. Глава 11. Действия советского военно-морского флота на коммуникациях зимой 1941/42 г.
    К зиме 1941/42 г. определились три направления морских сообщений между СССР и союзниками, по которым в Советский Союз поставлялось вооружение и...
  • Том 3. Глава 16. Вооруженные силы фашистской коалиции перед нападением на СССР
    Том 3. Глава 16. Вооруженные силы фашистской коалиции перед нападением на СССР
    Летом 1940 г. после успешного завершения кампании в Западной Европе вооруженные силы фашистской Германии по своей численности, технической...
  • Том 6. Введение
    Том 6. Введение
    Шестой том «Истории второй мировой войны 1939—1945» посвящен исследованию процессов и событий, которые происходили в социаль­но-экономической,...
  • Том 5. Глава 14. Военные действия на Средиземном море и в Северной Африке
    Том 5. Глава 14. Военные действия на Средиземном море и в Северной Африке
    Весной 1942 г. Средиземное море и Северная Африка по-прежнему были ареной вооруженной борьбы между Великобританией, с одной стороны, фашистской...
  • Том 4. Глава 3. Стратегическая оборона советских вооруженных сил. Часть 1. Обстановка на советско-германском фронте в июле 1941 г.
    Том 4. Глава 3. Стратегическая оборона советских вооруженных сил. Часть 1. Обстановка на советско-германском фронте в июле 1941 г.
    В середине июля 1941 г. обстановка на фронте для Советской Армии продолжала оставаться неблагоприятной. Боевые действия проходили в 120 км от...
  • Том 4. Глава 12. Борьба советских людей в тылу врага зимой 1941-42 г.
    Том 4. Глава 12. Борьба советских людей в тылу врага зимой 1941-42 г.
    Борьба советских людей в тылу немецко-фашистских войск уже в первую военную зиму развернулась почти на всей оккупированной врагом территории. Это...
  • Том 3. Глава 1. Нападение фашистской Германии на Польшу
    Том 3. Глава 1. Нападение фашистской Германии на Польшу
    Вечером 31 августа 1939 г. группа эсэсовцев ворвалась в здание радиостанции приграничного с Польшей города Глейвиц (Гливице). Инсценируя нападение на...
  • Том 2. Глава 2. Отпор народов империалистической агрессии
    Том 2. Глава 2. Отпор народов империалистической агрессии
    Вероломное нападение фашистской Италии на Эфиопию подняло народ страны на национально-освободительную борьбу против колонизаторов за...
  • Том 2. Глава 8. Внутреннее положение в странах двух капиталистических группировок
    Том 2. Глава 8. Внутреннее положение в странах двух капиталистических группировок
    Взаимоотношения Англии, Франции, США и Польши в конце 30-х годов обусловливались как империалистической внутренней политикой правящих кругов этих...
  • Том 4. Глава 14. Агрессия Японии на Тихом океане. Вступление США во вторую мировую войну.
    Том 4. Глава 14. Агрессия Японии на Тихом океане. Вступление США во вторую мировую войну.
    Война на Тихом океане - составная часть второй мировой войны - явилась результатом обострения империалистических противоречий, вы­званного усилением...
  • Том 3. Глава 15. Антикоммунизм и фашистская идеология на службе агрессии
    Том 3. Глава 15. Антикоммунизм и фашистская идеология на службе агрессии
    В планах войны против Советского Союза наряду с мобилизацией военно-экономических ресурсов и расширением фашистского блока гитлеровцы отводили важное...
  • Том 2. Глава 6. Народы мира против фашизма и войны
    Том 2. Глава 6. Народы мира против фашизма и войны
    После укрепления фашистских режимов в ряде стран Европы и образования очагов новой мировой войны ведущая роль международного рабочего класса в...