Том 1. Глава 9. Развитие антивоенного движения


325

1. Международный рабочий класс — ведущая антивоенная сила

Советский Союз в борьбе за мир не был одинок. Эту священную миссию он выполнял в тесном единении со всеми прогрессивными силами
планеты. Наиболее принципиальным, решительным и последовательным противником войны выступал международный рабочий класс и его авангард — коммунистические партии. Объективно в успехе антивоенного движения были заинтересованы самые широкие массы народа: крестьянство, ремесленники, мелкая буржуазия города, интеллигенция и все честные люди, понимавшие, какие ужасы может принести новая мировая война.
Выступления против военных авантюр господствующих классов — давняя традиция рабочего движения, которую целеустремленно развивают коммунисты. В программных документах I Интернационала, написанных К. Марксом и Ф. Энгельсом, многократно подчеркивалась необходимость решительной борьбы пролетариата против грабительских войн. «Если освобождение рабочего класса требует братского сотрудничества рабочих, — писал К. Маркс, — то как же они могут выполнить эту великую задачу при наличии внешней политики, которая, преследуя преступные цели, играет на национальных предрассудках и в грабительских войнах проливает кровь и расточает богатство народа?»
Развивая это положение, он говорил об обязанности рабочего класса «самому овладеть тайнами международной политики, следить за дипломатической деятельностью своих правительств и в случае необходимости противодействовать ей всеми средствами...». Когда же нет возможности предотвратить войну, то пролетариат призван объединяться для борьбы с ней, добиваясь того, чтобы «простые законы нравственности и справедливости, которыми должны руководствоваться в своих взаимоотношениях частные лица, стали высшими законами и в отношениях между народами.
Борьба за такую иностранную политику составляет часть общей борьбы за освобождение рабочего класса».
Антивоенное движение масс под знаменем рабочего класса явилось серьезным препятствием на пути империализма к первой мировой войне. Еще задолго до нее пролетариат провозгласил своей задачей предотвращение военной катастрофы. Однако засилье оппортунистов в большинстве  партий II Интернационала привело к тому, что решение этой задачи было сорвано. Когда же война разразилась, вожди большинства социал-демократических партий голосовали в парламентах за военные кредиты. Они заключили классовый мир с буржуазией и под лозунгом «защиты отечества» призывали трудящихся идти на фронт, стали открытыми союзниками и соучастниками «своей» империалистической буржуазии, ведущей грабительскую войну. Оппортунизм перерос в социал-шовинизм, сомкнулся с национализмом и милитаризмом.
В. И. Ленин и партия большевиков, сохраняя верность социализму и пролетарской солидарности, сплотили вокруг себя революционных интернационалистов других стран. Они высоко подняли знамя борьбы против разбойничьей мировой войны. Большевистская партия была первой политической партией, провозгласившей лозунги: превратить империалистическую войну в гражданскую, подготовить и осуществить революционный выход из нее, решительно «порвать с социал-шовинизмом и центризмом, создать новый, революционный Интернационал. Большевистская партия на практике показала, как надо сочетать борьбу за мир с борьбой за революцию. Ее тактика в 1914-1917 гг. стала образцом пролетарской тактики в условиях империалистической войны.
С победой Великой Октябрьской социалистической революции движение за мир слилось в политике и действиях международного пролетариата с борьбой в защиту Советского государства от посягательств империалистов. Это произошло потому, объяснял В. И. Ленин, что пролетарии других стран поняли: «...всякая победа международной буржуазии над Советской Россией означала бы величайшую победу всемирной реакции над рабочим классом вообще».
После первой мировой войны и поражения антисоветской интервенции, в период временной и частичной стабилизации капитализма, рабочий класс и его коммунистические партии бдительно следили за всеми уловками империалистических политиков, сознавая опасность новых грабительских войн. Во главе миролюбивых сил встали народы Советского Союза, руководимые Коммунистической партией. Именно она своим примером, опытом, последовательностью и непримиримостью к врагам мира вдохновляла антивоенное движение, обогащала его новыми традициями.
Появление на мировой арене Советского государства, образование коммунистических и рабочих партий, нарастание национально-освободительной борьбы в колониальных и зависимых странах привело к тому, что антивоенное движение приняло более массовый и боевой характер. Мощным фактором его усиления являлся рост численности рабочего класса в крупнейших капиталистических государствах — ведущей политической силы антивоенной борьбы. Если в начале XX века промышленный пролетариат Англии, США, Франции и Германии насчитывал в своих рядах 30 млн. человек, то к 30-м годам — более 60 млн. Удельный вес рабочих (включая семьи) в обществе составил: в США в 1929 г. — 65-66 процентов, в Англии в 1931 г. — 80, в Германии в 1933 г. — 68-71 процент.
Повысились авторитет и влияние коммунистических партий. Об этом свидетельствовал рост III Коммунистического Интернационала. Если к моменту его создания (март 1919 г.) в мире насчитывалось всего лишь несколько компартий и коммунистических групп, то в 1928 г. на конгрессе Коминтерна было представлено 57 партий. В их рядах в капиталистических странах находилось 445300 коммунистов. В 1935 г. Коминтерн объединял  уже 76 коммунистических партий и организаций, а число коммунистов в капиталистическом мире выросло до 785 тыс..
Коммунистические партии, опираясь на ленинские идеи и опыт ВКП(б), влияли на рабочий класс через массовые международные организации: красные и революционные профсоюзы, входившие в Красный интернационал профсоюзов (Профинтерн); организации Международной рабочей помощи (Межрабпом); Международную организацию помощи борцам революции (МОПР); комсомольские, объединенные в Коммунистический интернационал молодежи (КИМ); различные общества друзей Советского Союза и т. д. Они вели также работу в массовых пролетарских организациях, примыкавших к другим политическим течениям — социал-демократии, анархо-синдикализму и т. п. Передовые пролетарии — члены Революционной профсоюзной организации (РПО) — действовали в рядах реформистских профсоюзов многих стран, входивших в Международное объединение профсоюзов (Амстердамский интернационал), находившееся под влиянием социал-демократии и насчитывавшее в 1929 г. 13,8 млн. человек. Коммунисты имели некоторые позиции в организациях, входивших в анархо-синдикалистский интернационал профсоюзов, который объединял в 1933 г. более 1 млн. членов.
Повышение сплоченности и организованности пролетариата, усиление влияния коммунистических и рабочих партий способствовали активизации деятельности различных всемирных конгрессов и конференций, выступавших за мир, против угрозы войны. В ряде случаев такие международные форумы начали переходить с позиций отвлеченного пацифизма к более активной борьбе с конкретными виновниками и зачинщиками новых войн и вооруженных конфликтов. Ширилось антивоенное движение в отдельных колониях и зависимых странах.
Хотя коммунистические партии капиталистических стран еще не смогли завоевать на свою сторону большинство рабочего класса и во многих странах оставались малочисленными, они тем не менее имели устойчивые связи с трудящимися массами, активно участвовали в их борьбе за сохранение мира. Но более широким, чем организационное воздействие, было политическое влияние коммунистического движения. Его сила заключалась в том, что оно выступало с программой, отвечавшей коренным интересам широких слоев народа, и намечало путь борьбы против зарождавшейся войны.
В борьбе за объединение трудящихся против наступления буржуазии и ее военных авантюр большую роль играла выработанная в 1921 г. тактика единого рабочего фронта. Антивоенные задачи приобрели особенно важное значение во второй половине 20-х годов, когда ясно проявилась опасность подготовки империализмом новой мировой войны. На VIII пленуме Исполкома Коминтерна в мае 1927 г. были приняты тезисы «Задачи Коммунистического Интернационала в борьбе против войны и военной опасности».
В тезисах говорилось о росте милитаризма и фашистских тенденций в капиталистических странах, стремлении укрепить тыл для войны, об идеологической подготовке буржуазии к войне, намечалась тактическая линия коммунистических партий в борьбе против империалистической войны.
В 1928 г. на VI конгрессе Коммунистического Интернационала была выработана четкая и детальная программа борьбы против империалистической  войны. В решениях конгресса было записано: «Капитализм — вот причина войн новейшей истории», а также сказано, что при вооруженных столкновениях империалистических государств между собой пролетариат борется за поражение собственных правительств, добиваясь превращения империалистической войны в гражданскую. Такую же принципиальную позицию должен занять рабочий класс капиталистических стран в случае войны буржуазии против национально-революционного движения колониальных народов и в случае контрреволюционной войны империализма против пролетарской диктатуры. В то же время пролетариат поддерживает и ведет национально-революционные войны и войны социализма против империалистической агрессии, организуя оборону национальных революций и государств пролетарской диктатуры.
Конгресс отмечал, что в основе роста опасности новой империалистической войны лежит стремление капиталистических держав к уничтожению Советской власти в СССР и удушению китайской революции. «Но при обострении противоречий между самими империалистическими державами возможно также, прежде чем эта война возникнет, столкновение между двумя империалистическими группами государств в борьбе за мировую гегемонию».
Таким образом, марксистско-ленинский анализ международного положения позволил VI конгрессу Коминтерна еще за 11 лет до второй мировой войны предсказать возможный вариант ее возникновения, наметить программу антивоенного движения, выработать целый комплекс мер, которые коммунистическим партиям следовало осуществлять в борьбе против агрессии империалистических держав.
Коминтерн справедливо подчеркивал необходимость связывать антивоенное движение с классовой борьбой против капитала, но в то время он считал, что только свержением буржуазии в важнейших империалистических странах можно помешать развязыванию мировой войны. Вследствие этого в антивоенной платформе VI конгресса Коминтерна излишне заострялся удар против социал-демократии и пацифистских движений. Тем не менее выработанная программа действий против империалистической войны явилась важнейшим политическим документом, оказавшим огромное воздействие на последующий ход антивоенной борьбы.
Развитие событий в 20-е годы показывало, что социал-демократия как главная опора буржуазии в рабочем классе всеми силами стремилась сохранить капитализм, распространяла иллюзии о его «миролюбии» и тем самым прикрывала его агрессивность. Она ориентировалась на то, что международно переплетенный капитал якобы создает общность социальных интересов, возможность вечного мира между различными странами. Отрицая воинственность империализма, К. Каутский считал, что в Европе его «стремление к расширению» исчезло; если говорить о военном насилии, то в нем «индустриальный капитализм не нуждается».
В решении Марсельского конгресса Социалистического рабочего интернационала (август 1925 г.) социал-демократические теоретики предприняли попытку оправдать империалистическую агрессию. Ее корни они искали не в природе империализма, а в развитии национально-освободительного движения в колониальных и зависимых странах, а также в том, будто «Коммунистический Интернационал питает иллюзии, что освобождение рабочих может быть принесено на штыках победоносной Красной  Армии и что нужна новая мировая война, чтобы победила мировая революция». Так правые лидеры социал-демократии изменяли рабочему делу, переходя в вопросах войны и мира на идеологические позиции империалистической буржуазии.
На Брюссельском конгрессе Социалистического рабочего интернационала (август 1928 г.) вожди социал-демократии под давлением обстоятельств вынуждены были сказать о пороках капитализма, о присущих ему тенденциях, толкающих к войне, выступить с пацифистской программой разоружения. Но они продолжали удерживать рабочих, которые шли за ними, от решительной борьбы и по-прежнему клеветали на Советский Союз и Коминтерн. О. Бауэр, например, в своей речи заявил, что «большевики ориентируются сейчас на новые войны как источник новой революционной волны». Меньшевик Ф. Дан, называя советский строй «социализмом войны», ратовал за замену в СССР «режима диктатуры режимом республиканской демократии и политической свободы».
Курс социал-демократов на классовое сотрудничество с буржуазией в области внешней политики раскалывал международное рабочее движение, значительно ослаблял антивоенную борьбу трудящихся.
Как и ранее, в годы частичной стабилизации капитализма рабочий класс и его компартии являлись организаторами массовых выступлений трудящихся против военных акций капиталистических держав, использовали международные прогрессивные организации. Крупнейшим антивоенным выступлением явилась 900-тысячная политическая забастовка французских рабочих в октябре 1925 г. против колониальной войны империалистов в Марокко и Сирии. В ходе ее рабочее движение впервые в истории Франции проявило полную и безоговорочную солидарность с народами колоний, потребовав для них права на самоопределение.
Весной 1927 г. в ответ на провокации против Страны Советов и военное вмешательство англо-американских империалистов в Китае широко развернулась кампания под лозунгами «Руки прочь от Советской России!», «Руки прочь от китайской революции!». Как только стало известно о событиях в Китае, Политсекретариат ИККИ направил руководству компартий телеграмму, где говорилось: «Нет никаких сомнений, что заговор организован Англией, провоцирующей войну с СССР. Китайские порты занимаются империалистами. Положение крайне напряженное. Война против китайской революции налицо, грозит война против СССР. Все компартии обязаны поднять на ноги самые широкие массы, использовать все вспомогательные организации и молодежь. Категорически необходимо в кратчайший срок организовать массовые антианглийские демонстрации, по возможности перед английскими посольствами и консульствами. Где возможно, необходимы запросы в парламент, требования ясности в позиции правительства». В знак солидарности с советским народом в Лондоне прошла многотысячная демонстрация английских трудящихся, осудившая провокаторов и поджигателей войны.
В июне 1927 г. ЦК ВКП(б), учитывая обострение международной обстановки, вызванное разрывом Великобританией дипломатических отношений с СССР, обратился ко всем партийным организациям, ко всем рабочим и крестьянам с письмом, в котором призывал к бдительности.
На состоявшемся в Москве в ноябре 1927 г. Всемирном конгрессе друзей СССР было принято «Воззвание конгресса друзей СССР». В нем  посланцы 43 стран твердо заявили, что война против СССР будет рассматриваться как величайшее преступление против человечества.
Определенную роль в антивоенной кампании 1927 г. сыграли Межрабпом, а также Лига борьбы против колониального угнетения (Антиимпериалистическая лига). С их помощью в борьбу против империалистической войны вовлекались лучшие представители интеллигенции, многие деятели национально-освободительного движения.
Активно боролась против милитаризации страны компартия Германии. Когда правительство начало осуществлять программу расширения военно-морского флота, в стране по ее призыву развернулась кампания под лозунгом «Ни одного пфеннига для строительства броненосцев!». КПГ выступила в 1928 г. за проведение народного опроса против строительства броненосцев. К октябрю 1928 г. было собрано 1,2 млн. подписей.
Коммунисты всех стран стремились поднять на антивоенные выступления широкие рабочие и крестьянские массы. Они выступали с призывами, листовками, брошюрами, разоблачавшими империалистическую политику подготовки войны, объясняли трудящимся связь между их непосредственными требованиями и антивоенными лозунгами. В соответствии с решениями VI конгресса Коминтерна конференция 13 компартий, состоявшаяся 16 мая 1929 г. в Брюсселе под руководством западноевропейского бюро ИККИ, предложила ежегодно 1 августа проводить Международный день борьбы против империалистической войны и выработала формы антивоенной кампании. X пленум Исполкома Коминтерна (июль 1929 г.) утвердил это решение и рекомендовал компартиям «принять все необходимые подготовительные меры для того, чтобы придать выступлению международного пролетариата 1 августа против империалистической войны и в защиту СССР характер боевого смотра революционных пролетарских сил».
В качестве одного из главных лозунгов компартии выдвигали защиту Советского Союза от империалистического нападения. 1 августа 1929 г. во многих капиталистических странах, несмотря на полицейский террор, были организованы антивоенные демонстрации, забастовки, состоялись многочисленные митинги и собрания. Во Франции, например, в предместьях Парижа бастовало 8 тыс. рабочих автомобильного завода «Ситроен», 65 процентов рабочих района Сен-Дени, покинули шахты 70 процентов горняков Сент-Этьенна, бастовало около 90 процентов докеров в Бордо и Марселе. Забастовки проходили также в Лилле, Рубе, Руане, Нанси, Лонгви, Тулузе и других городах. В Труа со стачечниками текстильных фабрик братались солдаты кавалерийского дивизиона. Подводя итоги этим событиям, французская компартия в своем решении отмечала, что в важнейших районах страны рабочие поддержали ее призыв и что частично выступления охватили и провинцию.
Антивоенные демонстрации состоялись также в США, Англии, Германии, Польше, Румынии, Югославии, Греции, Аргентине и других странах. Однако Коминтерн и компартии оценили выступления 1 августа 1929 г. как частичный успех, поскольку движение не приняло должного размаха, не охватило всего пролетариата, связь с борьбой за единый фронт рабочих была еще слаба, а сеть антивоенных комитетов недостаточно широка. 
Компартии обращались с призывом к рабочим — членам социал-демократических партий и реформистских профсоюзов — создать единый фронт для борьбы за повседневные нужды трудящихся и против войны. Пролетарская печать уделяла большое внимание разоблачению империалистических планов правящих кругов Франции, Англии, Японии, вскрывала антисоветскую направленность проектов создания «пан-Европы», «Балканской федерации» и им подобных. Журнал «Коммунистический Интернационал» подчеркивал, что в сложных условиях роста капиталистических противоречий и обострения борьбы на мировой арене кампания по проведению международного антивоенного дня в 1930 г. должна «стать важнейшим задерживающим войну фактором, усилить и расширить сопротивление рабочего класса против всякой попытки империалистической войны и укрепить его волю к защите СССР»
1 августа 1930 г. состоялись демонстрации и забастовки, которые оказались более массовыми по сравнению с антивоенным днем предыдущего года. Но в результате репрессий буржуазных правительств, упорного противодействия социал-демократических лидеров, а также недостатков в организаторской работе коммунистических партий и отдельных проявлений сектантства в их рядах большинство рабочего класса все еще оставалось в стороне от активного участия в движении. «Узким местом боевого дня в 1929/30 г. было то, — писал «Коммунистический Интернационал», — что эти кампании часто имели характер узкопартийный, недостаточно мобилизовывали широкие рабоче-крестьянские массы». Коммунисты недооценивали силу связей социал-демократических рабочих с их лидерами. И когда коммунисты нацеливали удар в антивоенной кампании и против социал-демократии, не разделяя в нужной мере ее реакционных вождей и рядовых социал-демократических рабочих, то это, естественно, мешало созданию единого антивоенного фронта рабочих.
Конец стабилизации капитализма, развертывание жесточайшего кризиса 1929-1933 гг., усиление агрессивности империализма внесли новые моменты в антивоенную борьбу международного рабочего класса. Несомненной заслугой компартий было то, что они, учитывая новую обстановку, первыми во весь рост и во всем значении поставили вопрос о необходимости массовой мобилизации трудящихся за мир, против империалистической войны и начали упорную борьбу за создание широкого антивоенного фронта. Выдающуюся роль в этом сыграла ВКП(б). По ее инициативе, поддержанной другими компартиями, вопросы войны и мира обсуждались в марте — апреле 1931 г. на XI пленуме Исполкома Коминтерна в Москве.
С докладом «Об усилении военной опасности и задачах коммунистов» выступил М. Кашен. Он, как и участвовавшие в прениях Г. Димитров, Э. Тельман и другие, показал, что международная обстановка обострилась, что в империалистических странах Европы вынашиваются планы интервенции против СССР, при этом во главе различного рода антисоветских выступлений стоят правящие круги Франции. Остатки белогвардейского офицерства, укрывшегося за границей, указывалось на пленуме, постоянно финансируются империалистическими державами, готовятся для борьбы против Страны Советов. Приводились материалы об активной поддержке планов интервенции правящими кругами США.
Усиление милитаризма, а также рост вооружений в мире капитала определили антивоенный характер документов, принятых XI пленумом ИККИ. В частности, в его резолюции было записано: «Развертывающийся мировой экономический кризис вследствие борьбы империалистических  держав за рынки сбыта усугубляет все империалистические противоречия, придавая им особую остроту. Увеличивается опасность военных конфликтов между империалистическими державами. Но рост противоречий интересов империалистов не ослабляет, а, наоборот, обостряет опасность интервенционной войны против СССР».
Выступления всех участников пленума пронизывала мысль о необходимости усиления антимилитаристской работы. «Наш долг, — говорил М. Кашен, — развернуть мощное широчайшее движение против империализма, его убийств и разрухи, против неслыханной жестокости авиационной, химической и бактериологической войны, против массовой бойни, которая сейчас подготовляется и которая снова затопит человечество в океане крови». Г. Димитров указывал, что одних симпатий к Советскому Союзу еще недостаточно для предотвращения интервенции. Военная машина массового принуждения, подчеркивал он, «не останавливается перед пассивным нежеланием масс воевать, и... только активная революционная борьба масс под руководством компартии может задержать пуск ее в ход или, когда она в ходу, ее дезорганизовать». Выступавшие призывали популяризировать среди трудящихся капиталистических стран славные традиции антивоенной борьбы под лозунгом «Руки прочь от Советской России!», восстание французских моряков на Черном море в 1919 г. и другие исторические примеры пролетарской солидарности.
В решениях XI пленума подчеркивалось, что настала «необходимость усиления антимилитаристской работы коммунистических партий, и в особенности коммунистических союзов молодежи...». В его резолюции говорилось, что от активности компартий и каждого коммуниста зависит, «превратится ли сочувствие к рабочему классу СССР со стороны широчайших масс рабочих, трудящихся крестьян, угнетенных наций капиталистических стран в активную революционную борьбу против опасности войны и военной интервенции против СССР, или капиталистам удастся вновь повести трудящихся на братоубийственную войну».
Борьба рабочего класса и компартий за расширение фронта противников империалистической войны наталкивалась, как и прежде, на противодействие лидеров правых социал-демократов. Так, на IV конгрессе Социалистического рабочего интернационала в Вене, будучи не в состоянии отрицать возросшую опасность войны, они пропагандировали своп старый тезис о том, что ее угроза исходит от диктаторских режимов «красных или белых», то есть и от СССР. Председатель Исполкома этого интернационала Э. Вандервельде в своей речи пытался доказать, будто советский режим не может существовать без сильного милитаристского аппарата.
В то же время на Венском конгрессе были выступления, отражавшие взгляды и настроения передовой части социал-демократов, стремившихся к активной антивоенной борьбе. Представитель Независимой рабочей партии Великобритании Ф. Броквей предлагал движение против войны связать с борьбой против империализма и капитализма, а в случае ее развязывания выступить за свержение капитализма. Но эти предложения были отвергнуты конгрессом. 
Таким образом, в ответ на рост опасности войны активизировалось антивоенное движение широких слоев населения, во главе которого шел международный рабочий класс и его боевой авангард — Коминтерн. Возникновение очагов новой империалистической войны за передел мира выдвинуло перед революционным пролетариатом задачу создания широкого антивоенного фронта.

2. Борьба за создание антивоенного фронта 

в период возникновения очагов войны

Мировой экономический кризис 1929-1933 гг. положил конец временной стабилизации капитализма. Международная обстановка еще более обострилась. Вторжение в 1931 г. Японии в Маньчжурию и приход в 1933 г. к власти фашизма в Германии не оставляли сомнения в том, что капиталистический мир стремительно движется к новой большой войне.
В этот период усилилась революционная борьба пролетариата, трудящихся масс. Во многих странах возрастало влияние коммунистических партий.
Рабочий класс и его компартии выступали инициаторами образования антивоенных комитетов, стремились активизировать деятельность профсоюзов, союзов молодежи, Межрабпома, МОПРа, обществ друзей Советского Союза, прогрессивных обществ интеллигенции и т. д., организовывали революционные кружки допризывников, развертывали большую агитационно-пропагандистскую антивоенную работу. Во многих странах прошли многочисленные митинги под лозунгами: «Против угрозы войны!», «Война империалистической войне!», «На защиту Советского Союза!», «Долой японский империализм!» и т. д. Был создан международный комитет помощи Китаю во главе с Р. Ролланом и А. Барбюсом.
После нападения Японии на Китай состоялись массовые антивоенные демонстрации в Токио, Осаке, Иокогаме и некоторых других городах. В воззвании, с которым в сентябре 1931 г. КПЯ обратилась к трудящимся, провозглашались лозунги: «Прекратите производство оружия! Рабочие, крестьяне, безработные, организуйте стачки и демонстрации протеста против войны!», «Японские солдаты на фронте, братайтесь с китайскими солдатами!», «Защищайте революционный Китай и Красную армию! (Китая. — Ред.)», «Защищайте Советский Союз!», «Долой японский империализм!».
В связи с событиями на Дальнем Востоке особую опасность представлял курс японского милитаризма на паназиатизм, его пропаганда борьбы против «белого империализма», за создание «восточноазиатской сферы взаимного процветания». Такой курс определял политику Японии в отношении Маньчжурии, создания паназиатских экономических и политических блоков, политику, направленную в конечном счете против Китая и СССР.
Захват Маньчжурии, кровавые события в Шанхае, как и все злодеяния японских хищников, вызвали гнев и возмущение народов Азии, всего мира, подняли тысячи патриотов на борьбу с агрессией. Задачи КПЯ в этот период были сформулированы в одном из документов, разработанных совместно с Коминтерном. В нем говорилось: «Война неизбежно до крайности обострит классовые противоречия внутри страны. Она поставит перед японским пролетариатом и его компартией задачу соединить  борьбу против войны с борьбой за насущные интересы рабочих, крестьян и всех трудящихся, против экономического и политического их рабства с целью превращения империалистической войны в гражданскую, с целью революционного свержения буржуазно-помещичьей монархии».
Состоявшийся в августе — сентябре 1932 г. XII пленум ИККИ указал, что КПЯ обязана усилить свою работу в армии и на флоте, в особенности в Маньчжурии, вскрывать неразрывную связь между империалистической войной и непосредственной подготовкой военной интервенции против СССР, с одной стороны, и усилением военно-полицейской реакции и грабежа трудящихся масс в самой Японии — с другой.
С началом японской агрессии на Дальнем Востоке особенно сложные задачи встали перед Коммунистической партией Китая. Определяя их, Коминтерн нацеливал коммунистов на организацию массового антияпонского движения в Китае, на повсеместное вооруженное сопротивление захватчикам. Пленум отметил, что КПК и впредь должна «прилагать все усилия, чтобы обеспечить гегемонию пролетариата в массовом антиимпериалистическом движении в гоминьдановском Китае, применять широко и последовательно тактику единого фронта снизу в антиимпериалистической борьбе масс...».
С первых дней военных действий компартия Японии приступила к организации массовых демонстраций и собраний, к антивоенной кампании на предприятиях. Под ее руководством произошло несколько крупных стачек, которые приобрели политический, антивоенный характер. Усилиями коммунистов были созданы нелегальные кружки в университетах, колледжах. В мае и августе 1932 г. состоялись антивоенные демонстрации во многих деревнях. Большую работу вела партия среди солдат, вовлекая их в революционное движение.
В движение против войны включились и другие компартии Азиатского континента. В Индии компартия с 1925 по 1933 г. была фактически лишена единого руководства: все члены ЦК находились в тюрьмах. В 1933 г. был избран новый ЦК, который возглавил руководство партией в масштабе всей страны. В тесном содружестве с компартиями Японии и Китая, непрерывно увеличивая свои ряды, выступали против войны коммунисты Кореи, Тайваня.
Создание и укрепление партий нового типа — коммунистических партий — во многих странах Азиатского континента явилось шагом по пути консолидации сил народов Азии против японской агрессии, за предотвращение новой мировой войны, по пути развертывания национально-освободительного движения. Коммунисты стран Азии выступали против империализма как самоотверженные бойцы, не страшась репрессий и преследований. Там, где народ брался за оружие, они были в его первых боевых шеренгах. Под руководством компартий во многих странах Азии успешно проводились стачки, демонстрации, кампании против перевозок военных материалов для Японии.
Народы планеты, прекрасно понимая, что пограничная черта между миром и войной все более стирается, усилили движение против развязывания новой империалистической войны, против агрессивного курса японской военщины, против подготовки нападения на Советский Союз. 6 февраля 1932 г. было опубликовано совместное воззвание коммунистических партий Германии, Франции, Англии, Чехословакии и Польши, в котором подчеркивалась необходимость защиты Китая от угрозы раздела его империалистическими державами, усиления международной пролетарской  помощи антиимпериалистическому движению китайского народа. Воззвание призывало рабочий класс буржуазного Запада к борьбе против попыток империалистов организовать антисоветский военный поход.
По призыву коммунистических партий Европы, Америки во многих городах проходили антивоенные демонстрации, забастовки докеров, рабочих военных заводов, протестовавших против отправки оружия в Японию. Огромную помощь китайскому народу в его справедливой борьбе с японскими захватчиками оказал Комитет друзей Китая, созданный по инициативе компартий США, Англии, Голландии и других стран. Помимо сбора средств в помощь китайскому народу комитет руководил организацией бойкота японских товаров.
Таким образом, японское вторжение в Китай повсеместно вызвало активизацию революционных прогрессивных сил против подготовки империалистами новой войны, образования ее очага на Дальнем Востоке, попыток превратить Маньчжурию в плацдарм для нападения на первое в мире социалистическое государство.
В связи с быстрым ростом фашизма в Европе возрастала опасность войны. Самим ходом событий германский рабочий класс и его компартия выдвигались на передний край антивоенной и антифашистской борьбы.
Важное значение в это время имела идея созыва международного антивоенного конгресса, поддержанная Коминтерном. 27 апреля 1932 г. Политическая комиссия ИККИ создала подготовительную комиссию и направила компартиям соответствующее письмо. В международный инициативный комитет по подготовке конгресса вошли виднейшие прогрессивные деятели: А. Барбюс, М. Горький, Т. Драйзер, П. Ланжевен, Г. Манн, М. Андерсен-Нексе, Б. Рассел, Р. Роллан, генерал А. Сандино, Сен Катаяма, Э. Синклер, А. Эйнштейн и другие. В своем воззвании комитет призывал «всех женщин и мужчин, независимо от их партийной или профсоюзной принадлежности, все пролетарские, культурно-просветительные и социально-политические организации объединиться для проведения большого международного конгресса борьбы против войны».
Это было стремление сплотить против войны не только сторонников коммунистических партий, но и все партии и организации, заинтересованные в сохранении мира.
Однако секретарь Исполкома Социалистического рабочего интернационала Ф. Адлер (6 июля 1932 г.), а затем и бюро Исполкома интернационала (23 июля 1932 г.) выступили против созыва конгресса, квалифицировав его как «коммунистический маневр», задуманный якобы «прежде всего для борьбы с социалистическими партиями». Они одобрили решение тех партий, которые саботировали антивоенный конгресс и заявили, что «признают эту позицию правильной». Однако вожди социал-демократии вынуждены были учитывать рост в массах антивоенных настроений и симпатий к СССР. На заседании Исполкома Социалистического рабочего интернационала в Цюрихе 19-20 мая 1932 г. они впервые отметили угрозу антисоветской войны и заявили о солидарности рабочих с Советским Союзом, если на него будет совершено нападение. Социал-демократические партии обращались к собственным правительствам  с благими призывами проводить политику мира и разоружения. Они вели кампанию по сбору подписей под петицией о разоружении, чтобы представить эти подписи Лиге наций. Хотя эта кампания имела некоторое значение для создания антивоенного общественного мнения, в целом политика социал-демократии продолжала развертываться в русле буржуазного пацифизма, а правые лидеры социал-демократии, как и прежде, участвовали в антисоветских кампаниях и обвиняли СССР в агрессивных намерениях, помогая тем самым буржуазии и отвлекая внимание масс от действительных источников опасности войны.
Благодаря активной работе компартий, примыкавших к ним организаций и других прогрессивных объединений кампания за созыв всемирного антивоенного конгресса охватила более широкие массы, чем предшествовавшие кампании. Летом 1932 г. на антивоенных митингах и собраниях трудящиеся принимали резолюции против империалистической войны, избирали делегатов на конгресс, учреждали антивоенные комитеты, на базе которых образовывались районные, окружные и общенациональные комитеты. Их удалось создать даже во многих странах, где компартии находились на нелегальном положении. К началу конгресса действовало 35 национальных и более 1000 местных антивоенных комитетов.
Буржуазия изощрялась в клевете и нападках на участников движения. В ряде стран были запрещены антивоенные собрания и конференции. Швейцарские и английские власти не разрешили проведение конгресса в их странах.
Всемирный антивоенный конгресс состоялся 27-29 августа 1932 г. в Амстердаме. В его работе участвовали 2200 делегатов из 29 стран и сотни гостей. Наиболее многочисленными были делегации Германии — 759 человек, Франции — 585 человек и Голландии — 458 человек. Советской делегации было отказано в визах на въезд в Голландию, и ее членам пришлось обращаться к конгрессу по радио. Большинство делегатов конгресса — 1865 человек — рабочие, 249 — представители интеллигенции, 72 — крестьяне. По партийной принадлежности делегаты делились следующим образом: коммунисты — 830 человек, социал-демократы — 291, независимые социалисты — 24, представители других партий — 10 человек и свыше 1000 — беспартийные. Конгресс представлял более 30 млн. людей разного социального положения, разных политических взглядов, но стремившихся к миру и обузданию фашизма.
В своем докладе А. Барбюс подчеркнул, что главной целью конгресса, который открыт для всех партий, является объединение широких масс против империалистической войны, не только коммунистов, но и социал-демократов, членов профсоюзов, пацифистов — всех, кто выступает за мир.
Призывая крепить антивоенное движение, делегаты разоблачали подготовку империалистов к мировой войне и нападению на СССР, отвергали злостные выдумки о «красном империализме», высоко оценивали последовательную миролюбивую политику Советского Союза.
Манифест Амстердамского антивоенного конгресса призывал создать «коллективную массовую преграду против войны». В нем говорилось: «Конгресс видит спасение только в единстве действий рабочих, крестьян и всех эксплуатируемых и угнетенных на земном шаре». Он подчеркивал жизненную необходимость «создать единый фронт всех угнетенных во всем мире» и призывал массы как «единственно непреодолимую силу в ужасающем хаосе современности подняться сомкнутыми дисциплинированными  рядами против этого хаоса и возвысить против него свой мощный голос»
Закрывая конгресс, А. Барбюс подвел его важнейшие итоги: «Его сила и достоинство в том, что он, избежав ужасной западни официального пацифизма, сеющего иллюзии и обращающего здоровые силы к бесплодному теоретизированию, оторванному от действительности... свел вопрос о войне на землю, рассматривая его как вопрос о людях, истекающих кровью».
Для руководства борьбой за мир Амстердамский конгресс создал постоянный Всемирный комитет борьбы против войны из 115 человек, в который вошли А. Барбюс, Д. Бернал, П. Вайян-Кутюрье, М. Горький, Г. Мильоли, Р. Роллан, Сен Катаяма, Е. Стасова, К. Цеткин, Н. Шверник, А Эйнштейн и другие.
Несмотря на то что на работе и в решениях конгресса еще сказывалось чрезмерное заострение удара против официальной линии социал-демократии и чувствовалось влияние некоторых сектантских установок, основные положения, провозглашенные в Амстердаме, отвечали интересам мобилизации всех антивоенных сил.
Состоявшиеся во время конгресса профсоюзная и женская конференции, совещания крестьянских делегатов, пацифистов, молодежи, писателей, врачей прошли под его влиянием. Они также сказали свое решительное «нет» империалистической войне.
Большое внимание задачам антивоенной борьбы уделил XII пленум Исполкома Коминтерна. В основном докладе, с которым выступил О. Куусинен, отмечалось дальнейшее усиление военных приготовлений капиталистических держав; попытки германских монополистов войти в число империалистических хищников, грабящих мир; направленность агрессивных планов прежде всего против СССР и Китая; наметившееся стремление империалистов взять Страну Советов в клещи с востока и запада.
XII пленум ИККИ с особой силой подчеркнул задачу защиты СССР и китайской революции, призвал компартии активизировать борьбу против угрозы империалистической войны, активно реагировать на все антисоветские кампании, популяризировать мирную политику СССР, систематически вести идеологическую борьбу против шовинизма и национализма и его крайней формы — фашизма, пропагандировать пролетарский интернационализм, разоблачать каждое мероприятие по подготовке войны. Конкретно указывалось на значение тактики единого фронта, с помощью которой компартии могли вовлечь в антивоенное движение безработных, молодежь, женщин, крестьян и всех, кто хотя и не разделял взглядов коммунистов, но был готов противостоять империалистической бойне.
Коминтерн и компартии стремились развивать антивоенное движение на широкой социальной основе. Подводя итоги Амстердамского конгресса, журнал «Rundschau» (орган ИККИ) в передовой статье писал: «Речь идет не о деле одной партии, а о действительно массовом движении, охватывающем все силы, желающие вести борьбу против империалистической войны»
Политсекретариат ИККИ рекомендовал придать органам, созданным Амстердамским конгрессом, широкий непартийный характер и «руководить  и влиять на них методом убеждения».Это указание стало проводиться в жизнь. Только в последние месяцы 1932 г. прошли Международная конференция за мир делегатов от предприятий и профсоюзов в Амстердаме, конгресс Международной лиги женщин за мир и свободу в Гренобле. Усилилось движение по созданию антивоенных комитетов и проведению национальных конгрессов в защиту мира, за сплочение антифашистов.
Характерным примером интернациональной солидарности были действия компартий Франции и Германии. В мае 1932 г. ЦК КПГ призвал к развертыванию кампании «Антифашистского действия», а в июле в Берлине состоялся антифашистский конгресс единого фронта. В октябре компартии Германии и Франции опубликовали совместную декларацию, которая призывала трудящихся этих стран объединить усилия против шовинизма и националистической пропаганды, против фашизма. 31 октября 1932 г. в Париже в зале Булье состоялся грандиозный интернациональный митинг, на котором выступили М. Торез и Э. Тельман, нелегально прибывший во Францию.
ФКП, КПГ и другие европейские коммунистические партии разоблачили сговор западных держав в Женеве в конце 1932 г., когда под видом попытки восстановить Германию в равных правах эти державы позаботились прежде всего о ее равных правах на вооружение и помогли тем самым развязать руки германскому милитаризму. Тогда, 30 декабря 1932 г., близ Эссена (Германия) представители коммунистических партий Австрии, Англии, Бельгии, Германии, Италии, Люксембурга, Польши, Франции и Чехословакии собрались на конференцию. Она приняла решение усилить работу по интернациональному сплочению трудящихся, развернуть мобилизацию масс против производства и перевозки военных материалов в связи с возросшей опасностью военной интервенции против СССР и нападением Японии на Китай, укрепить и расширить связи между компартиями, организовать международные митинги и пограничные встречи трудящихся против войны.
Особенно жгучей стала проблема создания широкого фронта антивоенных сил с приходом к власти в Германии фашистов и возникновением очага войны в Европе. Коминтерн предупреждал, что правительство Гитлера является правительством беспощадной борьбы не только против германского пролетариата, но и против мирового социализма, это есть «правительство подготовки реваншистской войны германского империализма против Польши и Франции и провокаций против СССР...». Коммунисты разъясняли массам, что германский фашизм ставит своей целью войну и является «носителем империалистической войны». Они указывали, что с установлением фашистской диктатуры в Германии возникли новые трудности в борьбе за предотвращение империалистической войны, поэтому необходима еще более энергичная и настойчивая мобилизация сил трудящихся.
Одной из форм интернационального сплочения трудящихся стали антивоенные встречи, организуемые по инициативе компартий. Например, в сентябре 1933 г. состоялась встреча польских, чешских и немецких горняков и металлистов близ Моравска-Остравы. В октябре 1933 г. в Меце (Франция) делегаты железнодорожников Франции, Бельгии и Саара обсуждали  меры борьбы против войны, в частности вопрос о бойкоте перевозок для Японии, Германии, Австрии, Польши.
Рабочие-коммунисты, члены массовых организаций, примыкавших к Коминтерну, вместе с другими сторонниками мира кропотливо и настойчиво вели работу по расширению сети антивоенных комитетов, участвовали в организации и проведении национальных антивоенных конгрессов. Во Франции, где антивоенное движение достигло наибольшего размаха, к весне 1933 г. существовало уже около 500 местных комитетов.
В начале марта 1933 г. в Лондоне проходил национальный антивоенный конгресс, в работе которого участвовало 1500 делегатов, представлявших 1,5 млн. рабочих. Он выразил волю передовых слоев английских трудящихся к борьбе против империалистической войны. Делегаты восторженно встретили телеграмму команды парохода «Стенливиль», которая отказалась везти военный груз в Японию. В том же месяце провели конгресс в Монтевидео южноамериканские борцы против войны.
В апреле 1933 г. в Копенгагене состоялась Скандинавская рабочая конференция, 400 делегатов которой представляли 35 профсоюзных организаций и другие рабочие союзы Дании, Швеции, Норвегии, Финляндии, Исландии. В июне 1933 г. прошли антивоенные конференции в Голландии и Болгарии.
Большую роль в развертывании движения против войны и фашизма сыграл Европейский антифашистский конгресс, состоявшийся 4-6 июня 1933 г. в Париже в зале Плейель. В его подготовке активно участвовали многие организации. 3500 делегатов конгресса от всех европейских стран представляли более 3 млн. трудящихся — коммунистов, часть социал-демократов, передовую интеллигенцию и широкие слои беспартийных.
В основе решений конгресса лежала идея образования единого фронта на базе сплочения всех антифашистов и противников войны без различия партийной, профсоюзной и религиозной принадлежности. Конгресс сделал многое для разоблачения фашистского террора в Германии и агрессивных устремлений правительства Гитлера. В принятом им документе отмечалось, что наступление фашизма означает непосредственный переход к империалистической агрессии и борьба с ним тесно переплетается с борьбой против войны. Поручалось «в целях объединения всех сил против фашизма и войны установить тесные деловые отношения между антифашистскими комитетами и комитетами борьбы против войны».
Созданный конгрессом антифашистский Центральный комитет стал инициатором многих антифашистских и антивоенных кампаний: бойкота немецких судов в портах, демонстраций протеста перед германскими посольствами и консульствами, засылки марксистской литературы в Германию и т. д. Антифашистские комитеты и комитеты борьбы против войны все чаще действовали совместно. Позднее П. Тольятти писал, что «со времени конгресса в зале Плейель началось движение, которое, не будучи связано с какой-либо партией, создало по крайней мере в одной стране — во Франции почву, на которой рабочие и низовые функционеры социал-демократических партий и реформистских профсоюзов стали сближаться с коммунистическими рабочими и руководящими кадрами компартии». 
В августе 1933 г. антифашистский ЦК и Всемирный комитет борьбы против войны объединились во Всемирный комитет борьбы против войны и фашизма. Возглавляемое им движение, известное под названием амстердамско-плейельского, ставило своей задачей сплотить всех антифашистов и противников империалистической войны на базе единого фронта.
Заметным явлением в международной антивоенной борьбе стал Американский конгресс против фашизма и войны, состоявшийся в Нью-Йорке 29 сентября — 1 октября 1933 г. На нем присутствовало более 2600 делегатов из 35 штатов. Прибывший на конгресс А. Барбюс обратился со страстным призывом к американским трудящимся «присоединиться к движению против фашизма и империалистической войны». Конгресс образовал Американскую лигу против войны и фашизма. Через год лига, несмотря на выход из нее некоторых организаций, сумела созвать второй конгресс, делегаты которого представляли 1 807 тыс. американцев.
В сентябре — октябре 1933 г. состоялись Дальневосточный антивоенный конгресс в Шанхае, Австралийский антивоенный конгресс, в котором участвовали делегаты от 340 различных организаций, Всемирный конгресс молодежи против войны, собравший 1100 делегатов из 34 стран, Международная студенческая конференция против войны и фашизма и другие.
В большинстве стран прокатилась мощная волна собраний, митингов и демонстраций протеста против гитлеровского террора. В декабре 1933 г., когда фашистский суд в Лейпциге готовил приговор над Г. Димитровым, в Париже бывали дни, в течение которых в рабочих районах происходило по 20 демонстраций. Движение вовлекло не только коммунистов, но и рабочих — социал-демократов, членов реформистских и христианских профсоюзов. Значительные силы интеллигенции стали активными участниками антифашистской и антивоенной борьбы.
В условиях наступления фашизма, с одной стороны, и роста антивоенного движения трудящихся — с другой, правосоциалистическим лидерам становилось все труднее игнорировать изменения в настроении и психологии масс. На парижской сессии Исполкома Социалистического рабочего интернационала в августе 1933 г. они были вынуждены признать поворот рядовых социал-демократов к борьбе против военной опасности, во много раз усиленной фашизмом. Левое течение, представленное на сессии группами левых социалистов Франции, Италии, Австрии, молодежных социалистических организаций Испании и Бельгии, потребовало соглашений с коммунистами для практических действий против фашизма и войны. Их выступления свидетельствовали о том, что в социал-демократических низах росло стремление к единству действий с коммунистами. Однако вожди Социнтерна категорически отвергли это. Ф. Адлер заявил: «Как мы это делали и до сих пор, мы будем изо всех сил сопротивляться любым маневрам единого фронта в любой форме, проводимым Москвой».
Коммунисты, сознавая свою роль и ответственность перед человечеством, настойчиво проводили антивоенную политику. На XIII пленуме Исполкома Коминтерна (1933 г.) были сделаны новые важные выводы, в частности сформулировано положение о том, что своей борьбой пролетариат  способен задержать войну. «...Мирная политика Советского Союза, — говорилось в докладе О. Куусинена, — может если не вообще предотвратить войну, то все же значительно затруднить военную политику империалистических врагов СССР и, возможно, даже несколько отсрочить начало этой войны, прежде всего при условии активной и действенной поддержки его мирной политики пролетариатом капиталистических стран». Пленум выступил против фаталистического тезиса о невозможности помешать империалистической войне, выдвинул мысль о революционном влиянии борьбы за мир и содействии ее росту и укреплению сил социализма.
В соответствии с выводами ВКП(б) и других компартий пленум назвал главные очаги войны — Японию и Германию. В его документах отмечалось, что Лига наций, из состава которой вышли Япония и Германия и которую собиралась покинуть Италия, при определенных условиях может содействовать борьбе с поджигателями войны. Серьезно ставился вопрос о том, чтобы компартии научились до конца разоблачать буржуазную клевету на внешнюю политику СССР, раскрывать перед массами миролюбивый характер его мероприятий.
Наряду с этим Коминтерн еще не осуществил поворот к тому, чтобы на первый план выдвинуть борьбу с военной опасностью, продолжая ориентироваться на непосредственно социалистические революции. Признание необходимости социалистической революции и диктатуры пролетариата отличает каждого коммуниста и подлинного революционера от реформистов и соглашателей, но речь шла о другом. Жизнь выдвигала на первый план антифашистские, антивоенные, общедемократические задачи, через решение которых лежал путь к социалистическому этапу борьбы. В то же время большинство трудящихся, антифашистов в капиталистических странах еще не было готово бороться за свержение капитализма, но было кровно заинтересовано в борьбе против фашизма и войны.
XIII пленум ИККИ по-прежнему заострял удар против социал-демократии, что сужало возможности создания широкого антивоенного фронта. Тем не менее выводы XIII пленума по вопросам борьбы с войной, о классовой сущности фашизма содержали уже зерно новых важных решений, направленных на объединение сил, боровшихся против фашизма и войны.
В связи с быстрым ростом фашизма в Германии компартия призывала массы сплотиться, разъясняя им, что «Гитлер — это война», что его приход к власти означает для страны национальную катастрофу. Немецкий рабочий класс широко поддерживал КПГ, которая на выборах в рейхстаг в ноябре 1932 г. получила около 6 млн. голосов. Однако в Германии — на одном из решающих участков фронта борьбы против фашизма и войны — прежде всего из-за социал-демократической политики раскола пролетарского движения, несмотря на героизм и самоотверженность коммунистов, не удавалось сплотить всех антифашистов, которые смогли бы противостоять силам мракобесия, реакции и милитаризма.
Таким образом, события в Германии вскрыли основные факторы, мешавшие антифашистскому и антивоенному сплочению масс. Фашистский террор привел к тому, что позиции КПГ были значительно ослаблены. Все попытки германских коммунистов добиться единства действий с другими партиями и организациями наталкивались на сопротивление правых социал-демократов, которые своими действиями способствовали сохранению раскола рабочего класса, а следовательно, и упрочению гитлеровской фашистской диктатуры. 

3. Поворот компартий к новым формам борьбы
К середине 30-х годов нараставшая опасность второй мировой войны потребовала от коммунистов новой стратегической ориентировки. Возникла объективная необходимость развертывания дальнейшей борьбы за единый антифашистский фронт для сохранения мира.
ЦК КПГ с первых дней установления фашистской диктатуры дал правильную оценку ее классовому характеру, агрессивной сущности ее внешней и внутренней политики. В качестве ближайшей цели был выдвинут лозунг свержения фашистской диктатуры единым фронтом рабочего класса и его союзников.
В конце января и в феврале 1933 г. по всей Германии прошли рабочие демонстрации, в которых участвовали коммунисты, социал-демократы, члены профсоюзов, выступавшие против гитлеровского режима. Борьба за создание антифашистского фронта осложнялась тем, что после провокационного поджога рейхстага начались широкие репрессии против коммунистов и всех противников гитлеровского режима. Сохранение КПГ в тех условиях являлось важнейшей предпосылкой развертывания движения прогрессивных сил германской нации против превращения фашистского, государства в главный очаг второй мировой войны.
В обстановке глубокой нелегальности и постоянных ударов по кадрам партии, по ее руководящим и низовым организациям КПГ развернула героическую борьбу за свое существование, приспосабливала организационную структуру и формы руководства к изменившимся условиям.
В середине мая 1933 г. политбюро приняло решение организовать, в Париже заграничное бюро в составе Ф. Далема, В. Флорина и В. Пика. В его задачи входило издание центрального органа партии газеты «Роте Фане», обеспечение переходов через границу и налаживание работы эмигрировавших немецких коммунистов, поддержание связи с ИККИ и содействие совместно с братскими партиями развертыванию движения солидарности с немецкими антифашистами.
В состав руководства, оставшегося внутри страны, вошли Д. Шер, Г. Шуберт, Ф. Шульце и В. Ульбрихт. Они направляли работу партийных организаций и антифашистское движение Сопротивления. Члены политбюро, находившиеся в Париже и Берлине, поддерживали с ними тесную связь. Партия сумела наладить контакт и с Тельманом, который, находясь, в застенках тюрьмы Моабит в Берлине, оказывал посильную помощь советами и рекомендациями.
Осенью 1933 г. руководство КПГ приняло решение в целях безопасности переправить в Париж часть членов партийного аппарата, оставшихся в стране. Из руководителей партии в Германии был только Д. Шер, в задачу которого входило сформировать подпольное руководство партии. Орган политбюро, находившийся в Париже, направлял работу партийных организаций в Германии с октября 1933 г. по март 1935 г.. Осенью 1933 г. в стране насчитывалось 48 местных партийных округов.
Большую помощь КПГ при ее переходе на нелегальное положение оказали ВКП(б) и другие братские партии. Они передали ей богатый опыт подпольной работы. Кадры КПГ для работы внутри страны обучались, в международной ленинской школе Коминтерна. Коммунистические партии Чехословакии, Швейцарии, Франции, Бельгии, Голландии и Дании, оказывали помощь в создании опорных баз КПГ на границах Германии. и в организации переходов через границу. 
После поджога рейхстага представители политбюро ЦК КПГ вновь пытались установить связь с руководством СДПГ и Объединения профсоюзов. Попытки ни к чему не привели. В Центральном совете профсоюзов их вообще не приняли, а правление СДПГ заявило, что совместные действия с КПГ нецелесообразны, поскольку они ставят под угрозу легальность партии. Такая линия правления в обстановке фашистского террора вела к тому, что многие низовые социал-демократические организации начали распадаться. Значительная часть членов СДПГ, разочаровавшись в своих руководителях, прекратила всякую политическую деятельность.
Борясь за реализацию стратегии и тактики, которая велась в масштабе международного коммунистического движения, ответственные работники Коминтерна всемерно поддерживали марксистско-ленинские силы в руководстве КПГ. Так, ИККИ, его президиум, секретариат и политические комиссии много раз обсуждали вопросы антифашистской борьбы в Германии и давали ценные советы. В выступлениях Г. Димитрова с конца сентября по конец декабря 1933 г. в фашистском имперском суде, где ему было предъявлено ложное обвинение в поджоге рейхстага, анализировалась политическая обстановка в Германии, указывались причины установления фашистской диктатуры в стране, разоблачалась нацистская клевета на коммунистическое движение. «Массовая работа, массовая борьба, массовое сопротивление, единый фронт и никакого авантюризма — вот в чем заключается альфа и омега тактики коммунистов», — говорил он в одном из своих выступлений.
Осенью 1934 г. Г. Димитров рассказал о своем отношении к клеветническому обвинению коммунистов в поджоге рейхстага. «В ходе полицейского разбирательства, а также при судебном расследовании моя позиция была следующей: прежде всего я стремился политически опровергнуть обвинение в связи с поджогом рейхстага и разъяснить, что такой поступок не могут совершить коммунисты, что это может быть делом рук провокаторов или политических безумцев. Поджог рейхстага является покушением на немецкий рабочий класс и направлен против коммунистической партии. Отсюда следует и фактически и политически, что я лично, как коммунист, и особенно как руководящий болгарский коммунист, не мог иметь ничего общего с этим делом и фактически не имел ничего общего».
Кампания, связанная с лейпцигским процессом, защитой обвиняемых на нем коммунистов, явилась важным моментом борьбы КПГ против фашизма.
Лейпцигский процесс стал судом над германским фашизмом. В этом была заслуга Г. Димитрова. Закованный в наручники, лишенный информации о событиях в мире, он сумел превратить скамью подсудимых в трибуну антифашистской борьбы, проявил себя как революционер безграничного мужества, блестящий полемист и оратор. В те дни имя Димитрова для миллионов людей стало символом стойкости и бесстрашия коммунистов, символом борьбы против фашизма.
Лейпцигский процесс получил широкий отзвук во всем мире, способствовал активизации антифашистских сил в Германии и во многих других странах. Коммунисты, социал-демократы, члены профсоюзов, а также прогрессивные представители интеллигенции активно выступили в защиту Г. Димитрова и требовали его освобождения. Всемирный конгресс в защиту жертв фашизма издал в 1933 г. «Коричневую книгу о поджоге рейхстага  и о гитлеровском терроре», а в следующем — «Коричневую книгу — Димитров против Геринга. Разоблачения истинных поджигателей». Они были переведены на различные языки и распространялись во многих странах, в том числе нелегально и в Германии.
В конце июля 1934 г. пленум ЦК КПГ выработал резолюцию, которая нацеливала партию на создание единого антифашистского фронта трудящихся. В качестве конкретных мер рекомендовалось договариваться с социал-демократическими организациями о совместной борьбе, проявлять инициативу в развертывании кампании за восстановление свободных профсоюзов, вести работу среди членов массовых фашистских организаций, налаживать контакты со средними слоями населения.
При выполнении этих решений КПГ столкнулась с серьезными рецидивами сектантства и «левого» доктринерства, которые мешали делу создания народного фронта борьбы против Гитлера. В январе 1935 г. политический секретариат ИККИ рекомендовал членам политбюро ЦК КПГ, представителям руководства внутри страны, членам берлинской парторганизации и Коммунистического союза молодежи Германии обсудить поведение сектантских элементов и тем самым помог КПГ восстановить коллективность партийного руководства. Предлагалось выработать и осуществить меры по сотрудничеству с социал-демократическими группами и организациями, а также еще раз попытаться достичь договоренности с эмигрантским правлением СДПГ в Праге о совместных действиях против фашистской диктатуры.
В 1935 г. КПГ вновь понесла тяжелые потери. Была прервана связь с местными организациями, явки и нелегальные квартиры провалены. По данным КПГ, из 422 функционеров, членов центрального и окружных комитетов, руководителей массовых организаций партии было арестовано 219 и убито 24 человека. Создать новое партийное руководство внутри страны оказалось невозможным, поскольку не было достаточного количества подготовленных кадров, а гестапо усилило слежку за всеми подозреваемыми в принадлежности к КПГ. В соответствии с новым распределением обязанностей внутри политбюро руководство партийными организациями в Германии было возложено на Ф. Далема и В. Ульбрихта, находившихся в Праге. Остальные члены политбюро переехали в Москву, которая стала местом пребывания руководства партии.
На смену антифашистам, схваченным гестапо, приходили новые борцы. Классовое сознание и высокий моральный дух коммунистов, основанные на марксистско-ленинской закалке и партийном воспитании, проявлялись в непрекращавшемся сопротивлении гитлеризму даже тогда, когда в организации оставалось несколько человек, не имевших связи с другими группами и партийным руководством.
Известный немецкий поэт Иоганнес Бехер написал стихотворение «Где была Германия...». Отвечая на этот вопрос, он подчеркнул, что лучшие люди Германии были тогда в тюрьмах и концентрационных лагерях. И далее он продолжал:
Но в камерах тюремных, в казематах,
Где трупы изувеченных, распятых
Безмолвно проклинают палачей
И где к отмщенью призывает жалость,
Там новая Германия рождалась,
Там билось сердце родины моей! 
Несмотря на большие потери, Коммунистическая партия Германии продолжала действовать. Партийные организации завершили переход на нелегальное положение, переформировали свои силы и вели антифашистскую борьбу, используя самые разнообразные методы и формы. В контакте с социал-демократами, беспартийными рабочими, крестьянами и другими трудящимися они создавали нередко общие ячейки и группы Сопротивления.
Самоотверженная борьба коммунистов против фашистского режима способствовала формированию подпольного Народного фронта, что отвечало установкам Коминтерна. К этому фронту примыкала и часть социал-демократов, не согласная с капитуляцией их руководства перед фашизмом. От имени сторонников Народного фронта, выступавшего за мир, свободу и хлеб, в декабре 1936 г. подпольно было издано «Обращение к немецкому народу». Под ним стояли подписи коммунистов — В. Пика, В. Флорина, В.Ульбрихта, Ф. Далема, В. Мюнцбергера, социал-демократов — В. Брандта, Р. Брейтшейда и выдающихся представителей прогрессивной интеллигенции — Л. Фейхтвангера, А. Цвейга, Г. Манна
В феврале 1934 г. произошла попытка фашистского переворота во Франции, которая была сорвана решительными действиями рабочего класса, сплотившего вокруг себя подавляющее большинство народа. Коммунисты увидели в этом факте благоприятные возможности для новых усилий в деле объединения противников фашизма и войны на общедемократической платформе.
Благодаря Французской коммунистической партии и ее умелому подходу к рабочим-социалистам, проявлявшим все большую тягу к совместным антифашистским выступлениям, в июле 1934 г. был заключен пакт о единстве действий коммунистической и социалистической (СФИО) партий. ФКП пошла навстречу многим пожеланиям СФИО, но добилась главного: обе партии обязались принять действенные меры против фашизма и реакции. Впервые после длительной и острой борьбы коммунисты и социалисты пришли к соглашению, которое оформило единый рабочий фронт, нацеленный против фашизма.
Серьезным уроком для прогрессивных сил, международного рабочего движения послужили события 1934 г. в Австрии. Ее компартия предупреждала, что в стране растет фашистская опасность и против нее необходимы совместные действия всех рабочих. Но силы компартии были слабы, поскольку социал-демократы вели за собой большинство рабочего класса и долгое время твердили, что надо лишь тогда действовать, когда придет время, удерживали пролетариат от массовых выступлений против наглевшего фашизма.
В феврале 1934 г., когда события дошли до острого вооруженного столкновения трудящихся с фашизмом, центристская социал-демократия оказалась не в состоянии организовать отпор. Баррикадные бои австрийского пролетариата окончились его поражением. Если на примере Франции рабочие всего мира убедились в возможности успешного отпора фашизму, то события в Австрии показали, насколько пагубна реформистская политика уклонения от решительной борьбы. В то же время в результате этих событий низы социал-демократии начали осознавать необходимость единства действий и сотрудничества с коммунистами, вплоть до вооруженной борьбы против фашизма.
Всеобщая забастовка в октябре 1934 г. в Испании, особенно восстание рабочих в Астурии, подтвердила жизненную силу солидарности рабочих в борьбе с фашизмом, необходимость преодоления сектантства, цеховщины, претензий на монопольное руководство движением, характерных  для анархистов и социал-демократов. Практика доказала возможность единого фронта коммунистов, социалистов и анархо-синдикалистов.
Поворот к политике единого рабочего фронта, основанного на антифашистской платформе, совершала и коммунистическая партия Италии, которая в августе 1934 г. добилась соглашения о единстве действий с социалистами. Борьба за единый фронт становилась характерной чертой стратегии и тактики коммунистических партий других капиталистических стран Европы.
Во время подготовки VII конгресса Коминтерна коммунисты творчески пересматривали устаревшие взгляды, искали новые решения. Большую роль в выработке новой ориентировки сыграли в Исполкоме Коминтерна Г. Димитров, Д. Мануильский, О. Куусинен и другие товарищи. Они поставили вопросы программного значения: стратегическая цель коммунистического и рабочего движения в сложнейших условиях; основы единства рабочего фронта; изменение отношения к социал-демократии, в рядах которой в условиях наступления фашизма усилилась дифференциация; необходимость расширения единого рабочего фронта путем союза с непролетарскими слоями; развертывание борьбы против левацко-сектантских ошибок в компартиях и т. д..
Лозунг народного фронта, выдвинутый коммунистами Франции и поддержанный другими компартиями, явился важным вкладом в разработку новой ориентировки, в развитие ленинской идеи союза рабочего класса с другими слоями трудящихся. Народный фронт, указывала ФКП, — это боевой союз всех пролетарских и демократических сил страны для обуздания, разоружения и роспуска фашистских лиг, защиты демократических прав и свобод трудящихся и удовлетворения насущных экономических интересов всех, кого угнетали «двести семейств». Впервые в истории революционной борьбы намечалось объединение широких демократических сил. Главные цели народного фронта отвечали страстным стремлениям различных слоев населения: дать отпор злейшей капиталистической реакции — фашизму и милитаризму, защитить права масс.
Инициативные мероприятия коммунистических партий, разработка ими новой ориентировки опирались на глубокое понимание сущности и перспектив антивоенной борьбы. Коммунисты подходили к ней как к общедемократическому движению, могущему сыграть огромную роль в международных событиях для создания антивоенного фронта, как самой широкой коалиции демократических сил, в которой вокруг пролетариата сплачиваются другие слои населения. Г. Димитров, оценивая опыт антивоенной борьбы, указывал, что в подготовке и проведении антивоенных мероприятий коммунисты правильно поступали, обращаясь непосредственно к рабочим массам, к социал-демократам. Но неверным было то, что тут же они концентрировали «все усилия против социал-демократии как таковой, и особенно против левой социал-демократии, не конкретизируя и не дифференцируя жалких «левых» демагогов от искренних левых элементов, которые расшевелились еще в 1931-32-33 гг. Ясно, товарищи, что мы здесь правой рукой делали одно: имели очень хорошие намерения расшевелить наши партии, организовать миллионы на борьбу, но, с другой стороны, левой рукой мы разрушали то, что хотели, мешали этому». Теперь компартии стремились убрать все помехи на пути расширения антивоенного движения, найти контакт с социал-демократами, среди которых росло число левых элементов.
Благодаря действиям коммунистов стремление к единству становилось характерной чертой антивоенных мероприятий. Призыв к сплочению всех пролетарских и демократических сил прозвучал в Лондоне в феврале 1934 г. на конгрессе против голода, фашизма и войны, объединившем представителей примерно 800 организаций. Этой идеей была пронизана и первая в США конференция общества друзей СССР, состоявшаяся в марте. Общество друзей СССР в США насчитывало к этому времени 10 тыс. членов. 980 делегатов конференции представляли самые различные слои трудящихся и интеллигенции. Уделив большое внимание вопросам военной опасности, разъяснению миролюбивой политики Советского Союза, конференция призвала к объединению всех противников войны.
Активно включились в антивоенную борьбу союзы и общества друзей СССР в других странах. Во Франции такое общество к осени 1934 г. имело уже 310 местных организаций с 12 тыс. членов и издавало свой иллюстрированный журнал.
В связи с приближением 20-й годовщины начала первой мировой войны Всемирный комитет против войны и фашизма развернул большую агитационно-пропагандистскую работу, разъясняя массам причины прошлой войны и угрозу новой. Орган комитета, издававшийся на французском ( «Front Mondial») и немецком ( «Die Weltfront») языках, умело разоблачал виновников первой мировой и главных поджигателей второй мировой войн. Комитет провел антивоенные конференции во Франции, Чехословакии, Швейцарии и антивоенный конгресс в Мексике. В ряде стран успешно шло создание антивоенных комитетов и укрепление ранее существовавших.
Создание единого рабочего фронта дало сильный толчок развитию антивоенного движения и антивоенных комитетов во Франции. Весной 1934 г. в стране действовало 1000 таких комитетов, в которые входили не только коммунисты и беспартийные, но и социалисты (в том числе 150 секций СФИО). К ноябрю количество антивоенных комитетов возросло до 1600.
Во многих странах работа по созданию новых комитетов наталкивалась на серьезные трудности, в частности на противодействие правой социал-демократии, продолжавшей квалифицировать эти комитеты как дело рук одних коммунистов.
В манифесте, принятом на заседании бюро Всемирного комитета против войны и фашизма и Молодежного комитета против войны и фашизма в июле 1934 г., говорилось об общедемократическом характере борьбы вставилась задача собирания «всех сил трудящихся на борьбу, независимо от их партийной принадлежности... Ворота движения широко открыты для всех организаций и течений, которые отвергают войну и фашизм».
Коминтерн и компартии были самыми активными участниками антивоенной кампании, связанной с 20-летием начала первой мировой войны. Коммунистическая печать показывала предысторию войны и размеры причиненного ею ущерба, разоблачала происки империалистической дипломатии после войны, раскрывала экономическую, политическую, идеологическую и военно-техническую стороны подготовки империалистов к новой войне, сосредоточивая особое внимание на Японии и Германии. Одновременно она пропагандировала последовательно мирную политику Советского Союза, показывала соответствие ее жизненным интересам всех миролюбивых  сил на земле. Когда в сентябре 1934 г. СССР вошел в Лигу наций, коммунисты разъясняли, что этот шаг — победа миролюбивой политики Советского государства, стремящегося использовать поворот в политике ряда капиталистических стран к сближению с ним для усиления сопротивления развязыванию войны, для изоляции ее главных зачинщиков.
Компартии поддержали кампанию за расследование деятельности «производителей оружия», достигшую значительного размаха в США, Англии и некоторых других странах. Статьи, памфлеты и книги видных деятелей науки и культуры содержали требования обуздать фабрикантов оружия и торговцев им. Такие произведения получили широкое распространение. Ярким примером участия коммунистов в кампании явились показания в мае 1935 г. генерального секретаря Коммунистической партии Великобритании Г. Поллита в комиссии по вопросу о частном производстве оружия и торговле им. Основанные на фактах, не известных общественности, они стали настоящим обвинительным актом против монополий.
К 20-летию начала первой мировой войны была также приурочена кампания за созыв Всемирного конгресса женщин против войны. В ходе его подготовки была сделана попытка объединить антивоенные усилия женских организаций и союзов самых различных политических направлений. Инициативный комитет по созыву конгресса предложил руководству Социалистического рабочего интернационала принять участие в движении и в работе самого конгресса. После того как лидеры социал-демократии отвергли это предложение под прежним предлогом, будто речь идет о «коммунистическом маневре», инициативный комитет 15 июня 1934 г. обратился с открытым письмом к Э. Вандервельде и Ф. Адлеру. Он вновь приглашал Социалистический рабочий интернационал участвовать в конгрессе, в национальных женских антивоенных комитетах и заверял, что женщины-социалистки будут встречены по-товарищески. Но правые вожди социал-демократии снова отказались от единых действий в антивоенной борьбе.
Всемирный женский конгресс против войны и фашизма, состоявшийся 4-7 августа 1934 г. в Париже, свидетельствовал о расширении круга организаций, течений, групп, которые участвовали в антивоенном движении. Были представлены многие пацифистские и благотворительные организации (341 делегат), культурно-просветительные организации (132 делегата), движение комитетов против войны и фашизма, то есть амстердамско-плейельское движение (102 делегата), революционная профсоюзная оппозиция (более 100 делегатов), реформистские профсоюзы (80 делегатов), Межрабпом (34 делегата), компартии и комсомол (94 делегата), социалистические партии и их молодежные организации (20 делегатов), английские кооперативы (27 делегатов), христианско-социальные партии (16 делегатов) и т. д.. Манифест, принятый на конгрессе, содержал страстный призыв к созданию единого фронта всех, кто выступает против фашизма и войны.
Таким образом, Коминтерн и компартии, опираясь на накопленный опыт антифашистского и антивоенного движения, подошли к осознанию необходимости выработки целостной программы сохранения мира. Они руководствовались тем, что такая программа должна составлять важнейший элемент движения народного фронта, учитывать расширение его социальной основы.
Историческая заслуга в разработке программы борьбы трудящихся против войны и фашизма принадлежит VII конгрессу Коминтерна, который работал с 25 июля по 20 августа 1935 г. в Москве. Участники конгресса  заслушали отчет о деятельности Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала (В. Пик) и доклады: «Наступление фашизма и задачи Коммунистического Интернационала в борьбе за единство рабочего класса против фашизма» (Г. Димитров), «Подготовка империалистической, войны и задачи Коммунистического Интернационала» (П. Тольятти), «Итоги строительства социализма в СССР» (Д. Мануильский). В разработка основных теоретических положений докладов активное участие принимали ЦК ВКП(б) и представители других секций Коминтерна.
Анализируя положение и расстановку классовых сил в мире, конгресс отметил историческое значение победы социализма в СССР. ВКП(б), представляя доклад об итогах социалистического строительства в СССР, отчитывалась перед международным пролетариатом о том, что сделано в стране для превращения ее в могучую индустриальную державу, непобедимый оплот социализма и мира на земле. В резолюции конгресса указывалось: победа социализма в СССР означает «новый крупнейший сдвиг в соотношении классовых сил в мировом масштабе в пользу социализма, в ущерб капитализму. .. ».
Большое внимание VII конгресс Коминтерна уделил характеристике фашистской диктатуры и фашистской опасности. На нем был сделан принципиально важный вывод: приход фашизма к власти — не обычная замена одного буржуазного правительства другим, а смена одной государственной формы классового господства буржуазии другой — открытой террористической диктатурой. Это положило конец вредному приравниванию различных буржуазных парламентских режимов к фашизму, дало научную ориентировку для понимания противоречий между фашизмом и буржуазной демократией.
На конгрессе подчеркивалась опасная роль германского фашизма, в котором воплотились самые реакционные и самые человеконенавистнические черты фашистского движения вообще. Германский фашизм, выступая в роли ударного кулака международной контрреволюции, говорил Г. Димитров в своем докладе, является главной силой мировой фашистской реакции, главным поджигателем новой империалистической войны. Характеризуя фашизм как огромный шаг назад по сравнению с буржуазной демократией, как чудовищное порождение загнивающего капитализма, он отмечал: «...фашистская контрреволюция атакует буржуазную демократию, стремясь установить над трудящимися режим самой варварской эксплуатации и подавления их. Сейчас трудящимся массам в ряде капиталистических стран приходится выбирать конкретно на сегодняшний день не между пролетарской диктатурой и буржуазной демократией, а между буржуазной демократией и фашизмом».
Важнейшей задачей коммунистических партий VII конгресс считал создание единого рабочего фронта и широкого народного фронта против фашизма и войны. Содержание докладов Г. Димитрова, П. Тольятти, В. Пика, выступлений М. Тореза, Г. Подлита, Ю. Ленского и многих других делегатов было подчинено одному — выяснить пути успешного создания единого рабочего и народного фронта, этого, по определению конгресса, главного оружия трудящихся в борьбе с фашизмом и войной.
Оценив опыт борьбы компартий Франции, Испании и некоторых других за создание единого фронта, конгресс в своей резолюции провозгласил: «Защита непосредственных экономических и политических интересов рабочего класса, защита его против фашизма должна быть исходным пунктом  и составлять главное содержание единого фронта рабочих во всех капиталистических странах».
Успех создания единого рабочего фронта как в международном масштабе, так и в рамках отдельных стран зависел прежде всего от отношений между коммунистическими и социал-демократическими партиями. Указывая на роковые последствия социал-демократической политики классового сотрудничества с буржуазией, делегаты отмечали, что в новых условиях позиции социал-демократов стали изменяться, наметилось их полевение.
Развивая ленинское учение о союзе рабочего класса с другими слоями трудящихся, о связи борьбы за демократию с борьбой за социализм, конгресс всесторонне обосновал политику народного антифашистского фронта. Он показал, что такой фронт, объединив пролетариат, крестьянство, мелкую буржуазию города, трудовую интеллигенцию, может нанести поражение фашизму, добиться ограничения власти капитала и создания благоприятных исходных условий для борьбы за социализм.
Конгресс выдвинул лозунг создания правительств народного фронта, опираясь при этом на выводы Коминтерна, сделанные при участии В. И. Ленина, в частности на лозунг «рабоче-крестьянского правительства».
Конгресс считал, что правительство народного фронта призвано взять на себя проведение решительных мероприятий против фашизма и реакции. Оно должно стать силой, подрубающей корни могущества монополистического капитала. В зависимости от конкретного соотношения классовых сил в той или другой стране намечалась роль правительства народного фронта. В одних странах оно организует отпор фашизму и реакции, не затрагивая основы буржуазных режимов. В странах, где развертывается буржуазно-демократическая революция, оно может стать правительством демократической диктатуры рабочего класса и крестьянства, то есть правительством целого переходного этапа развития революции, создающего предпосылки для перерастания ее в социалистическую. Своеобразной переходной формой правительство народного фронта могло стать и в империалистических странах, где гнет монополий вновь сделал актуальной борьбу за демократические требования. «Быть может, правительство единого фронта, — говорил Г. Димитров, — в ряде стран окажется одной из важнейших переходных форм» и проложит путь к диктатуре пролетариата.
Конгресс обязал коммунистов поддерживать все правительства народного фронта, борющиеся против реакции и фашизма.
Разработанная VII конгрессом Коминтерна политика единого рабочего и антифашистского народного фронта, выдвинувшая на первый план общедемократические задачи, не означала отказа от социалистических целей. Наоборот, именно через единый рабочий и народный фронт лежал тогда путь к объединению всех трудящихся вокруг коммунистов, путь подготовки, привлечения широчайших масс к борьбе за социализм.
Выводы конгресса по вопросам национально-освободительного движения также имели большое значение. Указывалось, что в колониальных и полуколониальных странах первым шагом действительно народной революции неизбежно будет этап национально-освободительной борьбы, направленной преимущественно против империализма, «против растущей империалистической эксплуатации, против жестокого порабощения, за изгнание империалистов, за независимость страны». Этим определялись главные цели борьбы компартий в угнетенных странах. Для успешного  осуществления антиимпериалистической революции коммунисты должны добиваться создания единого антиимпериалистического фронта. Компартии ориентировались на осуществление смелой политики сплочения в такой фронт всех, кто способен бороться с империализмом, в том числе и национальной буржуазии, противоречия которой с империализмом не только сохранились, но в ряде стран и резко обострились. Особое значение для создания антиимпериалистического фронта имели единство действий пролетариата, в частности единство профсоюзов, и союз пролетариата с крестьянством, составляющим большинство населения порабощенных стран.
Общая заинтересованность в разгроме фашизма, империализма, в предотвращении мировой войны создавала почву для союза национально-освободительных движений порабощенных народов с международным рабочим движением. Конгресс обязал все компартии «активно поддерживать национально-освободительную борьбу угнетенных колониальных и полуколониальных народов...». Для этого необходимо воспитание широких трудящихся масс метрополий и колоний в духе интернационализма, непримиримости к национализму и шовинизму.
Решения конгресса означали не только поворот в тактике, способах борьбы. Это была новая политическая стратегия, обосновавшая рабочему классу пути приближения к социалистическому перевороту через антифашистскую борьбу, успешное решение других общедемократических задач.
На VII конгрессе Коминтерна всесторонне рассматривалась политика коммунистов в борьбе за мир. Детальному анализу проблемы был посвящен доклад П. Тольятти, в котором отмечалось, что генеральная линия борьбы коммунистов против войны выдержала «испытание огнем» и остается их основной линией. Но в международной расстановке сил произошли глубокие изменения, которые следует учитывать.
В докладах Г. Димитрова, П. Тольятти, В. Пика делался совершенно определенный вывод: агрессивные силы международного империализма, прежде всего фашистские государства, начали непосредственную подготовку новой мировой войны. Конгресс показал, насколько велика и реальна опасность фашистской агрессии. Выступая злейшим врагом рабочего класса и всех демократических сил внутри «своей» страны, фашизм и на внешнеполитической арене действовал как орудие империалистической реакции, угрожая национальному существованию народов других стран, прежде всего СССР. Фашистская диктатура, указывалось на конгрессе, одна из форм организации тыла империалистической буржуазии для новой войны. «Сосредоточить огонь нашей борьбы против германского фашизма, как главного поджигателя войны, смертельного врага Советского Союза и пролетарской революции, — говорил П. Тольятти, — долг каждого революционера».
Подчеркивая антисоветскую направленность военных планов фашизма и империалистической реакции, конгресс сделал важный вывод, что в условиях, когда фашистская агрессия угрожает не только Советскому Союзу, но и ряду других стран — соседям Германии, когда на повестку дня встает вопрос о порабощении их народов, в Европе возможны национально-освободительные войны против агрессора. Представитель компартии Чехословакии Я. Шверма говорил: «Уже сейчас ясно, что нападение гитлеровского империализма на Чехословакию в данном положении может быть лишь империалистической наступательной войной — войной за передел мира, войной за уничтожение самостоятельности чешского народа,  войной за подчинение фашистской диктатуре Гитлера всех народов Чехословакии. Оборона Чехословакии против гитлеровского империализма была бы в этих условиях справедливой войной, ибо это была бы оборонительная война, которая велась бы на стороне Советского Союза, против главного представителя фашистской контрреволюции». Делегат компартии Нидерландов А. де Леув, напомнив слова В. И. Ленина о возможности в Европе национально-освободительных войн, сказанные им еще в годы первой мировой войны, подчеркнул, что в ситуации, когда гитлеровцы стремятся поработить многие европейские страны, ленинское положение приобретает вдвое большее значение.
В резолюции конгресса отмечалось, что, если какое-либо малое государство подвергнется нападению со стороны одного или нескольких империалистических государств, стремящихся уничтожить его национальную независимость, «война национальной буржуазии такой страны для отпора этому нападению может принять характер освободительной войны, в которую рабочий класс и коммунисты этой страны не могут не вмешаться». Такая позиция не означала безоговорочной поддержки коммунистами буржуазного правительства малой страны, подвергшейся агрессии. Пролетариат должен, указывал в заключительном слове П. Тольятти, умело и гибко сочетать защиту отечества в национально-освободительной борьбе с защитой классовых интересов широких масс трудящихся, добиваться демократизации режима, и в особенности армии, пресекать капитулянтские поползновения буржуазии.
Была рекомендована гибкая политика по отношению к оборонительным мероприятиям буржуазных правительств. Коммунистические партии, подчеркивалось в решениях конгресса, должны стать «в первые ряды бойцов за национальную независимость и вести освободительную войну до конца, не давая «своей» буржуазии идти на сделку с нападающими державами за счет интересов своей страны».
Конгресс указал на кровную заинтересованность народов стран, которым угрожала фашистская агрессия, в тесном сотрудничестве и союзе с СССР и особенно подчеркнул мысль об объективном совпадении внешнеполитических интересов первой страны социализма с надеждами трудящихся всего мира, со стремлениями всех миролюбивых сил.
Высший форум коммунистов считал, что острые межимпериалистические противоречия, усиление агрессивности фашистских государств создают обстановку, при которой возможно сотрудничество СССР с капиталистическими державами, заинтересованными в данный момент в сохранении мира, или даже с теми, кто не ставит перед собой немедленных завоевательных целей. Учитывая размежевание в политике капиталистических держав, конгресс не встал на точку зрения одинаковой ответственности их за развязывание войны и конкретно назвал зачинщиков агрессии. Теоретически обосновывая такую стратегию, П. Тольятти напомнил высказывание В. И. Ленина о необходимости гибкой тактики компромиссов и использования противоречий в стане классового врага.
Конгресс высоко оценил договоры СССР о взаимопомощи с Францией и Чехословакией, как направленные «на сплочение всех сил, какие только можно привлечь в этот момент к активной защите мира», как важнейший шаг к созданию основ коллективной безопасности в Европе. 
Коминтерн выявил и назвал те основные факторы, которые делали возможным сплочение всех сил, выступающих за мир. Он поставил вопрос о необходимости создания широкого фронта мира, охватывающего рабочий класс, трудящихся и демократические слои. В ряды борцов коммунисты призывали всех пацифистов, готовых на деле противостоять войне. Конгресс отметил, что антивоенное движение растет, захватывая массы, и все более выступает не просто с благими пожеланиями, а за действенный отпор поджигателям войны и агрессорам. О размахе этого движения свидетельствовал тот факт, что в Англии в плебисците мира, организованном в 1935 г. обществом друзей Лиги наций, участвовало 11,5 млн. человек. Коммунисты должны быть с массами, чтобы помочь им перейти на позиции активной борьбы против войны.
VII конгресс Коминтерна дал совершенно ясный ответ и на вопрос о соотношении борьбы за мир и борьбы за социалистическую революцию. «Мы защищаем мир, — говорил П. Тольятти, — не потому, что мы принадлежим к числу мягкотелых толстовцев, но потому, что мы стремимся обеспечить условия победы революции». Так коммунисты, являясь наиболее последовательными гуманистами, рассматривали борьбу за мир, за предотвращение войны как условие упрочения сил революции.
Конгресс выступил против недооценки борьбы за мир «левыми» оппортунистами и троцкистами, рассматривавшими войну как средство, якобы расчищающее путь революции.
На конгрессе указывалось, что сохранение мира, даже временная отсрочка войны обеспечивают дальнейшие успехи социализма в СССР, рост его экономического и политического могущества, способствуют укреплению позиций революционного пролетариата и всех антивоенных сил. Борьба за мир открывает перед коммунистическими партиями широчайшие возможности для сплочения антифашистов в народном фронте, объединения вокруг пролетариата его союзников и всех заинтересованных в предотвращении войны.
Отвергая фаталистические представления о неизбежности войны, VII конгресс Коминтерна указал на возросшие возможности борьбы за мир. Представитель ВКП(б) В. Кнорин говорил: «Победа Октябрьской революции и превращение СССР в мощное социалистическое государство, ведущее активную политику мира и привлекшее на свою дорогу целые народы и государства, ныне войны не желающие, дало пролетариату новые возможности воздействия на организаторов войны. Сочетание этой силы с силой громадного массового движения трудящихся должно придать борьбе за мир несравненно большую силу, чем это было когда-либо до сих пор». В докладах и выступлениях на конгрессе подчеркивалось, что рост могущества СССР и усиление других отрядов мирового революционного процесса повышают шансы на успех в борьбе против угрозы империалистической войны.
Новая стратегическая ориентировка Коминтерна — политика единого рабочего и широкого народного фронта для решения общедемократических, антифашистских задач — позволяла достичь наибольшего слияния борьбы против фашизма с борьбой против войны и соответствовала возраставшей роли пролетариата в решении общедемократических, общенациональных и международных проблем.
Конгресс признал защиту социализма великой задачей международного коммунистического движения. Отстоять и укрепить Советский Союз — главное завоевание международного рабочего класса, бастион мира, независимости  малых наций, оплот культуры — от военного нашествия империалистов — великая миссия рабочих всех стран.
Сложность обстановки требовала от компартий быть готовыми в условиях войны сохранять возможность руководства массами. Они должны бороться за превращение империалистической войны в гражданскую, чтобы свергнуть эксплуататорские режимы и открыть путь к миру и освобождению народов. В случае войны против Страны Советов компартиям предлагалось призвать трудящихся всеми средствами способствовать победе Советской Армии над империалистическими агрессорами.
Ставя вопрос о формах антивоенной борьбы в мирное время, конгресс рекомендовал отвергать такие меры, как бойкот мобилизации, бойкот армии, саботаж на предприятиях, отказ от несения военной службы, отказ от работы в молодежных организациях, в которых буржуазия занимается милитаристским воспитанием, и т. д. Такая тактика могла лишь оторвать коммунистов от масс и помочь буржуазии еще более свирепо обрушиться на коммунистов.
Программа борьбы за мир, разработанная на конгрессе, стала основой последующей антивоенной деятельности Коминтерна и нашла самый благоприятный отклик в различных слоях населения, пробудила новую энергию в рядах бойцов за мир, зажгла новые надежды. Коммунистические партии, вооруженные решениями конгресса, заметно повысили свою активность, завоевывая все более широкую поддержку в массах. Призыв Коминтерна к совместной борьбе коммунистов и социал-демократов, всех антифашистов против коричневой чумы встретил горячее сочувствие в большинстве рабочих организаций, особенно среди левых социал-демократов, требовавших от своих партий по-боевому развернуть борьбу против фашизма и войны.
На пути реализации стратегии и тактики, разработанных VII конгрессом, стояло немало трудностей как объективного, так и субъективного характера. Но Коминтерн смело приступил к их осуществлению. Он был глубоко убежден, что в этом ключ к успеху в борьбе против фашизма и войны.
Программа борьбы за мир, разработанная VII конгрессом Коминтерна, мобилизовала против фашизма и угрозы войны немалые силы. В ряде стран под лозунгом единого народного фронта развернулось широкое антифашистское, антивоенное движение. Но, как показали последующие события, эти силы, к сожалению, были еще недостаточно мощными организованными, чтобы предотвратить войну.

* * *

Перед лицом надвигавшейся войны Коминтерн и коммунистические партии выступили как политическая сила, решительно боровшаяся против поджигателей империалистической войны, за сплочение всех трудящихся на защиту СССР — великого оплота мира между народами, демократии и социализма. В напряженной обстановке середины 30-х годов, когда фашизм и империалистическая реакция перешли в наступление, была выработана единственно верная общедемократическая программа борьбы против фашизма и войны, направленная на создание широкого фронта мира, объединяющего всех противников войны и фашизма. Она отвечала интересам не только рабочего класса и других слоев трудящихся, но и стремлениям всех честных людей к сохранению мира.
 

история второй мировой войны, вторая мировая война, Зарождение войны